Царьград (сборник) - Александр Харников

– Вы хотите переделать моих генералов в учителей? – саркастически спросил император. – Только это уже было… Помните, как у Грибоедова:

Фельдфебеля в Вольтеры дам,

Он в три шеренги вас построит,

А пикнете, так мигом успокоит…

– Нет, я имел в виду совсем другое, – ответил адмирал Ларионов. – Учить наукам детей в школах и гимназиях надо преподавателям, хорошо знающим свой предмет. Но кроме них неплохо бы, чтобы существовал предмет, который назывался «Первоначальная военная подготовка». Нет, это не гимнастика, которую сейчас преподают в некоторых школах. Тут нужна не только тренировка для тела, хотя и она не помешает. Нужна закалка духа, умение подчиняться и сдерживать свои эмоции и желания. И вот здесь очень пригодились бы бывшие офицеры, вышедшие в отставку по возрасту или ранению. Пусть они своим поведением подадут личный пример юношеству. Поверьте мне, те юноши, которые научатся любить свою Родину, гордиться ею и уметь ее защищать, уже никогда не подадутся в нигилисты.

– Возможно, Виктор Сергеевич, что вы правы, – задумчиво проговорил император, глядя вдаль. – Этот вопрос важен и неизбежен, и стоит его как следует обдумать…

Адмирал Ларионов немного помолчал, а потом сказал:

– В общем, Александр Александрович, берите за основу прусскую систему образования, которую впоследствии превратили в советскую систему. Не прогадаете. Она как раз заточена под быстро растущее государство. Именно она помогла нам создать систему образования, которую считали в свое время лучшей в мире. Работа гигантская, но без нее у России не будет ни нормальной промышленности, ни армии, ни флота, ни даже нормальной деревни. Без нее нас просто сомнут – не поможет никакой Континентальный Альянс. Иначе опять кому-то придется за десять лет пытаться пробежать столетний путь. А учительский корпус мы вам обучим, тем более что и в Югороссии и в Болгарии проблемы схожие.

Император щелкнул крышкой часов.

– Да, Виктор Сергеевич, вы меня убедили. Буду думать о сказанном вами. Но хоть и занятно было с вами поговорить, а время обеденное. Ведите на камбуз, будем снимать пробу.

9 августа (28 июля) 1877 года, два часа пополудни. Югороссия, Константинополь, дворец Долмабахче

Рафаэль Семмс, адмирал флота Конфедеративных Штатов Америки

После того как меня вынудили участвовать в пьянке с президентом Грантом и его прихлебателями, югоросский канцлер Александр Тамбовцев распорядился выделить мне во дворце Долмабахче рядом с апартаментами президента Дэвиса и генерала Форреста гостевую комнату и перенести туда практически все мои вещи. До меня тут жил какой-то британский советник султана, так что обставлено все было в соответствии со вкусами истинного джентльмена.

Придя на новое место жительства, я обнаружил там большую часть своего гардероба и, между прочим, белую парадную адмиральскую форму – чистую, выглаженную и, как положено, накрахмаленную. Она висела на своем месте в шкафу.

Судя по всему, моим переездом занимались люди из югоросского Кей-Джи-Би, поскольку на старом месте в живописном беспорядке были оставлены кое-какие мои старые вещи – так, чтобы для посторонних создавалось впечатление, что я все еще там живу. Большие хитрецы, и не этому алкоголику Гранту их раскусить.

Вот так было и сегодня, когда я вернулся из их правительственной столовой, которая, между прочим, не уступит лучшим ресторанам Нового Орлеана. По крайней мере, у нас на Юге вас не обслуживают высокие и стройные девицы с ногами, начинающимися прямо от шеи, вежливые и соблазнительные, как гурии в мусульманском раю. Надо будет подсказать идею какому-нибудь ресторатору, конечно за соответствующий процент – отбоя от клиентов не будет. Красивых девок на Юге у нас много, но правильно их использовать мы, кажется, не умеем. Даже я, старый конь, при виде местного персонала начинаю испытывать нездоровое возбуждение.

Так вот, вскоре после того, как я вернулся к себе из этого гибрида ресторана и балета, в дверь постучали.

– Войдите! – я привстал с кресла с еще не раскуренной сигарой.

Дверь открылась, и бесшумно появился мой добрый гений – югоросский канцлер Тамбовцев.

– Здравствуй, Рафаэль, – сказал он, снимая шляпу. – Как тебе сегодняшний обед?

Мы с ним как-то незаметно перешли на неформальный стиль общения. Югороссы называют это «быть без галстуков». Александр как-то рассказал мне, что в русском есть разница между «ты» и «вы». Но зато для нас, южан или янки, важен вопрос – обращаешься ли ты к человеку по фамилии с указанием титула (мистер X, адмирал Y, президент Z) или по имени в частной беседе. У русских, правда, тоже обращение по фамилии считается официальным.

– Рад тебя видеть, Александр! – сказал я, указывая на соседнее кресло. – Обед, как всегда, бесподобен, как и те красавицы, которые его приносят. Где вы их только находите?

– Стоит лишь внимательно посмотреть по сторонам, – хитро улыбаясь, сказал он мне, садясь в кресло и ставя на колени свой неизменный портфель. – Рафаэль, это же земля Древней Эллады! Кстати, после такого обеда не хочешь ли ты попробовать настоящий армянский коньяк?

– Уже пробовал, – ответил я, предвкушая. – Угощали, оценил, но не откажусь еще от рюмочки.

Канцлер достал из портфеля бутылку, две пузатые рюмки и налил нам примерно на один палец. Я уже понял, что он пришел не просто так поболтать за обед и красивых девок – этот человек ничего не делает «просто так». И не ошибся.

После первого тоста – который ни он, ни я не выпили до дна: такой напиток можно только смаковать маленькими глоточками, – он улыбнулся и сказал:

– Рафаэль, а не хочешь ли ты съездить со мной в испанское посольство? Мне надо встретиться по одному делу с послом, и я ему дал понять, что приведу с собой тебя.

– И какое же это дело? – поинтересовался я, отставляя рюмку.

Александр хитро улыбнулся.

– Видишь ли, Рафаэль, Испания просит нас о содействии в возвращении Гибралтара. Мы не против, но с парой условий. Одно из них – Гибралтар переходит под юрисдикцию Испании, но мы получаем там, или в другом месте, порт для пассажирских лайнеров, он же военно-морская база. Но у нас есть и второе условие, которое заинтересует лично тебя, президента Девиса и всех патриотов КША.

– Какое же? – заинтригованно спросил я, не понимая, какая связь может быть между Испанией и возрождением нашего милого Юга.

Югоросский канцлер побарабанил пальцами по полированной поверхности столика.

– Мы хотим взять в долгосрочную аренду бухту Гуантанамо на юго-востоке Кубы. Официально – для создания там курорта и яхт-клуба. На самом же деле – для того, чтобы начать выполнять наш договор с КША. Возить ваших молодых джентльменов на обучение в Константинополь будет крайне далеко, сложно и накладно. А в случае с Кубой им надо будет лишь пересечь пролив. Но, – он поднял вверх палец, – тут имеется одна загвоздка. Если аренда будет оформлена на Югороссию, то в Вашингтоне даже ваша Бабушка Хейз (такое прозвище было у нынешнего президента САСШ) что-нибудь да заподозрит и завопит, будто под ее зад сунули ежа. А вот если арендатором официально будешь ты, как частное лицо, то в крайнем случае подумают, что ты просто сошел с ума.