Эона. Последняя заклинательница драконов - Элисон Гудман

– Сюда, ваше величество. – Дела увела императора за собой в хлев.

– Ешь фрукты. – Вида кивнула на дорожный паек, привязанный к моему поясу. – День будет трудным.

– Вида, – позвал Солли, – неси сюда мешки с едой.

Она вновь кивнула на мой паек и ушла, закинув на плечо длинный выпуклый мешок. Я же уставилась на Рико и его собратьев-гвардейцев, пока они проверяли седла и стремена. Тяжелая тишина повисла в воздухе. Что такого произошло во внутреннем дворе? Откуда столь мощное напряжение? Перед глазами всплыл образ Хаддо с мечом в груди.

Я торопливо потянулась к пайку, где были фрукты, и сосредоточилась на развязывании узла, отчаянно пытаясь избавиться от жуткой картины. Наконец справившись с узлом, я оторвала большой кусок чернослива и сунула его в рот целиком – мальчишеская привычка, от которой придется избавиться, но пока никто не следит… Я закрыла глаза и начала жевать. Рот обволокла сладость, и во мне будто распахнулась дверь, откуда в тело хлынула неимоверная усталость. Я хотела только спать, чтобы хоть ненадолго забыть о крови и страхе, но впереди ждала тяжелая дорога. «Помогите мне удержаться на императорском коне, – попросила я богов. – И помогите жить дальше с этими настойчивыми призраками».

– Леди Эона.

Я открыла глаза. Передо мной в простых коричневых штанах и тунике стоял император. Высокий ворот скрывал жемчужину на шее, хотя я видела края грубых швов, что крепили камень к коже. Я быстро проглотила остатки чернослива.

– Ваше величество.

Я начала кланяться, но император ухватил меня за руку:

– Не время для придворного этикета. – Он отстранился. – Вижу, ты больше не хромаешь. Безусловно, это дар богов за твою отвагу.

Я открыла было рот, но не успела вымолвить ни слова.

– Благодарю тебя, – продолжил император, – за то, что вытащила меня из омута смертельной ярости. Я знаю… – Он умолк, темные глаза внезапно наполнились тоской. – Я знаю обо всем, что случилось. Твои храбрость и верность…

– Обо всем? – эхом повторила я.

И о том, что мечи Кинры пытались его убить?

Император смотрел сквозь меня:

– Я вижу каждого из них. Каждое лицо.

Ах! Не только я сражалась с призраками. И хотя я понимала, что не должна спрашивать о солдатах на поле боя, все ужасы сегодняшнего утра, да и смущение Киго придали мне смелости. Я коснулась его руки:

– Вы и всех раненых убили?

Император напрягся, и между нами вновь пролегла бескрайняя классовая пропасть.

– Это было военное решение, леди Эона. Не вмешивайся не в свое дело.

– Ваш отец никогда бы так не поступил.

– Тебе не дано знать, как бы поступил или не поступил мой отец.

Краем глаза я заметила, что Рико и второй гвардеец отвлеклись от своих дел. Но я не могла остановиться. Я хотела, чтобы Киго был сыном своего отца.

– Вы убили их? – спросила снова. – Скажите, что нет.

– Да кем ты себя возомнила, если смеешь так говорить со своим императором? Ты не моя нейзо, – холодно припечатал Киго. – Мне не нужны от тебя ни упреки, ни советы. Ты даже не настоящий лорд. Знай свое место, женщина.

На секунду его отповедь лишила меня дар речи. Но потом что-то вспыхнуло у меня внутри, притупляя чувство долга и страх. Был ли то мой собственный гнев или последние угольки древней ярости Кинры? Внезапно мне стало все равно. Я знала лишь, что это мощная сила и она во мне.

– Я восходящий заклинатель, – процедила я сквозь зубы. – Лорд или леди, я ваша единственная связь с драконами. Не забывайте об этом.

Слова попали в точку – лицо императора почернело.

Он шагнул ближе, пытаясь задавить меня своим ростом:

– Надеюсь, ты сможешь подтвердить сие притязание делом. Много мужчин и женщин зависит от твоей силы, но, по словам Рико, ты до сих пор ее не обуздала. Он говорит, ты уничтожила поселок и убила тридцать шесть человек. Невинных, которые не могли дать отпор.

– Но я хотя бы сделала это ненамеренно, – не сдавалась я. – Я хотя бы сознаю весь ужас содеянного.

– Я не владел собой! Ты же видела. Я не понимал, что творю.

– Я говорю не о вашей слепой ярости, – упрямо буркнула я. – Я о выживших после боя.

Я думала, император меня ударит. Вместо этого он отступил, прижимая кулаки к бедрам:

– Мне не нужна еще одна совесть, леди Эона. Следи за собственным поведением и держись от меня подальше.

И император зашагал через двор к коновязи, где его ждал Дзю-Лонг – крупный конь серо-пегой масти. Я наблюдала, как император, склонив голову, проводит рукой по блестящему от пота боку зверя. И хотя внутри меня по-прежнему бушевал гнев, я ощутила в душе разлад.

Разочарование.

– Леди Эона, – позвал Рико.

Я повернулась, и он замер. Я бы не перенесла встречи еще и с его яростью.

Рико протянул мне мечи Кинры.

– На лошади его величества нет седельных ножен, – сказал он воинственно. – Хочешь нести мечи за спиной?

– Нет! – почти прокричала я. Затем глубоко вдохнула, успокаиваясь. – Сбереги их для меня. Прошу.

Рико быстро поклонился с каменным лицом:

– Как пожелаешь.

Император вывел своего коня в центр конюшенного двора, легко запрыгнул в седло и подозвал другого гвардейца:

– Тирон, помоги леди Эоне забраться на Дзю-Лонга. Она не обучена верховой езде.

Щеки обдало жаром. В последний раз Киго видел меня на лошади в ночь дворцового переворота, в ту же ночь он узнал, что я не лорд Эон, а девушка. Со стыдом я вспомнила, как он презрительно оглядел сверху донизу мое тело, как разозлился.

Император жестом велел мне приблизиться:

– Поедешь за мной. Держись коленями, но не мешай движениям Дзю-Лонга.

Еще один взмах руки – и Тирон присел возле лошади. Стоило мне подобрать юбки, как юный гвардеец покраснел. А потом вежливо отвернулся, когда я поставила ногу на его сцепленные ладони.

– Готова, – сказала я и вдруг взмыла в воздух.

Крутанулась, неловко перебросила исцеленную ногу через коня и ухватилась за спинку седла. Приземление вышло тяжелым, и я инстинктивно сжала колени, отчего Дзю-Лонг попятился, цокая по камням. Пока император его успокаивал, я из последних сил пыталась удержаться на огромном мускулистом коне, гарцевавшем подо мной.

– У тебя есть позволение прикасаться ко мне, леди Эона, – сухо заметил император, остановив коня. – Иначе в конце концов ты окажешься на земле.

Я осторожно отпустила седло и коснулась талии императора, сквозь ткань туники почувствовав тепло его тела.

– Я же сказал «держись». – Киго притянул меня ближе, прижав мои ладони к своему плоскому животу.