Ночной охотник - Валерий Теоли

— Ты подчиняешься тому, кто заплатит, — прокаркал туманный посланец. — Архангел Хасмиал свидетель, у его святейшества есть, что тебе предложить.

— Золото и серебро мало интересуют меня, — покачал головой эльф.

— Я говорю о другом, отступник! О снятии проклятия с твоего сына.

Внутри Эктариона словно всё замерло. В поисках средства, способного исцелить юного Нолмириона от безумия, он скитался по миру с тех пор, как покинул родное королевство. Ради получения знаний о древних богах, послуживших источником проклятия, он разрушал города, убивал, нанимался на грязную, кровавую работу, недостойную высокорожденного. И наконец, Создатель смилостивился над ним и его сыном.

— В лагерь наших воинов в аранье прибудет его святейшество, там он и проведёт ритуал, — продолжил посланец. — Необходимые святыни будут с ним. Твой сын вновь обретёт разум. После скроешься, ибо отменить церковный приговор невозможно.

Эктариона бросило в жар. Действительно ли верховный жрец нашёл способ, как и обещал? О, Крылатый Единорог, неужели сын исцелится?

— Мне нужно знать о размере вознаграждения отряду, — задавив в себе желание подробно расспросить вестника, сказал эльф. Не здесь и не сейчас. Обсуждать подобные вещи следует наедине. — Семёрка не убивает бесплатно.

— Грабежи и убийства синекожих демонов разве сами по себе не достойное вознаграждение? — изобразил удивление посланец.

— Скажи это моим боевым магам. Сомневаюсь, что они тебя поймут и добровольно согласятся на предложение сунуться в кишащие злыми духами леса без достойной платы.

— Вы, маги, совсем не чтите пресвятых ангелов, — послышался укор в резком голосе туманного вестника. — Вершить ангельскую волю высочайшая награда для смертного.

— Называть нас смертными всё равно, что именовать дуб травой. Помни, с кем говоришь, Фантом, и о нашей первой встрече.

Когда-то, кажется, минула с того дня целая вечность, посланец верховного жреца позволил себе оскорбить Эктариона с сыном, обозвав ничтожествами и ублюдками. В тот день Гуарендилу не помогли ни невидимость, ни умение проходить сквозь стены. Харкая кровью, он вымаливал прощение на коленях. С тех пор вестник не приближался к эльфу, ограничиваясь искусными иллюзиями и овеществлёнными двойниками.

— Семёрке даруют по свитку Первого Круга из Королевской библиотеки на выбор и набор зелий из Тельперинга, — решил, очевидно, не спорить посланец. И правильно сделал, по мнению эльфа. Перепалка в присутствии Корда и стоящего неподалёку сына грозила вылиться в нечто плохое для посланца верховного жреца. — Будьте благодарны! Щедрость его святейшества не знает границ!

Поистине, предстоит тяжёлая работёнка, раз жречество ангела Карубиала сулит столь великую награду. Свиток с заклятьем Первого Круга^[4] — вершиной магического Искусства — стоит куда дороже замка в империи или, скажем, титула графа в любом из государств Ирозанского континента. Вдвойне ценны свитки в среде магов. По ним можно изучить структуру запечатанных в пергаментном листе заклятий.

Набор зелий приятное дополнение. Алхимики и лекари озера Тельперинг, где стоит неприступная цитадель храмовников и жрецов Карубиала, славятся боевыми и исцеляющими зельями. Алхимик Семёрки Герреб наверняка захочет изучить творения эладарнских коллег. Возможно, даже разгадает формулу какого-нибудь из них.

— Мы согласны, — роняя слова, точно булыжники, ответил эльф. — Кого нам предстоит убить кроме троллей?

— Женщину — отродье солнечных эльфов, чья кровь испортила дом Лунного Клейма, и с ней человека.

— Погоди-ка. Мне известно о двух женщинах из дома Лунного Клейма, в чьих жилах течёт кровь солнечных эльфов. Убить их труднее, чем завоевать королевство.

— Великая награда даётся за великий труд, — Эктарион готов был поклясться, что вестник ехидно ухмыляется. — Ты многое пропустил из-за похода в горы. Обитель Клеймёных уничтожена, от дома осталось всего несколько десятков бойцов. Авариэль Кошка нынче направляется к ним, она ранена и, должно быть, ослаблена. Убить её легко для искусного боевого мага вроде тебя.