Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов - Светлана Рыжехвост

Кайрнех наградил меня долгим странным взглядом, а после спросил:

– Но что же они сделают, эм?

Из-под вороха свертков он извлек небольшой, довольно потертый футляр. Открыл его, и я, подавив улыбку, мягко произнесла:

– Тиара, да?

– Да, – с абсолютной уверенностью ответил Кайрнех и добавил, видимо, на тот случай, если я не знаю: – На голову надевается.

– Это фероньерка, – я осторожно коснулась футляра, – красивая.

«Сколькие достойные лисицы носили ее до меня? Десятки, а может, и сотни. Украшение с историей». Я рассматривала фероньерку и пыталась угадать, как бы она на мне выглядела. Расположилась бы вдоль линии роста волос или чуть ниже? А каплевидный подвес с дорнским алмазом – как бы он лег?

– А тиара?

Прикусив губу, я попыталась объяснить так, чтобы он точно понял:

– Тиара – это как корона или диадема, у которой нет задней части.

Магистр покивал с умным видом, но я отчетливо поняла: в его мире все головные украшения именуются тиарами.

– Так, значит, ее ты надеть можешь?

– Разумеется, – кивнула я. – На первый ужин – да. В первый и последние дни во дворце украшения должны быть самыми яркими и запоминающимися.

Кайр склонил голову к плечу и, подняв руку, провел пальцем по золотистым жемчужинкам.

– Необычная традиция. К чему она?

– Чтобы маленькие семьи могли не уронить лицо, – я облизнула губы, – украшения ведь можно взять и напрокат.

– Ясно. Любопытная традиция. Не буду мешать. – Он легко поднялся на ноги. – Прислать к тебе слуг?

– Пока не нужно, – я покачала головой, – сборы я начну сама, а остальное… Остальное поручу Искре.

– Мне нужен список тех, кого ты берешь с собой, – напомнил Кайрнех.

– Искру и Тави, Айоин, Силин и Найру – если они согласятся. – Я приняла руку помощи, и магистр одним движением поднял меня на ноги. – Дети едут с гувернанткой?

– И доверенными слугами, – кивнул Кайр. – Приятного дня.

Я же осталась разбирать свертки. Свертки, на каждом из которых был вензель Вискель-Тойр. Косметика на основе меравийских масел, травяные сборы для ванны, соли и ароматные мешочки под подушку – он скупил все.

Но что самое главное – у каждой вещи была своя шкатулка. Флаконы крутились внутри в магическом поле, и, что важно, все эти шкатулки легко встраиваются в обычное трюмо. Трюмо, которое после этого сможет складываться и раскладываться подобно чемодану.

Заколдованное дерево шкатулок идеально вписывается в мебель любого цвета, постройка артефактов происходит за пять-десять часов. После шкатулки намертво срастутся с трюмо, и впоследствии никто, кроме меня, не сможет открыть створки. За эти шкатулки платят такие страшные деньги, что у меня возникают вопросы к банковскому счету рода Мор.

– О-о-о, госпожа хозяйка, а не могу ли я занять эти прекрасные просторные апартаменты?

Милки вылетел в тот же момент, когда я закончила расставлять шкатулки и, связав их в единую сеть, запустила процесс встраивания.

– У тебя свой комфортный шкаф, – напомнила я.

– Там пахнет пылью, а тут, – теневик накрутил несколько кругов вокруг трюмо, – тут пахнет вкусной магией! Я бы съел ее за неделю.

– Так, даже не вздумай, – строго произнесла я.

Едва лишь я убедила Милки, что его шкаф лучше моего усовершенствованного трюмо, как пришла Искра. Бледная до зелени девушка передала мне письмо с вензелем наследного принца.

Внутри было лишь несколько строк:

«Надеюсь, ты выберешь правильный статус, Пылающая».

– Уже выбрала, – процедила я и испепелила записку.

Огонь, лизнувший пальцы, отозвался колкой болью. И я твердо решила найти целителя. В конце концов, мало ли что? Вдруг родинку убрали как-то неправильно? Шрам-то остался, хотя должна была быть обычная гладкая кожа.

Остаток дня мы прокружились, собирая вещи и подготавливая платья для первого дня во дворце. Учитывая статус магистра теней, а также то, что мы приглашены, а не сами явились, по прибытии нас ждет аудиенция у Его Величества.

Для этого события я выбрала фероньерку с дорнскими алмазами и серебристое платье с морозным узором и черной тонкой вышивкой. Портная превзошла себя, и в тон к платью были доставлены изящные туфельки на каблучке-рюмочке.

Три лисички тоже попали в мою свиту. Айолин и Силин едва ли не рассорились, выбирая мне прическу и макияж. Пришлось напоминать, что все должно сочетаться.

– И яркие краски мне не нужны, – строго добавила я. – Хватит того, что…

Но продолжать я не стала. Мы решили, что лисам не обязательно знать о прецеденте Райне-Ферксара.

«Надеюсь, это не ошибка», – пронеслось у меня в голове.

И день неожиданно завершился – только-только закончили с хлопотами, как уже ужин, а после него легкая прогулка и сон в компании лисят. Морис и Аль проползли в мою спальню в своих меховых обличьях. Пришлось оставить, а как иначе?

Почесывая сопящих малышариков, я размышляла о том, что они едва привыкли к безопасности, как вновь приходится выходить в туманную неизвестность. Дети не глупы, они не могут не понимать, что во дворце нам всем придется несладко.

Так, переживая о будущем и сокрушаясь о прошлом, я сама не заметила, как уснула. И проснулась уже под деловитое пофыркивание Айолин и Силин.

До визита во дворец оставались считаные часы.

Благодаря стараниям трех лисичек-сестричек и я, и Альбирея выглядели безукоризненно. Платье дочери походило на мое – жемчужно-серое с розовым отливом и морозной вышивкой. Фероньерка Альбиреи была инкрустирована жемчугом и мелкой алмазной крошкой. Чуть-чуть слишком для юной девушки, но кажущаяся простота платья скрадывала легкую чрезмерность алмазов.

Морис был наряжен точь-в-точь как отец, а Лиам... Лиам захотел одежду в тон платья матери, и сейчас они оба выглядели довольно нелепо. И если Кайрнех лишь дернул уголком губы, то я подошла к лисице и приказала:

– Переоденьтесь, немедленно.

Она, оправив апельсиново-желтое платье, недоуменно вскинула бровь. А Лиам попытался возразить:

– Вы не можете...

– Могу, – оборвала я Лиама, и его матушка вынужденно подтвердила:

– Может. Но что вы от меня хотите, леди Антер-Айервилль-Мор? Первый день – день цвета!

– Прибывая ко двору Его Величества, мужчина надевает цвета своего рода, а женщина – свои самые дорогие украшения, – процитировала я краткий пересказ "Малого традиционного уложения". – У вас точно есть более дорогие серьги, я видела их.

– Н-но… но мне сказали...

– Вам солгали, – отрезала я. – Найра, прошу, перетряхни гардероб госпожи Райсары и выбери то платье, которое не опозорит род Мор.