Падение Предела - Эрик Ниланд

Мендес вновь наклонился к микрофону, и его голос зазвенел, эхом отражаясь от стен пещеры.

— Приступайте к тренировке.

После его слов прошло шестьдесят секунд, но ничего не происходило. Сто двадцать секунд. Тишина.

— Где же спартанцы? — спросила Хэлси.

— Там, — ответил Мендес.

Доктор уловила какое-то шевеление во тьме: лишь ещё одна тень среди других теней. Силуэт был чем-то знаком.

— Келли? — прошептала Хэлси.

Тренеры развернулись и открыли огонь по тени, но та двигалась с неестественной быстротой. Даже самонаводящиеся пулемёты не поспевали за ней.

С протянувшихся под потолком подвесных мостков на верёвке спрыгнул ещё один человек. Новоприбывший мягко, как кошка, приземлился позади одного из инструкторов, охранявших периметр. Нанеся пару ударов кулаками, он оставил глубокие вмятины в прочных пластинах брони, а затем присел и подсечкой повалил тренера на землю.

Не теряя ни секунды, спартанец привязал свою верёвку к поверженному охраннику. Мгновение, и пытающийся вырваться инструктор взлетел вверх, скрываясь во тьме.

Двое его товарищей развернулись, готовясь атаковать. Спартанец прыжком ушёл в сторону, перекатился и слился с темнотой.

Доктор поняла, что инструктора в тяжёлом экзоскелете не втащили наверх — его использовали в качестве противовеса. Ещё два спартанца, привязавшись к другому концу верёвки, незамеченными приземлились в центре возвышения. Несмотря на то, что их с ног до головы — за исключением прорези для глаз — закрывали чёрные комбинезоны, Хэлси узнала одного из них. Это был Сто семнадцатый.

Джон приземлился, пригнул голову и ударил одного из охранников ногой. Инструктор повалился на землю бесформенной грудой в восьми метрах от того места, где только что стоял.

Второй спартанец спрыгнул с крыши. В воздухе он прокрутил сальто, уходя от свистящих мимо него пуль, в полёте обхватил самого дальнего охранника и, сцепившись с ним, исчез внизу. На мгновение их высветил огонь пулемёта падающего инструктора, и вновь воцарилась тьма.

На вершине укрепления стоял Джон, превратившись в сплошное мельтешащее пятно. Броня ещё одного охранника взорвалась фонтаном гидравлической жидкости, и тот повалился под тяжестью собственного веса.

Последний из инструкторов в центре открыл по Джону огонь. Хэлси судорожно сжала подлокотники своего кресла.

— Он же стреляет почти вплотную! Даже оглушающие заряды могут убить на таком расстоянии!

Когда охранник надавил на спуск, Джон ушёл в сторону. Пули разорвали воздух. Чистый промах. Спартанец схватился за арматуру, на которой крепился пулемёт, шевельнул рукой и под скрежет металла вырвал её из экзоскелета. Затем он выпустил очередь в грудь инструктора, сбрасывая того с крыши.

Остававшаяся на краю четвёрка охранников открыла огонь на поражение.

А ещё через секунду вырубился свет.

— Проклятье! — выругался Мендес, наклоняясь к микрофону. — Резервные! Включите резервные!

Вокруг площадки янтарным светом замерцал десяток прожекторов.

Не было видно ни единого спартанца. Всё девять инструкторов были либо оглушены, либо просто лежали, придавленные к земле выведенной из строя бронёй.

Красный флаг исчез.

— Покажите мне ещё раз, — не веря своим глазам, произнесла Хэлси. — Вы же записывали, да?

— Конечно. — Мендес нажал кнопку, но на мониторах возник только «снег». — Чёрт. До камер они тоже добрались, — поражённо пробормотал он. — Мы каждый раз прячем их в новом месте, но спартанцы всё равно находят их и уничтожают.

— Ладно, старший инструктор. — Доктор Хэлси прислонилась к стеклянной стене, продолжая смотреть туда, где только что состоялось побоище. — Что ещё я должна знать?

— Выкладываясь на полную, ваши спартанцы способны бежать со скоростью пятьдесят пять километров в час, — объяснил Мендес. — Правда, я полагаю, Келли может двигаться ещё быстрее. С того дня, как мы внесли изменения в их тела, они становятся всё проворней. Кроме того, они поднимают вес в три раза больше собственной массы, что, надо заметить, двукратно превосходит норму благодаря увеличенной плотности их мышечной ткани. И ещё они действительно умеют видеть во тьме.

Доктор Хэлси немного помедлила, оценивая услышанное.

— Но мы не ожидали таких успехов. Должно быть, всё дело в неучтённом суммарном взаимодействии проведённых модификаций. А что со скоростью реакции?

— Практически не поддаётся вычислениям. Мы оцениваем её в двадцать миллисекунд, — ответил Мендес. Затем он покачал головой и добавил: — Думаю, она может значительно возрастать в боевой ситуации, когда увеличивается выработка адреналина.

— Физическая или психическая нестабильность?

— Нет. И более слаженной команды я ещё не встречал. Если вы меня спросите, то я уже готов поверить в телепатию. Мы спустили их в эти пещеры только позавчера, и я понятия не имею, где они успели раздобыть чёрные комбинезоны и верёвки для этого трюка, но могу гарантировать, что зала они не покидали. Они импровизируют и приспосабливаются. И ещё, — добавил он, — им это нравится. Чем серьёзнее испытание, чем тяжелее бой, тем выше их боевой дух.

Доктор Хэлси заметила, что первый из тренеров зашевелился и попытался выбраться из повреждённой брони.

— Им ничего не стоило уничтожить инструкторов, — пробормотала Хэлси. — Но, офицер, умеют ли спартанцы убивать? Убивать по приказу? Готовы ли они к настоящему сражению?

Прежде чем ответить, Мендес отвёл взгляд и помедлил.

— Так точно. Если им приказать, они станут убивать с той же эффективностью. — Было видно, что старший инструктор напряжён. — Мэм, могу я спросить, что вы имели в виду под «настоящим сражением»?

Она сложила ладони и нервозно потёрла одну о другую.

— Что-то случилось, инструктор. Что-то такое, чего не могли предположить ни в ДВКР, ни в генштабе. Начальство решило призвать спартанцев. Их необходимо испытать в бою.

— Я обучил их всему, чему только мог, — ответил Мендес, прищуривая чёрные глаза. — Но вы слишком опережаете график. Что случилось? Я слышал о каких-то боевых действиях в районе колонии Урожайной.

— До вас дошли устаревшие слухи, инструктор. — От тона, которым она это произнесла, бросало в дрожь. — Нет там больше никакой войны. Точнее говоря, нет больше Урожайной.

Доктор нажала на кнопку, и обзорное помещение начало медленно спускаться.

— Выводите их из этой норы, — сказала Хэлси. — Они должны быть готовы к отлёту в четыре ноль-ноль. Завтра в шесть ноль-ноль состоится инструктаж на борту «Пионера». ДВКР сейчас нуждается в лучших сотрудниках, знающих цену времени. Это всё.

— Слушаюсь, мэм, — ответил Мендес.

— Скоро мы увидим, стоили спартанцы всех тех проблем или нет.