Волшебник Севера - Джон Фланаган

Уилл медленно кивнул. Восставший против власти короля бывший барон Моргарат надеялся захватить трон с помощью звероподобных воинов, полностью подчинявшихся его воле.

– Еще один процент охватывает случаи массовой галлюцинации, которую способны создавать некоторые люди, – вмешался Кроули. – Это похоже на управление разумом, только при этом люди «видят» или «слышат» то, что на самом деле не существует.

Наступило молчание. Уилл переводил взгляд с одного собеседника на другого, затем задал мучавший его вопрос:

– Получается, что остается еще один процент. Верно?

– Я погляжу, способности к математике у тебя тоже улучшились, – ответил Холт и добавил, прежде чем Уилл перебил его: – Да, ты прав. Остается один процент.

– Хочешь сказать, что бывает и настоящее колдовство?

Холт с сомнением покачал головой:

– Я говорю, что мы пока не можем найти логическое объяснение этих случаев.

Уилл нетерпеливо заерзал на месте, не зная, как еще вынудить своего бывшего учителя на более откровенный ответ.

– Холт, – обратился он к нему, глядя прямо в глаза, – а ты сам веришь в колдовство?

Холт ответил не сразу. Он был из тех людей, что прежде всего верят в факты. Всю свою жизнь он посвятил тому, чтобы находить объяснения фактам и добывать точные сведения, и он терпеть не мог неопределенности. Но все же…

– Не верю, – начал он, старательно подбирая слова. – Но и не отрицаю такой возможности. В тех случаях, когда не удается найти логического объяснения, я допускаю любую вероятность.

– И, как мне кажется, нам всем лучше придерживаться той же точки зрения, – вмешался Кроули. – Иными словами, в мире существует много зла, это несомненно. Мы все не раз были свидетелями того, как какой-нибудь злодей пытался захватить власть или упрочить свое влияние. Кто может поручиться, что какой-нибудь человек не обладает сверхъестественными способностями и не научился пользоваться таинственными силами ради достижения своих целей?

– Тем не менее помните, что мы говорим об одном случае из ста, – сказал Холт. – И даже тогда нельзя утверждать, что речь действительно идет о настоящем колдовстве. Если оно вообще существует.

Уилл встряхнул головой и сделал большой глоток кофе.

– Что-то я запутался, – сказал он наконец.

Холт снисходительно усмехнулся:

– Просто учти, что в подавляющем большинстве случаев мы имеем дело не с колдовством, а с тем, что только им кажется. А в остальных случаях стоит допускать любую возможность. Понял?

Уилл кивнул, тяжело вздыхая:

– Хорошо. Так что же там случилось? И почему вам понадобился я?

Кроули жестом предложил говорить Холту. Он понимал, что между бывшим учителем и его бывшим учеником существует особая связь и что Холт лучше всего сможет объяснить обстоятельства дела так, чтобы не оставалось никаких сомнений и недопониманий.

– Итак… – начал Холт. – Прежде всего речь идет о Норгейтском уделе…

– Норгейтском уделе? – переспросил Уилл. – Разве там у нас нет рейнджера?

– Есть, – согласился Холт. – Но его знают в тех краях. Люди опасаются разговаривать с рейнджерами и даже боятся их. Половина вообще считают, что мы сами волшебники, – добавил он с хмурой ухмылкой.

Уилл кивнул. Он и сам прекрасно знал это.

– Но разве они не будут опасаться и меня? В конце концов, пусть они меня и не знают, но я же рейнджер.

– Ты поедешь туда не как рейнджер, а в другой роли, – сказал Холт.

Его слова остановили поток вопросов, которые Уилл был готов обрушить на него. Сказать по правде, эта новость его немного огорошила. Он гордился своим званием рейнджера, и ему нравилось, что другие уважают его за это. Да, люди в присутствии рейнджера немного нервничали. Но члены ордена пользовались большим авторитетом. Перед рейнджерами открывались почти любые двери. К их мнению прислушивались рыцари и бароны королевства, а иногда даже и сам король. Об их владении особым оружием ходили легенды. Уилл не был уверен, что захочет от всего этого отказаться. Как и не был уверен, что без определенного уважения со стороны окружающих сможет справиться с трудным и опасным заданием, а то, что оно окажется трудным и опасным, сомнений не было.

– Мы забегаем вперед, – сказал Кроули. – Сначала опишем общую картину, а к деталям перейдем потом.

– Неплохая идея, – сказал Холт и так многозначительно посмотрел на Уилла, что молодой человек невольно кивнул. Он знал, что сейчас нужно просто слушать и не перебивать. – Итак. Норгейтский удел, можно сказать, уникален тем, что кроме Норгейтского замка в центре удела на севере стоит еще один замок.

Пока Холт говорил, Кроули развернул карту на столе, и Уилл с любопытством склонился над ней. Холт был прав. Почти на самой северной границе королевства действительно был обозначен замок.

– Замок Макиндо, – прочитал молодой человек.

– Скорее крепость, чем замок, – пояснил Холт. – Роскоши там, конечно, маловато, но зато он занимает великолепное стратегическое положение. Как ты сам видишь…

Он достал из колчана рядом с собой черную стрелу и, используя ее как указку, показал на изломанную горную цепь, отделявшую королевство Аралуин от северного края под названием Пикта.

– Он загораживает и контролирует горный перевал Макиндо.

Холт помолчал, ожидая, пока молодой человек переварит эти сведения. Наконец Уилл, не сводя глаз с карты, кивнул, и Холт продолжил:

– Если бы не замок Макиндо, в наши пределы постоянно вторгались бы воинственные скотты – дикие племена, контролирующие южные провинции Пикты. Это прирожденные разбойники, грабители и воины. По сути, без замка Макиндо нам бы трудно было выдворять их из наших северных пределов. Дорога до них далека, и армии нелегко пройти туда зимой, особенно когда основные наши войска находятся в южных уделах и не привыкли к суровым условиям севера.

Кивнув, Уилл поднял голову от карты и повернулся к Холту. Увиденное уже запечатлелось в его памяти.

– Так что, как ты понимаешь, мы немного беспокоимся, что в Норгейтском уделе что-то идет не так, – подвел итог Холт.

Уилл снова кивнул.

– Мы, естественно, озаботились, услышав о загадочной болезни лорда Сайрона, повелителя Макиндо. Наше беспокойство усилилось, когда пошли слухи о колдовстве. Говорят, что один из предков Сайрона, живший около сотни лет назад, поссорился с местным волшебником… – Холт заметил, что с губ Уилла готов сорваться вопрос, и поднял руку, чтобы остановить его. – Нет, мы не знаем, правда это или нет. Возможно, это управление разумом. Возможно, шарлатанство. Или же настоящее колдовство. Все это случилось сто лет назад и с тех пор обросло преувеличенными слухами. Насколько можно судить по слухам и легендам, это был самый что ни на есть волшебник, затаивший злобу на все семейство Сайрона. Последние события стали лишь венцом многолетнего конфликта. Учти, что мы имеем дело с мифами и легендами, так что не стоит искать в них особого смысла.