Кремль 2222. Запад - Владислав Выставной

— Так это ваших рук дело?! — Лицо Зигфрида побледнело, осунулось. Меч опасно дрогнул в судорожно сжавшихся пальцах. По всему видно: жизнь мута повисла на волоске.

Понял это и шам. Наверное, потому и забормотал быстро:

— Я здесь ни при чем! Я всего лишь пешка, я ничего не решаю! Только Старшие могут управлять Полем Смерти — куда мне?

— Ты сдохнешь, мразь… — дрожащим голосом проговорил вест. — Я не буду разбираться, кто из вас, уродов, виноват больше…

— Не убивай его, Зиг! — тихо попросил Книжник. — Что это изменит? Какой в этом смысл?

— Смысл в очистительной мести, — жестко сказал вест. И на уровне шеи сжавшегося пленника дрогнула острая сталь. — Никакие слова, никакие слезы, никакое золото не стоят погибших воинов. Кровь, и только кровь — вот единственная достойная цена!

— В таком случае убивать надо не его, а этих… Старших! — крикнул Книжник.

— Все они одинаковы, твари! — прорычал вест. — Уничтожить, вырезать под корень всех их, как они решили поступить с нами!

— У тебя просто нет на это времени! — отчаянно проговорил Книжник. — Чему ты посвятишь последние отведенные тебе дни — мести или спасению выживших?!

Некоторое время Зигфрид продолжал нависать над пленником в готовности снести тому голову и искромсать на куски его жалкое тело. Но все же опустил меч.

— В конце концов, он может нам пригодиться, — быстро сказал семинарист.

Зигфрид сделал шаг назад, тихо рассмеялся.

— Что тут смешного? — пожал плечами Книжник.

— Смешно здесь то, что сейчас говоришь не ты, а эта дрожащая тварь, умудряющаяся еще успевать копаться в твоих мозгах, — пояснил Зигфрид. Небрежно пнул носком сапога тощую ногу шама. — Два очка за сообразительность, счастливчик. Я решил пока не убивать тебя.

Книжник растерянно прислушался к ощущениям. Если шам действительно использовал его, как до этого своих марионеток-нео, то он ничего не заметил.

— А ведь я тебя знаю, шам, — неожиданно сказал вест. — Год назад, переговоры в Мертвой зоне…

— Я очень рассчитывал на то, что ты узнаешь меня, вест, — быстро сказал шам. — Правда, переговоры прошли не слишком удачно…

— …и я знаю, откуда ты, где обитает твой род, — разглядывая шама в упор, продолжал Зигфрид. — Жалкий род, потери которого и не заметит твоя раса…

— Это ты к чему? — насторожился шам.

— К тому, что я вырежу всех до единого, — жестко сказал вест. — Всех, кто тебя ждет, всех, кто тебе дорог…

— Но за что?! — заверещал, задергался мут. — Что я такого сделал?!

— Это я так, на всякий случай — вдруг ты решишь нас обмануть, сбежать или еще чего, — уже спокойнее сказал вест. Поглядел исподлобья на шама. — Ты правда знаешь, где оно находится, Железное Кладбище?

— Да, — дрожащим голосом ответил шам.

— Значит, ты и поведешь нас туда, — решил Зигфрид.

— У меня нет выбора, — вяло отозвался шам. — Но, может, тогда освободишь меня?

Вест нехотя приблизился к связанному и небрежно, коротко махнул мечом. Шам боязливо сжался — и тут же веревки опали, словно по волшебству.

— Не вздумай сбежать или устраивать свои фокусы с копанием в мозгах. На меня это не действует, а сбежать не дам — убью с ходу.

— Я все понял, — склонив голову, кротко сказал шам.

Зигфрид презрительно отвернулся, направился к окну, принялся внимательно осматривать окрестности. Освобожденный же свое жуткое лицо обратил к семинаристу, сказал тихо:

— Ты спас мне жизнь.

— Я-то здесь при чем, — мрачно отозвался Книжник. — Выходит, ты сам внушил мне все эти слова. В таком случае я не уверен, что и этот разговор — не плод моего воображения.

— Твой друг ошибается, — покачал головой шам. — В другой обстановке, быть может, я и смог бы проникнуть в твое сознание, но сейчас я был слишком напуган, чтобы сосредоточиться и использовать свои навыки. Это не так просто, поверь. Нет, жизнью я обязан тебе. И вот — прими от меня в благодарность…

Опасливо поглядывая в сторону Зигфрида, он протянул парню небольшой темный предмет. Семинарист вздрогнул, узнав его.

Это была книга. Та самая, что он видел там, на Базаре, что в Мертвой зоне. Неужели этот пленник и был тем торговцем? Кто его разберет — все шамы на одно лицо…

— О чем она? — спросил семинарист, с жадностью листая странные, слишком плотные для бумаги страницы. Только теперь он понял, что книга-то эта совсем не похожа на те, что он видел раньше, в Кремле. Небольшая, даже компактная, но необычайно тяжелая. Обложка — из потемневшего металла, крепкая защелка, смыкающая книгу в плотный брусок. С изумлением семинарист увидел, что края металлической обложки оплавлены, как и рельефная надпись на ней. Никакого сомнения — книга побывала в огне, при крайне высокой температуре — и уцелела. По всему видать — не простая это книга, совсем не простая.

— Не знаю, о чем, — равнодушно ответил шам. — Видишь — не по-нашему написано?

— Тогда зачем же ты ее с собой носишь?

— Все-таки книга, — шам пожал плечами. — Редкость, в которой мало кто понимает. А ты поймешь — я знаю.

— Это ты у меня в мозгах прочел? — усмехнулся Книжник.

— Можно и так сказать… Да, чуть не забыл: книгу эту мои соплеменники нашли у перехваченных и убитых ими кио — как раз тех, что на Бункер шли.

— Вот как? — медленно проговорил Книжник. — Интересное совпадение. Мы тоже встретили кио. Им, похоже, тоже не очень-то нравилось, что мы идем к Бункеру…

Шам тихо усмехнулся, и в голове парня отчетливо проплыло все, что шам думал о «случайных совпадениях».

— Имя-то у тебя есть? — поинтересовался Книжник.

— Да-да, конечно, — спохватившись, пробормотал шам. — Лого. Зови меня Лого…

Уже покидая этот мрачный, наполненный дыханием смерти дом, Книжник сказал негромко, глядя в спину бредущему впереди новоявленному проводнику:

— Сдается, он что-то недоговаривает.

— Шамы всегда что-то недоговаривают, — отозвался вест. — Потому что обычно их болтовню обрывает мой меч.