Кружева бессмертия - Юрий Пашковский

Однородность окружающего мира напоминала о знаках бесконечности, которые Ночные эльфы использовали в своих ритуалах единения с Ночью. Повернутая набок восьмерка или пустой круг — замкнутая бесконечность. Если же соединить восьмерку и круг, то получится знак трансфинитности — бесконечность, бесконечно отражающаяся сама в себе. А вот если расположить восьмерку и круг последовательно друг за другом, но оставить при этом между ними большое пространство, то это знак небытия — бесконечности, которой не было, нет и не будет.

Занятная символика у Ночных эльфов, стоит признать. И это при том, что в магических практиках жители Лесов Кенетери ее совсем не применяли. Знаки для медитативной практики, для постигающего бытие духа, а не для разбирающего сущее на части разума.

Уолт внимательно оглядел себя. Вроде в порядке. С одеждой ничего не случилось, ранений не наблюдается, Локусы Души продолжают накапливать и гонять магию по жилам. Боевой маг Уолт Намина Ракура целехонек. Вот только исчезла сумка с лично созданными Свитками и посох. Это плохо. Посох, как и всякий резонатор, усиливает действие Локусов Души, и с ним заклинания получаются мощнее. Ну а Свитки позволяют не тратить время на формулировку мыслеобразов. Но нет ни того, ни иного. Хорошо, хоть кольца с пальцев не исчезли. Уолт внимательно осмотрел четыре перстня с тонкой магической гравировкой (работа фей, между прочим) и осмотром остался доволен.

Так, ладно. Что он помнит из последнего?

…Крылатый…

Вот ведь! Не из этого последнего! Откуда вообще взялись воспоминания?! И так ведь отчетливо все ощущалось, так живо, будто магия разорвала время, и он вернулся назад, в запечатанное на тысячи барьеров и запоров назад, горькое и противное назад.

Нужно поскорее забыть. Тиэсс-но-Карана скоро подействует, конечно, на такие образы она должна реагировать моментально, но и самому не стоит отвлекаться на прошедшее, которого не должен вспоминать. Но, Великий Перводвигатель, как же реально! Схватка, безумие Облика, объятия Кшанэ!

Уолт с силой ударил себя по лбу. И еще раз. И еще. Давай, вспоминай, что произошло в терме! Вспоминай последнее, что там произошло! Портал, да. Портал, проглотивший Эльзу, а следом и его самого. Такой же фиолетовый портал, как и все вокруг. Такой же… Это наталкивало на размышления. Отнюдь не успокаивающие размышления.

А после портала — воспоминания. Далекие воспоминания. Его воспоминания — и одновременно чужие. Память, которой не должно быть. Потому что слишком многое зависит от того, что он не должен помнить. Вот и сейчас — Тиэсс-но-Карана уже торопится затопить нагло оскалившуюся память туманом, образы стираются, остаются лишь эмоции, чувства, ощущения, которые будут некстати напоминать о себе в неподходящих ситуациях, и придется снова, снова, снова твердить: «Не вспоминать, не вспоминать, не вспоминать, убоги побери!..» И вот уже смутно понимаешь, зачем повторяешь эти слова и для чего нужно бессмысленное напоминание. Не вспоминать — уже этим вспоминая, что есть о чем не вспоминать. Но по-другому не получится. Никак.

Полтора года назад Тиэсс-но-Карана пришлось обновить. Вторжение Сивиллы в подсознательную часть души нарушило нормальную динамику Великого заклинания, и Уолт Намина Ракура был вынужден содрать с души защитную оболочку, отделявшую его нынешнюю личность от древних воспоминаний. Такого не было еще ни в одном из предыдущих перерождений. Но Магистр успел закончить обряд раньше, чем эмоции взяли верх. Он уже не был тем наивным и верящим в справедливость мальчишкой, уверенным, что Брат и Сестра сущее зло, а он тот, кто это зло остановит. Прожитые годы позволили увидеть мир в многообразии красок, а не разделенным исключительно на белое и черное.

Впрочем, Уолт уже не понимал, о чем думает. Да, обновленная Тиэсс-но-Карана определенно справлялась со своим делом. Да…

«Я бы не стал утверждать это так однозначно».

Нет! Не может быть! Этот насмешливый голос Ракура не перепутал бы ни с каким другим! Но ведь печать на душе была усилена тем же обрядом, который укрепил и Тиэсс-но-Карана! Проклятье!

Так, успокоиться. Беглый просмотр ауры и чуть более глубокий анализ Локусов Души показали: все в порядке, ничего не нарушено. По крайней мере на первый взгляд. Может, показалось?

«На это я бы не надеялся».

Нет, не показалось. Но как?

— Это ты, Тень?

«О, а в твоем сознании так часто звучат чужие голоса? Если так, то тебе стоит обратиться к эквилистонским психоведам!»

— Но… как?! Возрождение?!

«Не знаю. Это… не похоже на Возрождение. Это вообще ни на что не похоже. Я не вырвался за пределы своей темницы, но вижу твое сознание и слышу тебя. А ты слышишь меня».

— Но…

Тень прав. Это не Возрождение. Каждый раз, когда ему удавалось найти лазейку, выбраться из темницы в глубинах души и побороться с Уолтом за власть над телом, вместе с вырвавшимся из глубин подсознательного Отражением возвращались на короткое время и навыки из предыдущего перерождения. В последний раз, два года назад, в Диренуриане, Тень, воспользовавшись путем, проложенным Сивиллой, ненадолго одарил Ракуру фехтовальными умениями, нажитыми в прошедшей жизни. А сейчас, как Уолт ни прислушивался к себе, как ни пытался нащупать изменения в ауре и сознании, не чувствовал ничего нового. Он был боевым магом — и только.

«Очень интересное место».

— Убирайся.

«Ну-ну, не кипятись. Не знаю, заметил ли ты, но в данный момент я — бесплотный дух, призрак, неспособный воздействовать на вещи фантом. Впрочем, ты тоже ничего не можешь со мной поделать».

И он снова прав. Обычно Тень вырывался, когда Уолт был на грани, физически и психически изможденным. Да и эти случаи можно пересчитать по пальцам. Стоило приложить немного усилий, стоило надавить на него — и Отражение проваливался обратно, сдавливаемый напором воли Ракуры и действием Тиэсс-но-Карана. Однако сейчас Уолт был в полном порядке. Все очень и очень странно. Да, кстати!

— Воспоминания, которые… — Уолт осторожно подбирал слова, пытаясь не затронуть ненужными ассоциациями изгнанные из сознания образы, — которые были связаны с моим прошлым. Твоих рук дело?

«Ну, учитывая, что у меня и рук-то нет…»

— Ты понимаешь, о чем я спрашиваю!

«Нет. Не я причина твоих видений. Поскольку, хотя ты уже этого не помнишь, тогда я был лишь неразумным инструментом. Я проснулся позже тех событий. Эх, славное было время!»

— Значит, ты помнишь?

«Тиэсс-но-Карана на меня не действует. Ты вспоминаешь и забываешь, а я помню. Забавно, знаешь ли».

— Ты ведешь себя непривычно. Обычно с ходу предлагаешь свою Силу и ревешь белугой, когда я тебе отказываю.

«Сейчас я не располагаю своими возможностями. Повторю: я призрак. Однако за все время, проведенное с тобой, еще ни разу не попадал в подобную ситуацию. Занятно, не правда ли?»

— Так значит… это не то, о чем ты говорил… тогда?