Джокер - Феликс Разумовский

Это был популярный, известный на всю округу оазис вкуса,стиля и колорита, место, куда многих тянуло подсознательно, неудержимо,прямо-таки на генном уровне. Зря ли современные методы анализа ДНК позволяютпрактически точно определить, к какому племени принадлежали далёкие африканскиепредки! Ну а как распорядиться подаренным наукой наследием, каждый решал сам.Кто-то начал копить деньги на поездку в родную деревню прапрадеда, кто-тообзавёлся даишки[10] и засел учить суахили… А кто-то повадилсяходить в «Black magic woman». чтобы без особых усилий ощутить себя наследникомкоролей-людоедов.

Чего только стоили одни названия здешних блюд! «Томлёныеладони девственницы», «Копчёный окорок шкипера», «Консоме из дамских пальчиков»,«Печень миссионера а-ля азанде».[11] А антураж, а атмосфера аностальгические тона, а рокотание тамтамов, так отзывающееся в душе!

«Человеческое мясо, человеческое мясо, человеческое мясо…» —словно бы из глубины джунглей выговаривали они.

Официанты здесь носили мучи,[12] борфирму[13] продавали как милый сувенир, на стенах были изображенымолимо,[14] аборо-мангу, аборо-кикпа и ужасные адандара,[15] коварнейшие из всех существ. И хотя даже меню мелким шрифтомпредупреждало, что всё игра и «человечина» ещё недавно хрюкала иликукарекала, — всё же, всё же, всё же… как будоражил кровь нёсшийся сосцены напев!

Сожравший ближнего своего может не бояться агирэа,[16]

Злых духов может не бояться сожравший,

Да, да, не бояться, не бояться,

Да, да, сожравший ближнего, ближнего своего…

Поговаривали, будто в глубине полуподвала существовалнебольшой зал для VIP-персон, и уж там все игрушки заканчивались. Впрочем,подобные разговоры если и происходили, то очень тихо и сугубо в кругу своих.Если беспочвенные сплетни, не приведи Бог, дойдут до ушей хозяйки заведения,последствия могут быть непредсказуемые. Человечина в ресторане была фальшивая,а вот хозяйка — самая настоящая обеама, женщина, владеющая силой обеах.[17]

У неё было очень подходящее имя. Кого-то зовут Рози, кого-тоРуби, а вот её — Мамба, как змею в джунглях. Мамба Блэк. Только фамилия как-тосама собой переползла вперёд, и получилось — Чёрная Мамба. Если вдуматься,очень закономерно.

Чёрная Мамба была рачительной и умелой хозяйкой. Арендаторыи поставщики не могли на неё надышаться, заведение процветало, клиенты,отобедав, заказывали столики на следующий уик-энд, а разные там комиссии ипроверки, единожды сунувшись, исчезали неизвестно куда.

Другая на её месте выправила бы себе какие следует зубы,завела манто из русских соболей и молодого любовника (и плевать на то, чтоМамбу за её внешность называли ещё Чёрной Коровой) да уехала куда-нибудь наБагамы, но только не Мамба.

Что ей делать там, на Багамах? Кверху пузом валяться? Прожигатьжизнь?..

Не-ет, она предпочитала каждодневно изводить официантов,третировать мэтра и докучать поварам. Здесь ей было удобно.

Могучая и беспощадная Мамба не гналась за внешней роскошью иуспехом. Она вообще редко покидала этот дом, похожий на обросший илом«Титаник», потому что здесь была её крепость. Крепость, чьи стены за долгиегоды напитались томами колдовской силы и отзывались Мамбе, как скрипка.

Особенно это относилось к её кабинету, в котором хозяйкасегодня как заперлась с самого утра, гак и не показывалась наружу. Персонал нацыпочках пробегал мимо закрытой двери, безотчётно стараясь миновать её какможно скорей, но внутри кабинета на самом деле ничего уж такогоособенного не происходило. Там никого не скармливали змеям и не сжигалиживьём. Чёрная Мамба просто давала последний инструктаж, рукой мастера наносилазаключительный штрих.

Сегодня она отправляла в дальнюю дорогу козырного Мгави. А сним — шваль, мелкую разменную карту: Узкоглазого и Белую Козу. Белый Картак,которому нынче нравилось называть себя Панафидиным, уже прибыл на место,сообщил, что внедрился и прогнозирует успех. «Пусть, пусть прогнозирует, —усмехалась про себя Мамба. — Личного времени на перспективу ему немногоосталось…»

Она осушила стакан и строго посмотрела на азиата, вытиравшегосо лба пот.

— Ну что, прочёл? Запомнил?

Тот заблаговременно входил в образ чукчи. То есть парился вмеховой кухлянке, натянув на голову капюшон. На туго затянутом ремне виселинож, кисет и колотушка для снега. Он очень гордился своей придумкой. Русскиеищут человека азиатской внешности? Бог в помощь! Пусть попробуют узнатьтеррориста Мирзоева в этом персонаже анекдотов про чукчу…

Впрочем, попытки «войти в образ» покамест не продвигалисьдальше идиотского костюма и неумеренного употребления слова «однако». Мамбу этобесило, но волю чувствам она не давала, потому что мысленно давно уже махнулана Узкоглазого рукой.

— Читай дальше, дурак. — Она раздула ноздри,фыркнула по-звериному и повернулась к Мгави. — А ты, котёнок гиены,[18] не вздумай блевануть мне на ковёр! А ну, марш в сортир!