Фея-Крёстная желает замуж - Яся Белая

Любопытство и похоть в этих гадких созданиях борются с ленью и, наконец, побеждают.

— Говори, что нужно делать?

— Верно, скорей!

— Всё просто, принесите мне мою волшебную палочку. И каждый из вас получит по поцелую.

И тут начинается.

Ырр и Рыр мечутся туда-сюда, заглядывают в углы. Развивают бурную деятельность.

Мы с Ляной обнимается и держим кулачки, чтобы скорее нашлась. Говорю ей на ухо:

— Как только у меня будет палочка, я оглушу этих олухов, и мы сбежим. Будь наготове.

Ляна делает очень серьёзное лицо:

— Поняла, уж что-то, а бегать я умею.

Отвлёкшись на разговор, мы не замечаем, как на сцене появляется третье действующее лицо, вернее, его огромные лапы с крючковатыми когтями.

Дружно вскидываем головы и видим громадного (даже по человеческим меркам) крысора. Кроме пёстрых штанов — у этого алых — на нём длинный кожаный плащ.

Редкие серые волосёнки сосульками висят с обеих сторон заострённой, тронутой шерстью морды.

Он гогочет и держит обоих наших спасителей за шиворот. Потом со всего маху ударяет их лбами и разбрасывает в разные стороны.

Вытаскивает из кармана мою палочку и крутит передо мной:

— Не это ищешь, фея?

Голос грубый, рокочет.

Чувствую, как Ляночка сильнее прижимается ко мне и дрожит.

Я и сама к такому повороту не готова.

— Да, её, господин Ырыр. — Помню, что на ускоренных курсах практической магии нам говорили, что с маньяками нужно говорить спокойно и вежливо. — И очень прошу вас быть настолько любезным, чтобы вернуть эту вещь мне. Она весьма ценная.

— Му-ха-ха, фея! — Он наклоняется близко-близко и обдаёт смрадным дыханием. — Так и отдал. Не уж! Ты мешаешь нашему плану?

— Да-да, — дружно подхватывают синий и зелёный. — Скоро всё тут будет нашим! Мы уже к вам и лазутчика заслали!

Ырыр ухмыляется:

— Что? Не распознали нашего в Галете?

Вот так поворот! Выходит, Галет за крысоров? И, значит, не просто так в академии. Ох, как же мне надо на свободу! К Злобинде — надеюсь, она поцеловала Галета и теперь держит его в ежовых рукавицах? — и Хмурусу? Академии грозит невероятная опасность.

— Галет — мой друг, — говорю я, пытаясь улыбнуться в наглую ехидную морду. — Он не одобрит ваше поведение!

— Какая же ты глупая, хоть и фея! — грохочет Ырыр. — Галета мы науськали, и он расставил те ловушки, через которые вы с рыжей сюда свалились.

Ну, Галет! Ну, гад! Доберусь я до тебя, хвостатый.

— Поэтому, — ухмыляется Ырыр, — я должен уничтожить твоё оружие у тебя на глазах.

Он зажимает волшебную палочку в передних лапах и начинает с силой сгибать.

Палочка звенит тонко и надрывно. И у меня всё сжимается внутри, как будто ломают меня.

Когда рождается фея, рождается и её волшебная палочка. И тут же сама прилетает и ложится в руку. С тех пор наша связь становится неразрывной. Я не знаю ни одной феи, которая бы лишилась своей палочки. Должно быть, они погибали бесславно.

— Пожалуйста, не нужно этого делать, — я встаю и осторожно подхожу к громадному крысору. — Вас обманули, господин Ырыр, это всего лишь кусочек дерева. Он дорог мне, как память. Моя мама подарила мне эту вещь при рождении.

Ырыр лишь ухмыляется ещё гаже и продолжает гнуть.

За моей спиной ахает Ляна, но мне сейчас не до неё.

Ближе.

Ещё ближе.

Почувствуй меня. Иди ко мне.

Палочка у меня — умничка. Чувствует, рвётся.

Ну же, постарайся.

И она пружинисто выстреливает и вонзается крысору прямо в нос.

Ырыр верещит совсем не по-мужски, пытается выдрать занозу.

Но моя палочка на то и волшебная, так просто её не возьмешь! Она ещё и всверливается.

Ырыр орёт:

— Убери-убери от меня эту гадость. Немедленно.

— Не могу, — кричу я. — Ты слишком высокий.

— У тебя же крылья! Подлети!

Полетаю, вытаскиваю палочку, стряхиваю с неё грязную кровь.

Привожу в порядок себя, потом Ляну (негоже белочке быть такой грязнулей), и лишь после — оказываю помощь Ырыру. Но всё равно он ещё некоторое время по-звериному трёт лапой нос.

— Как бы мне тебя наказать? — говорю, приложив к губам ту самую палочку, и с удовольствием наблюдаю, как огромный монстр трясётся, будто смородиновое желе.

Кстати, почему именно смородиновое? Люблю его и давно не ела.

— Не надо, феечка, хорошая! — канючит он и бухается на колени.

— О, придумала, ты уж очень хорош в роли стонущего и унижаемого, поэтому я сделаю тебя… сделаю тебя… — прислужником у самой вредной и капризной принцессы всей Сказочной страны.

— Нет! — вопит он.

— Да и ещё как! — улыбаюсь я. — И ещё, ты будешь в неё по уши влюблён. Точно.

Его долгое «нееет» исчезает в мерцающих искрах моей магии.

Вот теперь я смеюсь. Любовная магия — то, что удавалось мне всегда и лучше всего. Каждый раз на курсах повышения квалификации получала «отлично» по амурным чарам. Знаю, что такое заклятье продержится долго и не снимется ничем.

Но радость моя оказывается преждевременной — синий и зелёный приходят в себя.

— Держи их!

— Хватай!

Они начинают носиться за нами с Ляной, а мы никак не найдём выход.

И вот нас загоняют в угол.

— Она убила Ырыра!

— Верно, наш брат погиб!

— Разорвём их на кусочки!

— На мелкие, верно!

— И на рагу!

— Будет нам ужин!

Надвигаются всё неотвратимее. Вон уже в лапах переливаются зелёные комки магических фаерболов.

Никогда не сталкивалась с магией крысоров. Могу и не отбить.

Ляна скулит жалобно и обречённо.

И тут — раздаётся рык и скрежет когтей.

Является наш избавитель!