Итарис. Возвращение Александры - Марина Кудаева

— Всё правильно, он же запечатан, я уже говорил тебе это! — проговорив, схватил её за талию и пододвинул ближе к себе, лишь бы не мучила животное своими поползновениями.

Минор вильнул с дороги и устремился вдаль подальше от города, в лесную чащу.

— Как мне его распечатать? Зачем я буду нужна твоему Правителю без дара? Да так он только разозлиться, тут же прибьет не выслушав! — возмущалась она.

— Ты можешь попросить меня, — загадочно проговорил, наклонившись к её уху, от чего девушка тут же повернула к нему голову.

— Ты? Ты всё это время мог меня распечатать?

Её слова вызвали у него легкий смешок, после которого он ответил:

— Конечно, в этом нет ни чего сложного.

— Это больно?

— Нет! — слегка помотав головой в стороны.

— Почему раньше этого не сделал? — возмутилась.

— Ты не просила!

— Так прошу сейчас, так я хоть немного смогу понять из-за чего я здесь оказалась! — недовольно пробубнила она.

— Тогда тебе придётся потерпеть до следующей нашей остановки.

Пробираясь по лесной чаще животное внезапно остановилось. И хорошо, что Дорион вовремя придержал Александру, иначе она непременно впечаталась бы лицом в густую шерсть минора.

— Что…, — не успела договорить, как Дорион тут же зажал ей рот ладонью, и еле слышно прошептал на ухо:

— сиди тихо, он решил поохотиться!

Этого она точно не могла ожидать! Схватившись обеими руками за густую шерсть, вжалась в сидящего позади мужчину и, затаившись, наблюдала.

Полная тишина. Ни пения птиц, ни шелеста листьев, да казалось, будто даже ветер боялся дунуть.

Вокруг деревья, кустарники, и прочие заросли, но больше она не видела ни кого, что могло так заинтересовать минора.

Минор практически прилёг, поджав острые уши, его дыхание выровнялось, а тело вовсе начало менять цвет с пепельно-серого оно сливалось с окружающей природой становясь от светло-зелёного до тёмно-коричневого.

Но как же они сидящие верхом на нём? Они же не стали невидимыми!

Вот же …

Догадка осенила её моментально, заставив вздрогнуть даже от участившегося стука собственного сердца.

Они были приманкой!

Резкое дуновение ветра, донеслось сверху, подняв голову, она не успела даже сфокусировать взгляд, как что-то огромное резко ударилось об крыло Дориона, которое он вовремя успел выставить, их тут же свалило на землю. Кубарем, пролетев несколько метров, спиной ударилась о дерево, и распласталась рядом. Ноющая боль в позвоночнике обездвижила, она с испугом смотрела вверх, видя лишь высоченные кроны деревьев. Слегка привстав, крутила головой в стороны, его нигде не было. Она чувствовала, что не одна, но где скрыта опасность не могла знать. Что-то огромное сбило их, и оно было ещё здесь.… Слегка пошевелившись, издался шорох от лежащих под ней сухих листьев. Резкий гул в ушах и перед ней приземляется крылатое существо, скалящееся своими острыми зубами, оно смотрело на неё россыпью мельчайших глаз расположенных на голове. Моментально подскочив с места, Александра сорвалась на бег, слыша позади визг вперемешку со скрежетом издаваемым существом. Пара секунд бега и её подхватили в воздух, визжа и сопротивляясь, билась изо всех сил, пока над ухом не раздалось:

— да угомонись ты уже! — проговорил знакомый ей голос.

Он завис в воздухе, обхватив девушку обеими руками, и прижимая к себе спиной.

Сердце бешено колотилось, дыхание не могло выровняться, а ноги все ещё бежали, даже понимая, что она в руках Дориона. То существо, которое испугало её, взмахнув крыльями, подпрыгнуло ввысь, пытаясь добраться до них, но прыжок не удался, из-за внезапно выскочившего минора, который в прыжке ловко поймал его своей клыкастой пастью. Душераздирающий визг вперемешку со скрежетом, заставил Александру прикрыть руками уши, хруст сломанных костей и снова тишина.

Несколько минут полёта над лесом, и они приземлились около небольших скалистых возвышенностей.

— Мы подождём его здесь! — выпуская её из рук.

Нет сил говорить…

Она просто плюхнулась на каменистую поверхность, и, обхватив руками согнутые в коленях ноги, молча, смотрела куда-то вдаль.

Дорион разлёгся на камне, свесив с него свои бархатистые крылья.

— Почему ты сразу не сказал о своих крыльях, — заговорила она, — я думала, ты чем-то болен.

— Боялся тебя напугать! — не повернув головы в её сторону, проговорил.

— Напугать? А сейчас ты думаешь, я не напугалась? — подскочила она с места.

Молчание…

— Сколько можно ждать его?

— Идём, — встал он с камня, — там за деревьями небольшое поселение.

Это были небольшие ветхие деревянные домики, вокруг лежали камни, а в земле виднелись огромные туннели уходящие вниз.

Постучав в один из домов, дверь им открыла обычная женщина. Собранные на голове рыжие волосы выбивались прядями из-под повязки, легкое хлопковое платье, и сандалии.

Невольно Александра улыбнулась, видя перед собой человека.

— Я чем-то могу помочь? — обратила она свой взгляд на Дориона.

— Нам бы немного передохнуть.

— Проходите, пожалуйста, — отойдя от двери, проговорила она, склонив голову.

Хозяйка усадила их за стол и налила гостям по кружке чая, продолжая беседу:

— Сейчас ещё день, и все трудятся в шахтах, моя дочь немного приболела, и пришлось остаться с ней!

— Это те дыры в земле? — уточнила Александра.

— Да, мы добываем малахит, и хозяин дает нам за это еду, а иногда и монету.

Александра с силой сжала деревянную кружку, находящуюся в её руках, и уничтожающим взглядом сверлила Дориона.

Из соседней комнатушки послышался детский кашель.

— Это моя дочь Милия, ей становится хуже, — со слезами на глазах проговорила она, и отправилась в соседнюю комнату.

Дорион откинулся на спинку стула, и, смотря в злющие глаза Александры, проговорил:

— И что теперь ни так, не нравится чай?

— Что ни так? — шёпотом прошипела, боясь потревожить девочку. — В этом мире нет места людям! Для вас они рабы!

Он, как ни в чём не бывало, дернул плечами, и сложив перед собой руки:

— В этом ни моя вина! — даже не стал отрицать он. — Мирэлла бросила свой народ! Результат ты видишь сама! — упорно смотрел он на неё.

На минуту она задумалась, отведя от него свой взгляд, смотрела в кружку с чаем.

Всхлипы плачущей женщины донеслись из соседней комнаты. Подскочив с места, Александра забежала в комнату, где возле кровати, сидя на коленях, плакала над дочерью мать. Маленькая худенькая девочка еле дышала, издавая тяжёлые хриплые вздохи, кожа немного отливала синевой. На вид ей было лет восемь.