Изгнанники - Михаил Михеев

Словом, Соломин подготовился настолько серьезно, как только мог. Кроме вышеперечисленного, было и еще кое-что, но это уже на самый крайний случай. Капитан искренне надеялся, что до крайнего случая не дойдет, и в то же время понимал, что по закону всекосмической подлости крайний случай наступает в тот самый момент, когда его меньше всего ждешь. Поэтому надо жить так, как будто этот день – последний в твоей жизни, и быть готовым к тому, что в следующую секунду этот мир рухнет в тартарары.

Зал для переговоров располагался в самом центре станции. Зал – это, конечно, громко сказано, скорее уж комната, не самая, кстати, и большая, и к ней несколько подсобных помещений. Два входа – это чтобы высокие договаривающиеся стороны не встретились раньше времени и не открыли пальбу – бывали прецеденты. А вокруг – многометровый слой камня с железоникелевыми вкраплениями, затрудняющими сканирование, полная звукоизоляция и бронированные двери, которые не сразу и подорвешь. Для секретных переговоров – самое то.

Соломин зашел в комнату первым, плюхнулся в глубокое офисное кресло и вальяжно развалился на мягком сиденье. Спинка кресла протестующее заскрипела – в двухметровом (нормальный средний рост мужчины в Российской империи был метр девяносто) капитане было почти сто двадцать килограммов мышц, наращенных как постоянными тренировками, так и не менее частыми перегрузками во время полетов. Его спутники остались снаружи – разговор, по предъявленному заказчиком условию, предстоял один на один, да и тыл прикроют, если что.

Ждать пришлось недолго, минут пять, но все же пришлось. Если капитан был точен, как автомат, и пришел минута в минуту, то его визави опоздал минуты на три. Соломин и сам был не слишком пунктуальным человеком и в бар или там на шашлыки мог и опоздать, однако на серьезные встречи, будь то рандеву флотов, деловые переговоры или маленькая победоносная война, всегда являлся вовремя. Потому как серьезными вещами, как он не без основания считал, шутить рискованно – можно нарваться самому и подставить своих людей. В играх, где ставкой частенько бывает жизнь, такая роскошь, как необязательность, слишком дорогое удовольствие, поэтому сейчас Соломин медленно и упорно начинал злиться. Виду он, естественно, не подавал, даже оставаясь наедине с самим собой, но уже решил, что опоздание дорого обойдется заказчику. Как минимум в кругленькую сумму, ибо ничто не бьет делового человека так больно, как потеря денег из собственного кармана. И неважно, честно эти деньги заработаны или нет – для многих они главное мерило ценности жизни.

Заказчик явился, как и в прошлый раз, гладко выбритым, одетым дорого и чуть небрежно, с некоторым подчеркнутым шиком богатого человека, денди, привыкшего, чтобы им восхищались и перед ним преклонялись. Соломин смерил его мрачным взглядом и почесал переносицу.

– Опаздываете, молодой человек…

– Прошу прощения, пробки, – небрежно, чисто «на автопилоте» ответил явно не ожидавший подобного начала разговора заказчик, даже не подозревая, что тем самым он с высокой степенью вероятности обозначил для Соломина свою национальную принадлежность. А зря – крайне непрофессионально говорить не подумавши, можно сказать, недостойно разведчика, а в том, что каким-то боком его собеседник имеет отношение к разведке, Соломин ничуть не сомневался. Да и чего тут сомневаться? Маршруты курьеров строго засекречены ВСЕГДА – это аксиома, и добыть сведения о них – задача для спецслужбы, причем не самой слабой. Остальным она просто не по зубам. И вот так лопухнуться… Пацан. Причем он даже не заметил своей оговорки. Хотя, конечно, она могла быть и намеренной, но тогда мальчишка (а сейчас, рассмотрев заказчика более внимательно, Соломин был уверен, что ему не просто нет тридцати – ему до тридцати еще ОЧЕНЬ далеко, об этом говорила не только и не столько внешность, сколько манера держаться, жестикулировать, да и вообще вся моторика заказчика соответствовала моторике молодого и никогда не служившего в армии человека) был ОЧЕНЬ хорошим актером. Не верится как-то, не того полета птица бывший каперанг Соломин, чтобы на встречу с ним посылали сверхпрофессионала.

Итак, пробки. Где они могут быть? Там, где доминирующим является наземный транспорт. В принципе, таких государств много, несколько десятков. Но фокус в том, что это, в основном, маленькие и слабые государства, населенные преимущественно африканцами или латиносами. И тем и другим в космосе, по сути, делать нечего. Не потому, что не хотят, а потому что не могут. Негры как с пальм слезли, так на них обратно в любой момент и норовят залезть, латиносы же банально выродились. Из гордых потомков конкистадоров они, в подавляющем большинстве, превратились в ленивых никчемностей, способных только сбиваться в банды, но работать, в общем-то, не стремящихся. Нет, попадаются и среди них нормальные, умные, работящие люди, но на общем фоне они составляют относительно небольшой процент, теряющийся в массе бездарностей. Вот он, пример негативных последствий скрещивания разных рас… Конечно, частенько, переехав в другую страну, они цепляются в кильватер к белым людям и достигают определенных, подчас немалых успехов, но это все равно остается скорее исключением, чем правилом. Да, внешняя красота, физическое развитие… И все. Карнавалами сыт не будешь.

И африканцы, и латиноамериканцы сами в межзвездные просторы не вырвались бы, скорее всего, никогда, однако, как это частенько бывает, нашлись в более развитых странах прекраснодушные мечтатели и примкнувшие к ним циничные политики и продавили через ООН за какими-то своими целями программу помощи развивающимся странам в освоении космоса. С тех пор и встречаются на задворках космической экспансии человечества разваливающиеся от старости, ветхости и паршивого технического обслуживания корабли с черномазыми командами. Или лихие пираты родом с Новой Аргентины, которые лихо и жестоко нападают на грузовики и не менее лихо драпают, нарвавшись на боевой корабль. Или вон Куба на Канопусе, знаменитая на весь обитаемый космос планета-бордель. Словом, в космосе места много, вписались в него и такие вот отходы человеческой цивилизации.

Именно на таких вот слаборазвитых, но в то же время достаточно густонаселенных мирах и использовался по-прежнему широко автомобильный транспорт, и в их мегаполисах попасть в пробку можно было запросто. Более развитые государства давно уже перешли на воздушный транспорт, что благодаря многоуровневости движения позволяло решить проблему пробок достаточно эффективно.

Правда, есть еще Индия… Огромная страна с большой численностью населения, благодаря которой индусам удалось колонизировать немало планет. Тоже, кстати, не слишком развитая, и среди индусов тоже немного владельцев воздушных судов… Вот только индусы не стараются строить большие города – наверное, им до смерти надоела скученность еще в те времена, когда они жили на Земле. Они предпочитают жить довольно обособленно, так что пробки у них, скорее, исключение, причем довольно редкое.

Есть Пакистан. А еще Иран… Эти выползли в космос самостоятельно, самостоятельно колонизировали несколько планет. И деградировали, точнее, остановились в развитии, закуклились во внутренних проблемах после того, как им чувствительно дали по протянутым наружу рукам. А любая остановка в развитии ведет если не к деградации, то к отставанию от других, это аксиома. Вот и варятся в собственном соку, все более теряя шансы стать вровень с соседями. А соседи, в общем-то, и рады – возиться с фанатично настроенными исламистами никому неохота.