Серая сестра - Марк Лоуренс

— О, кровь! — Сейчас даже Дарла почувствовала это, ее лицо побелело.

Нона с холодной уверенностью знала, что за пределами света фонарей тянутся окаменевшие кости — бесчисленные жертвы лежат в тщательном порядке, ярд за ярдом. Сколько веков они наблюдали за тьмой? И она знала, что среди костей бродит ужас. Теперь она чувствовала его, разумного, сгущающегося из ночи, обретающего форму. Возможно, он примет облик человека. Возможно, станет ею. И если он когда-нибудь поднимет к ней лицо, она утонет в кошмаре.

К тому времени, как они добрались до комнаты, в которой выбирали между тремя неисследованными проходами, все бежали. Рули уже висела на веревке. Джула не стала дожидаться, пока она сойдет. Ара стояла спиной к утесу, высоко подняв фонарь, и смотрела на вход в туннель. Кетти и Дарла присели на корточки у края, подталкивая остальных вниз. Нона едва удержалась, чтобы не протиснуться между ними и не схватиться за веревку.

— Предок! Быстрее! — Крик сорвался с ее губ.

Рули и Джула вместе добрались до дна и растянулись под грохот сыплющихся камней. Кетти начала спускаться. Темнота в туннеле, казалось, сгустилась, отвергая свет фонаря Ары.

— Он приближается! — Дарла соскользнула с края обрыва, ее побелевшие руки вцепились в веревку, а ноги были всего в ярде над головой Кетти.

— Мы не можем остаться! — Нона изо всех сил старалась не кричать. Страх наполнил ее, сотрясая каждую клеточку тела, заставляя трепетать воздух в легких. — Ара, вперед!

Они спускались по веревке друг на друге, их фонари висели на ремнях, они скользили от узла к узлу, обжигая ладони.

За ними последовала путаница раскачивающихся фонарей, острых камней и мелькающих теней. Крики, тяжелое дыхание, проблески меловых символов, бег, карабканье, последний отчаянный бросок через горловину, и они оказались в невероятной яркости дня. Задыхаясь, они легли, растянувшись на Пути Безмятежности.

Здесь, на свету, с дующим холодным ветром и равнинами, простиравшимися под ними к далеким дымам Истины, их полет внезапно показался глупым.

— Я больше туда не пойду. Никогда. — Дарла перевернулась на спину, ее ряса была порвана и перепачкана грязью.

— От чего мы бежали? — спросила Кетти.

— Первый раз, когда безмятежность действительно бы нам помогла... — Ара села, качая головой.

— И мы побежали! — Нона не могла поверить, что она не потянулась к своей безмятежности. Некоторым послушницам все еще требовалось время, чтобы погрузиться в транс, но многие могли вызвать этот настрой сознания за несколько мгновений. Страх охватил ее прежде, чем она успела подумать о том, чтобы отгородиться от него стеной.

— Предок! Посмотрите на себя! — Джула расправила свою рясу. Серая нижняя юбка просвечивала сквозь прореху длиной с ладонь. Нона оглядела себя. Пятна грязи прочертили ее горизонтальными линиями там, где она столкнулась со стенами во время безумного рывка.

— Сестра Колесо убьет нас! — Рули с ужасом оглядела себя.

— Сестра Швабра, ты имела в виду, — сказала Ара.

— Обе так и сделают! — Кетти вскочила на ноги. — Давайте возвращаться!

— Ты беспокоишься о Колесе и Швабре? — Нона указала на темную щель, скрытую в глубине скалы. — А как насчет этого?

Джула нахмурилась и провела грязной рукой по волосам.

— Я больше туда не пойду. — Она снова посмотрела на расселину. — О, у нас теперь столько неприятностей.

Дарла последовала за Кетти, бормоча что-то себе под нос. Джула и Рули двинулись по тропе следом за ними.

— Ара? — Нона застыла в изумлении. — Что там произошло? Почему они просто уходят?

Ара выглядела озадаченной. Пятно грязи под правой скулой, казалось, только делало ее еще красивее. Она прищурилась, словно пытаясь что-то вспомнить, потом покачала головой.

— Я не думаю, что нам стоит возвращаться. — она бросила взгляд в сторону расщелины, вздрогнула и повернулась, чтобы уйти.

— Что это такое? — Нона указала на блестящий предмет среди камней у ног Ары.

— О. — Ара даже не взглянула вниз. — Это всего лишь нож. Джула подобрала его в... — Она пожала плечами и повернулась, чтобы уйти.

— Подожди. — Нона взяла Ару за руку. — Эта штука там... это чудовище. Ты помнишь его? Да? — Их пальцы переплелись. Голубые глаза Ары встретились с темными глазами Ноны, и на мгновение она узнала... что-то. Каждая сделала шаг навстречу другой.

— Нет. — Ара покачала головой. — Мне очень жаль. — Хрупкое мгновение прервалось. Она высвободилась и поспешила за остальными. И Нона почувствовала, что от нее ускользнул какой-то шанс, который, возможно, никогда больше не повторится.

Нона стояла и смотрела, как все пятеро поднимаются по тропе, зигзагами уходящей к плато.

Что только что произошло?

Тебе не следует возвращаться в пещеры.

Не пытайся сделать вид, что нас оттуда не выгнали.

Так оно и было. Холотур. Я говорил тебе.

Так почему же Ара и остальные уходят?

Они не хотят умирать.

Я имею в виду, почему они больше беспокоятся о том, чтобы вымыть свои платья и зашить несколько прорех... Есть что-то еще. Не лги мне, демон. Я сожму тебя в кулак и снова поднесу к пламени.

Я буду жевать твои кости и заставлю тебя сплевывать кровь!

Но ты же знаешь, что я выиграю. Скажи мне.

Страх развязал их.

Развязал?

Нити, которые связывали их с этим местом, с этими пещерами — страх развязал их. Это прогнало воспоминания. К тому времени, когда они достигнут вершины, все это будет для них сном. Холотур заставил их забыть.

А я? Почему меня это все еще волнует?

Я защищал тебя.

Я тебе не верю. Ты сделан из лжи.

Нона наклонилась, чтобы поднять нож.

— Я знаю это оружие. — Прямой клинок, темное железо, едва заметный след ржавчины, навершие в виде железного шара, узкая полоска кожи, обмотанная вокруг рукояти. Метательный нож. Однажды она нашла у себя в постели точно такой же и видела еще один, торчащий из бока сестры Чайник.

Кеот потянулся к вороту ее рясы, подняв горячий прилив крови. Я тоже его знаю.

Ты лжец. Как ты можешь его знать?

Женщина, которая владела им, приходила посмотреть на мертвеца.

Почему?

Чтобы понять человека, который убил его, чтобы она могла в свою очередь убить их.

Нона задала вопрос, хотя уже знала ответ.

На кого она пришла посмотреть?

На Раймела Таксиса. Он был мертв, но маги не позволили ему умереть. И я был первым, кто нашел путь под его кожу.