Русские навсегда - Виктор Косенков

Когда нервы несколько поуспокоились, Борис обрел способность более-менее здраво рассуждать.

– Дано, – начал он. – Острый приступ паранойи. Причины: шестое чувство, какие-то люди на площадке, ручка двери поворачивалась несколько раз, так что случайность исключена. Что нужно этим людям, я не знаю. Кто они такие, не знаю. Звонить в милицию? Что я им скажу? На моей лестничной площадке трутся незнакомые люди? Пошлют к черту. А если не пошлют, но приедут, а там никого… свезут в дурку. Зато живой…

Он некоторое время серьезно обдумывал возможность уехать «на лечение», однако не было никакой гарантии, что неизвестные люди не заявятся в дурдом. Да и не мог Борис припомнить, чтобы кому-то от этого «лечения» полегчало.

– Нет. Лучше в дурку не ложиться. В милицию надо звонить, когда все уже будет ясно. Кстати… – Борис посмотрел на пистолет. Осторожно взял его в руки, поставил на предохранитель, вынул обойму, передернул затвор. На ковер вывалился неиспользованный патрон. Карасик аккуратно поднял его и защелкнул обратно в обойму. – Кстати, о милиции. Не будем, без необходимости, превышать пределов допустимой самообороны. А то ведь страшно сказать…

Он подошел к большому зеркалу в коридоре. Привычка говорить с отражением создавала иллюзию, будто он разговаривает не сам с собой. Собеседник из зеркала был не ахти, но все же…

– Страшно сказать, – погрозил Борис отражению пальцем. – Чуть через дверь палить не начал. А вдруг там дети хулиганят? Или кто ошибся… Да даже если и не ошибся, поди потом доказывай. Так что стрелять не будем. Просто так… Только по делу. Может, и не придется.

Успокоив себя таким образом, он направился на кухню.

Там, разбив в сковородку два яйца, с неудовольствием понял, что дома нет колбасы. Да и вообще на предмет «пожрать» было как-то не очень. Борис вспомнил, что поднялся в такую рань исключительно из-за самодурского желания оливок. С утра и с перепою вдруг захотелось. Да так, что желудок скрутило. Заодно решил пополнить запасы еды, подошедшие к концу.

– Так, ну и что же мы будем делать теперь? Что же будем делать? – В воздухе ощутимо запахло жареным. – Горит еще что-то… Твою мать!!

Яичница больше всего напоминала пресловутый «завтрак шахтера». Угольная корочка снизу, сморщенные желтки сверху. Выбирать, однако, не приходилось.

Приблизительно через час сосредоточенных метаний из угла в угол Борис нашел, как ему показалось, удачный выход из ситуации.

Интернет. Заказ на дом.

Дороговато, но выбирать в данном случае не приходилось.

Все, что нужно, принесет посыльный. Оплата по кредитке. Контактировать с посыльным, кстати, необязательно. Положит все на столик, и конец делу.

Это там, на лестнице, он уязвим, а дома… Дома и стены помогают.

Борис кинулся к компьютеру. Проекционный экран высветил на белой стене линию доставки ближайшего супермаркета.

– Мне нужно, мне нужно… Вот это… – Борис бормотал под нос, ставя галочки напротив интересующих его товаров. – И вот это… И пусть еще будет это. Сразу два.

Где-то, восемью этажами ниже, в подвале, сидели около ноутбука три человека. Синий свет монитора делал лица плоскими.

– Чего он делает? – поинтересовался Михалыч. – И можно как-то побыстрее?

– Поспешишь – людей насмешишь. И потом, не от меня зависит, – ответил Рома. – Мы всего лишь его сигнал перехватываем. Как он решит, с такой скоростью все и будет.

– За сигнализацию опасаюсь.

– Ты ж вроде отключил…

– Ну. – Михалыч с сомнением посмотрел на вырванные с корнем провода. – Я, конечно, эту модель знаю, но все же… Нагрянут менты, я, например, не знаю, что ответить в этой ситуации. Сидят трое с ноутом в подвале. Ловят чей-то сигнал…

– Палево, – с удовольствием произнес Рома.

– А действительно, что он там делает? – нервно спросил Сергей.

– Жратву заказывает!

– Пять баллов, – Сергей кивнул. – А зачем?

– Зачем-зачем?! Ну ты даешь, Достоевский! Жрать нечего! Сам не хочет выходить на улицу. Посыльный… Понял?

– Понял. – Сергей кивнул. – Кстати, жрать действительно хочется.

Курьер с продуктами появился буквально через полчаса. Это был молодой, курносый парнишка в фирменной красной куртке с лейблом супермаркета на левом нагрудном кармане. В руках он тащил два тяжелых пакета.

– Помочь? – поинтересовался Роман, встречая его на лестничной площадке.

– Нет, – парень испуганно покосился на подошедших сзади Сергея и Михалыча. – Я сам…

– Не дрейфь, не обидим. Ты просто постой тут, в сторонке.

– Я…

Сзади парню руку на плечо положил Михалыч.

– Сказано постой. Значит, постой. Тебя никто не обидит, если ты сам себя не обидишь. Какие инструкции были от покупателя?

– Никаких…

– И хорошо. – Роман аккуратно взял пакеты. – Курточку одолжи…

Посыльный испуганно повиновался.

– Не мой размер, – пожаловался Рома, просовывая руки в рукава. – Не мой… Ты бы спортом занялся, что ли…

Он постучал в дверь.

– Кто? – глухо поинтересовались из квартиры.

– Посыльный. Заказ принес.

Щелкнул замок. Изнутри послышался топот.

Роман осторожно нажал на ручку, дверь бесшумно отворилась.

– Поставьте сумки и уходите! – прокричал Борис из глубины квартиры. Он высовывался откуда-то из кухни, стараясь разглядеть вошедшего. В невидимой из коридора руке плясал пистолет.

– Надо расписаться… – Роман пожал плечами, ставя сумки в угол. – Тут, в бумагах. Подпись.

– Оставь бумаги на столике, я подпишу, потом войдешь и заберешь.

– Да елки… – вздохнул в коридоре Сергей.

Он толкнул начавшую закрываться дверь и вошел в коридор.

– Боря! Это я… Ты меня знаешь…

– Кто?!! – Борис прицелился в темноту коридора. – Кто?!? Я никого не звал! Что вам надо?! Убирайтесь! Я буду стрелять! Это вторжение! Кто?!!

– Меня зовут Сергей Столяров. – Сергей осторожно нашел выключатель и зажег свет. – Мы с тобой работали. Помнишь?

– Нет! Я… Я ничего не помню! Убирайтесь!

– Я уйду. Но нам надо поговорить. Просто по-хорошему поговорить.

– К черту! Я никого не звал!

– Так вот… Давай сделаем так… Я оставлю номер телефона тут на столике. А ты позвонишь по нему и назначишь место, хорошо? Где ты мог бы со мной поговорить. Какое хочешь, такое и назначь. Поверь, Боря, нам очень надо пообщаться. Очень.