Аллея ангелов - Кезалия Вердаль

—Ну ладно, мисс Вердаль, как пожелаете. Что вы предпочитаете сначала услышать?

—Мммм… хорошо… как спас от падения на шест я поняла…— начала я загибать пальцы и вспоминать всё то, что так давно пыталась разузнать.

—Ну так что?

—… Э… ты что-то упоминал про десмодов… Расскажи поподробнее!

—Оказывается, ты и их запомнила? Думал, тебя только интересовало, каким образом я через заборы перескакиваю,— поддразнил Дайя, сделав большой глоток чая.

—Хватит издеваться,— обиженно предупредила я.— Посмотрела бы на твою реакцию, если бы вдруг и у меня обнаружились способности силой мысли наматывать спагетти на вилку или же улыбкой убивать людей наповал.

—А вот это уже не смешно. Может, у тебя и вправду есть такие неестественные таланты,— уже совершенно серьёзно ответил сосед.

—Что ты имеешь в виду?— со смехом отмахнулась я.— У меня способности? Ха, ха и ещё раз ха. Давай лучше в комнату поднимемся, а то я мёрзнуть начала.

Не переставая смеяться, я подхватила кружку с чаем и направилась по лестнице вверх. Дая также схватил стакан и побежал за мной.

—Ангелин, что забавного? Почему ты не хочешь допустить и такой вариант?

—Дайя, я понимаю, что у тебя есть способности и это просто замечательно. Но данный факт ещё не означает, что теперь каждая девушка должна быть такой же … необычной как ты!

Я плюхнулась на кровать и уложила Сэна себе на колени, отчего кот заурчал и поглубже зарылся в мои руки.

—Давай для начала я расскажу тебе одну легенду,— предложил Дая, усаживаясь на мой любимый подоконник. Видимо, он понял, что просто убеждением меня не осилить, поэтому решил подойти с другой стороны.— После неё ты уже сама разберешься что к чему.

—Это долгая и страшная история?

—Как сказать,— подмигнул мне собеседник,— на любителя.

—О’к. Слушаю тебя внимательно, обещаю не заснуть.

—Всё началось во время второй мировой войны,— начал рассказ Дая,— когда эксперименты на людях проводились во многих больших концлагерях. Контролировал проведение опытов и их результаты непосредственно шеф эсэсевцев и полиции, один из главарей фашистской Германии. Основные исследования в концлагерях касались искусственного заражения и попыток лечения сыпным тифом, газовой гангреной и другими инфекциями, охлаждения и гипоксии, генетических опытов на близнецах.

Но все же центральной идеей того времени была мысль создания «сверхчеловека». Германцы решили организовать группу ученых, которая смогла бы создать людей с особенными способностями. Экспериментирующие врачи набирались из эсэсовских частей, из вермахта, научных институтов и университетов не только Германии, но и других стран. Для опытов их обеспечили лучшей, для того времени, техникой, необходимыми материалами, а также подопытными — целой колонией пленников.

Учёные трудились день и ночь, совершенно потеряв счет времени. Они старались изо всех сил, потому что их семьи взяли в заложники и единственным спасением являлся этот чудодейственный препарат в обмен на свободу.

Со временем «эликсир» был создан и введен в человеческий организм. Врачи очень надеялись, что сыворотка сработает и их родственников выпустят на волю. Но раз за разом эксперименты проваливались — кто-то из подопытных сходил с ума, появлялись побочные эффекты, в конце концов, никто не выживал.

Глава фашистов остался недоволен результатами и дал приказ, чтобы новый препарат, который будет создан, ввели детям этих невинных людей. Он посчитал, что это станет хорошим стимулом для успешной работы.

Я невольно сглотнула. Неужели люди могут быть такими жестокими?

—Наступил конец установленного срока. В лабораторию привели родственников врачей,— с болью в голосе продолжил Дая.— Дети плакали, вырывались, просили о помощи, но военные крепко их держали, бессердечно заставив построиться в ряд. Самому младшему среди них едва исполнилось четыре года, а старшему — пятнадцать. Учёных бросало в дрожь от предстоящего опыта, ведь теперь на карту поставлены жизни их собственных детей. Десятки маленьких невинных существ должны понести наказание за деятельность собственных родителей.

Каждому ученому выдали по шприцу с созданным препаратом и заставили сделать инъекцию своёму ребенку. Были и те, кто сопротивлялся и отказывался подчиниться приказу. Тогда их расстреливали прямо на месте. Матери умоляли, чтобы ввели аппарат им, лишь бы оставили в покое детей, но распоряжение нельзя нарушить.

Было сделано тридцать семь уколов. Когда сыворотка дошла до сердца и вместе с кровью распространилась по всему телу, тут же детей бросило в агонию. Они метались в жару, кричали, визжали от боли, плакали, звали отцов и матерей. Это было настоящим кошмаром для учёных. К тому же до этого они проводили опыты только на взрослых людях и никак не ожидали такой мощной реакции на детском организме. Родители пытались удержать и успокоить своих детей, но все бесполезно. Эсэсовец лишь с улыбкой наблюдал за безумством, происходящим в лаборатории, сделав вывод, что выбрал правильную мотивацию для пленников.

Пятнадцатилетний подросток очнулся быстрее всех и, увидев рядом своего отца, прошептал: «Если я выживу, то убью всех, кто встанет на моём пути…»

Военные, в отличие от своего главнокомандующего, испугались результата эксперимента, ибо ещё где-то в глубине души осталась частичка человеческого. Они также хотели помочь детям, но внезапно произошло невероятное: самый взрослый среди подопытных внезапно вскочил на ноги и набросился на военных. Он рвал и метал словно зверь, не зная жалости; причем мальчик явно обладал нечеловеческой силой — так быстро ему удавалось расправляться с врагами.

Остальные дети тоже стали приходить в себя, при этом чудеснейшим образом у каждого обнаруживались невообразимые способности. Объединившись, армия новорождённых «сверхлюдей» решила вырваться на свободу и освободить пленных. Фашист понял, что недооценил своих подопытных и выслал отряд военных, чтобы остановить сбежавших. Выбраться из лаборатории стало невозможным делом.

Дайя замолчал и грустно призадумался. Я ждала продолжения, но одноклассник таинственно хранил тишину.

—А как ты причастен к этой истории?— осторожно спросила я.

—Я прямой потомок того пятнадцатилетнего парня,— торжественно представился Дайя.

—Подожди, так значит, они все потом выжили?— удивилась я.

—Да, к счастью, эта легенда имеет хороший конец. Казалось, для «сверхлюдей» не существовало преград. Учёные с семьями покинули Германию и вернулись в свои страны, где скрывались все годы войны. Когда наступил мир и их наконец перестали преследовать, они зажили прежней жизнью, ничем не выделяясь среди обычных людей и верно храня тайну прошлого. Дети пошли в школу, поступили в университеты, женились, родили детей,— улыбнулся Дая.— Вскоре появились и мы — третье поколение.

—Так значит… он был твоим дедушкой?— посчитала я примерно сколько времени могло пройти с тех пор.