Абхорсен - Гарт Никс

– Как скажете, господин, – откликнулся Хедж, по-прежнему внимательно глядя на Ника – так, словно ожидал чего-то еще.

– Я все собирался спросить, удалось ли тебе навербовать команду, – наконец произнес Ник, когда молчание слишком затянулось. – Ну, для барж.

– Да. Они ждут на берегу озера. Ребята под стать мне, господин. Те, что служили в анцельстьеррской армии, те, что сражались в окопах Внешней границы. По крайней мере, до тех пор, пока ночь не сманила их с застав и постов перехвата и не сподвигла пройти за Стену.

– Ты хочешь сказать, они – дезертиры? А можно ли им доверять? – вскинулся Ник. Еще не хватало лишиться одного из полушарий из-за человеческой глупости или добавить себе лишних проблем при возвращении в Анцельстьерр. Такого просто нельзя допускать!

– О нет, господин, что вы, они не дезертиры, – заулыбался Хедж. – Просто пропавшие без вести, причем слишком далеко от дома. На них вполне можно положиться, я в этом лично удостоверился.

– А как насчет второй баржи? – не отступался Ник.

Хедж не ответил: он внезапно вскинул голову и принюхался, раздувая ноздри. Ник тоже посмотрел вверх – и тяжелая капля дождя упала ему прямо в рот. Он облизнул губы – и тут же сплюнул: горло словно онемело.

– Быть того не может, – прошептал Хедж себе под нос. Дождь усилился, поднимался ветер. – С северо-востока идет призванный кем-то дождь. Надо бы мне выяснить, в чем дело, господин.

Ник пожал плечами, не вполне понимая, о чем идет речь. Дождь будил в нем непривычные ощущения – словно заставлял вспомнить некую давно утраченную часть своего «я». Все вокруг вдруг показалось зыбким и призрачным, точно сон, и Ник впервые задумался: а какого черта он делает.

Внезапно грудь его пронзила странная боль, и юноша согнулся пополам. Хедж подхватил его и уложил на землю, быстро превращавшуюся в жидкую грязь.

– Что такое, господин? – спросил Хедж, но в голосе его звучало скорее любопытство, нежели сочувствие.

Ник застонал, схватился за грудь, забарахтался на земле. Он попытался заговорить, но на губах выступила пена. Глаза его дико завращались – и закатились.

Хедж опустился рядом с ним на колени в ожидании. Дождевые капли падали на лицо Ника, но теперь, едва соприкоснувшись с кожей, вода вскипала и испарялась. Несколько мгновений спустя изо рта и носа юноши повалил густой белый дым, шипя под дождем.

– Что такое, господин? – повторил Хедж, внезапно забеспокоившись.

Рот Ника открылся, дым заклубился гуще. Рука юноши дернулась – так быстро, что Хедж и заметить не успел, – и пальцы с чудовищной силой впились в ногу некроманта. Хедж стиснул зубы, борясь с болью, и снова воззвал:

– Господин?

– Глупец! – рявкнуло существо, использующее Ника как своего глашатая. – Не время искать наших врагов. Они и сами вскоре найдут раскоп, но нас к тому времени здесь уже не будет. Ты должен немедленно раздобыть где-то вторую баржу и погрузить полушария на борт. И убери это тело с дождя, оно и без того уже слишком хрупко, а дел предстоит еще много. Слишком много, чтобы слуги мои лодырничали да болтали попусту!

Последние слова буквально источали яд; Хедж вскрикнул: пальцы вонзились в его ногу, точно зубья стального капкана. Но вот тиски разжались – и некромант опрокинулся навзничь в грязь.

– Торопись, – прошептал голос. – Не мешкай, Хедж. Не мешкай.

Хедж кое-как поднялся и неловко поклонился, не смея заговорить. Ему отчаянно хотелось оказаться вне досягаемости нечеловеческой силы этих рук, но он боялся даже двинуться.

Дождь усилился, белый дым постепенно втянулся обратно в нос и рот юноши. Спустя несколько секунд он совсем исчез – и тело Ника безвольно обмякло.

Хедж вовремя поддержал его голову, не давая ей плюхнуться в лужу. А затем подхватил юношу на руки и ловко перебросил через плечо – так выносят пострадавших из огня пожарные. Сила, овладевшая на время рукою Ника, легко переломила бы ногу обычному человеку, но Хедж обычным человеком не был. Он легко управлялся со своей ношей, а боль в ноге заставляла его лишь морщиться.

Хедж уже прошел полпути до палатки Ника, когда бесчувственное тело у него на плечах дернулось, пошевелилось, и юноша закашлялся.

– Спокойно, господин, – промолвил Хедж, ускоряя шаг. – Я перенесу вас в палатку, туда, где тепло и сухо.

– А что случилось? – прохрипел Ник. В горле першило, точно он только что выкурил полдюжины сигар зараз и осушил целую бутылку бренди.

– Вы потеряли сознание, – объяснил Хедж, протискиваясь сквозь откидной клапан внутрь. – Вы сможете сами вытереться досуха и лечь?

– Разумеется, – огрызнулся Ник. Но ноги его подкашивались, и, когда Хедж поставил его на пол, юноша вынужден был уцепиться за дорожный сундук, чтобы не упасть. Дождь неумолчно барабанил по брезенту; каждые несколько минут в этот размеренный ритм вторгался глухой басовый раскат грома.

– Вот и славно, – откликнулся Хедж, вручая ему полотенце. – Мне необходимо уйти отдать распоряжения ночной бригаде, а потом я отправлюсь… добывать вторую баржу. А вам, сэр, лучше отдохнуть здесь. Я позабочусь, чтобы кто-нибудь – не из числа больных, разумеется! – подавал вам еду, выносил ночной горшок и все такое.

– Я отлично способен сам о себе позаботиться, – заявил Ник. Он стянул с себя рубашку и принялся вяло вытирать полотенцем грудь и руки, не в силах унять крупную дрожь. – И за ночной бригадой присмотреть тоже способен.

– Этого не потребуется. – Хедж склонился над Ником, глаза некроманта словно расширились, в них замерцал алый свет, как если бы то были окна в громадной печи, пылающей внутри его головы. – Вам лучше отдохнуть здесь, – повторил он. Его горячее, с металлическим привкусом дыхание обжигало юноше лицо. – Вам нет необходимости присматривать за работами.

– Да, – отрешенно согласился Ник. Полотенце замерло в его руке. – Мне лучше отдохнуть… здесь.

– Вы дождитесь моего возвращения, – приказал Хедж. Его обычного подобострастного тона как не бывало; он нависал над Ником, точно школьный учитель, собирающийся наказать тростью строптивого ученика.

– Я дождусь твоего возвращения, – повторил Ник.

– Хорошо. – Хедж улыбнулся, развернулся на каблуках и снова вышел под дождь. Капли, падая ему на голову, тотчас же превращались в пар, так что некроманта окутывал нездешний белесый ореол. Еще несколько шагов – и пар развеялся. Теперь дождь просто-напросто вымочил ему волосы, и влажные пряди облепили череп.

В палатке Ник вновь рьяно принялся растираться полотенцем. Покончив с этим делом, он натянул кое-как подлатанную пижаму и растянулся на своем ложе из шкур. Его походная кровать, привезенная из Анцельстьерра, давным-давно сломалась: пружины проржавели и рассыпались, брезент проела плесень.

Юноша забылся беспокойным сном. Ему снились два серебристых полушария и его так называемый «Молниевый питомник», что уже сооружался по ту сторону Стены. Юноша видел, как полушария поглощают и накапливают в себе энергию тысячи молний и мало-помалу преодолевают ту силу, что не дает им сблизиться. Вот они наконец с грохотом сталкиваются, заряженные энергией десяти тысяч гроз… но тут сон вновь начинался с начала, и Нику так и не удалось выяснить, что случится, когда полушария соединятся.