Невеста поневоле, или Обрученная проклятием  - Ная Геярова

– Осторожнее нужно. Здесь асфальт совсем плохой, дедушка.

– Дедушка? – взвыл старик и сверкнул на меня удивительно ясными серыми глазищами. – Какой я тебе дедушка! Необразованная… – И вдруг смолк, прищурился. – Миа? Миа Фрей!

Я посторонилась. Похоже, зря я ему начала помогать. Старикан-то совсем того… С крышей не дружит.

– Вы меня с кем-то путаете. Я – Оксана.

– Точно, Миа. А как на мать похожа! И лицо, и голос. Я нашел тебя! – Последний вопль заставил меня броситься прочь, к остановке. Я запрыгнула в подошедшую маршрутку, даже не обращая внимания на ее номер, и попросила быстрее отъехать.

Уж не знаю отчего, но после встречи со странным стариком на душе остался неприятный осадок. И имя… Миа. Так и звучало в ушах со стойким ощущением, будто я его уже слышала.

Бред. Странное имя. Нигде я его слышать не могла. А ближе к вечеру и вовсе позабыла о старике. У меня был замечательный день. Делами не слишком загружена, я работала секретарем в небольшой строительной фирме. Учиться после школы не пошла из-за ненадежного финансового состояния родителей. Висеть на их шее в ближайшие пять лет не хотелось. Решила сама подзаработать на учебу. И у меня это получалось. В следующем году я собиралась подавать документы на экономический факультет. Но теперь раздумывала, смогу ли я совмещать дела семейные и учебу?

«Будет видно», – решила уверенно.

Отпросившись пораньше с работы, я направилась с подругой в свадебный салон выбирать платье.

Самое лучшее. И я в нем буду самая красивая.

Покрутилась, смотря на себя в зеркало.

– Ксю, ты красавица! – восхищенно пропела подруга Лиза, с восторгом рассматривая меня. И тут же вдохнула. – А мой все никак не созреет.

Я подмигнула ей в отражение.

– Будет еще и у тебя праздник. Вот посмотришь. Димка тебя любит.

Она улыбнулась в ответ.

– Это я знаю. Но как же хочется тоже в платье и с букетом! Ах…

Я повернулась, чтобы лучше себя рассмотреть со спины. И тут же поморщилась. Ощутила, как под белоснежной тканью полыхнула кожа. Будто огнем.

Покосилась на стоящую у примерочной девушку-консультанта и тихо прошептала:

– Лиз, подуй на спину.

– Снова? – закатила глаза подруга. – Ксю, тебе к дерматологу хорошему нужно.

– Где я тебе хорошего найду? – нахмурилась я. – Здешних всех обошла. Говорят, все со мной в порядке.

– Ой, как это в порядке? – искренне возмутилась подруга. – Да у тебя вся спина красная.

– И огнем горит, – пожаловалась я. Промолчала, что после таких приступов ощущаю себя выжатым лимоном. Мало того, последнее время у меня и внутри все огнем пылало, в глазах темнело. Последний раз я едва не упала в обморок. И как-то очень отчетливо мне почудилось, будто ухожу с головой в ниоткуда взявшуюся Тьму. Я испугалась, насильно рванула сознание из темноты и выстояла на ногах. Хотя потом они изрядно дрожали и пришлось отпроситься с работы.

Но пугать подругу окончательно в такой замечательный день совсем не хотелось.

– Это платье или другие посмотрим? – спросила она. Я снова взглянула на себя в зеркало и с трудом сдержалась, чтобы не закричать. Из зеркального отражения на меня глядела я, но… Вся в темной дымке, с черными глазами и неестественно бледной кожей.

«Мама дорогая!»

Рывком отвернулась.

– Ксю, на тебе лица нет! – Я все же испугала подругу. Она охнула. – Давай я тебе воды принесу.

Я только кивнула.

Мы вместе вышли из примерочной. Лиза помогла мне присесть на диванчик в зале. Сама рванула за водой. Я сидела, с трудом сдерживая колотящую меня дрожь и едва не крича от жара, выжигающего меня изнутри.

– Ксю, попей.

Мне в губы ткнулся стакан с водой. Я подняла голову. Успела поймать настороженные взгляды консультанток. Мой взор скользнул дальше, и я выронила стакан из рук.

За окном свадебного салона, прильнув к стеклу, стоял утренний старик и скалился мне. Улыбкой его растянутые губы назвать было трудно.

– Девушка, вам плохо? – кинулась ко мне одна из работниц салона.

– Ксю, что с тобой? – Это уже Лиза.

– Там, за окном, – глухо прошептала я. У меня в глазах заметно потемнело. – Лиза, мне что-то совсем нехорошо, – успела сказать, прежде чем старик в окне поманил меня пальцем. Я резко поднялась и ощутила, что на самом деле не стою, а падаю.

Пелена, только что застилавшая мне глаза, заполонила комнату. Прорывая ее, замелькали цветные пятна. В ушах послышался шум. В лицо ударило яростным порывом ветра. И тут же все прошло.

* * *

Меня отчаянно затошнило. Голова кружилась. И хотя жар пропал, но сизое марево застилало взор. Я ничего не видела. С трудом стояла на ногах, наконец ощутив под ними твердь.

– Лиза, воды… Лиза!

Мне в руку снова ткнулся стакан. Я с жадностью его осушила.

Кто-то взял меня за локоть и помог сесть. Я благодарно кивнула.

– Спасибо. Лиза, ты где?

Пошарила рядом рукой. Подругу не нашла.

Я начала заметно нервничать. Почему Лиза не отвечает? Мне чем-то влажным протерли лицо. Я заморгала. Перед глазами начало проясняться кусками.

И странными они были.

Картина в раме. Камин. Винтажные диван и кресла. Между ними столик из красного дерева. Ковер, исполненный в очень старом стиле. Я такие только в музеях видела. Я потерла глаза руками.

Мама дорогая!

Вот так и сходят с ума. Я сидела на винтажной софе, в совершенно неизвестной мне комнате. Точно помню, еще минуту назад была в салоне свадебных платьев. Теперь же я будто в музей попала. Даже тяжелые бархатные портьеры на окнах висели.

И люди.

Женщина в светлом муслиновом платье. Плечи были прикрыты легким платком. Мужчина – невысокий, с небольшими залысинами, с мутно-серыми глазами, в черном костюме. Особенно меня позабавили фрак и цепочка на нагрудном кармане. Уверена, у него там механические часики.

Что здесь происходит?

– Вот, принимайте. Ваша племянница, господин Арктур.

Я покосилась в сторону говорящего и глухо вскрикнула. Сил бежать из сумасшедшего дома у меня не было. В паре шагов от меня стоял утренний старик. Только теперь он был одет в серую хламиду, из-под которой виднелись остроносые туфли, расшитые золотыми нитями. Старик поглаживал аккуратную седую бороду, висевшую до груди, и внимательно смотрел на меня.

– Обживайтесь, мадемуазель Миа. Знакомьтесь со своей потерянной семьей. А мне пора. – Повернулся к молчавшим мужчине и женщине. – Ну что же, счастливые родственники, обнимите нашедшуюся племянницу и будьте счастливы.