Сточное время - Владимир Холкин

Ощутив на пороге едва заметный толчок защитного поля, Янус шагнул в пустой вестибюль. Его никак не отпускала досада. Провалить зачет по предмету, который считался профильным, а главное, давался без особых проблем — это надо было суметь. И как же стыдно было позавчера, когда преподаватель, добрейший магистр Малус, покряхтев укоризненно, произнес: «Ну что же вы, Янус? Я, признаться, ожидал большего, вы уж, голубчик, не обессудьте». И хорошо еще, что магистр на два дня задерживался с отъездом и разрешил не откладывать пересдачу на начало следующего семестра, а прийти сегодня, в первый день двухнедельных зимних каникул…

Янус подошел к аудитории на втором этаже и осторожно заглянул внутрь.

— Входите, входите, Янус, — сказал магистр. Держа перед собой мерцающий вспомогательный контур, он разглядывал потеки ядовито-желтой субстанции на стене. Липкая клякса источала жуткую вонь, и ее отростки, игнорируя закон тяготения, растекались не только вниз, но и в стороны, а один как будто даже полз к потолку.

Вообще помещение хранило бесчисленные следы неких агрессивных воздействий, словно сумасшедший алхимик на протяжении многих лет ставил здесь запретные опыты, а потом пытался устранить результаты. Собственно, это было не так далеко от истины — в аудитории проходили семинары по основам утилизации.

— Ну-с, молодой человек, — обратился к нему магистр, — вы, я полагаю, осознали всю глубину своего падения и теперь готовы исправиться?

— Готов, господин магистр, — ответил Янус. — И осознал. Сам не понимаю, почему я так прокололся. Вроде бы тему знаю, а тут вдруг как отрезало…

— А вопрос какой у вас был, напомните?

— Отходы третьего уровня и опасность перерождения.

— Третьего уровня? Замечательно! Не сомневаюсь, что теорию вы уже подучили. А как насчет практического применения?

— Я готов, — сказал Янус, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

— Ну, что ж, прошу вас.

Магистр подозвал его к стене с подозрительными потеками.

— Итак, что вы можете сказать по поводу этой… гм… аномалии?

Янус сосредоточился, чтобы соорудить стандартную рабочую линзу. В воздухе перед ним вызревала большая прозрачная чечевица, она колыхалась и струилась мягкими оттенками синего, и сквозь нее стало видно, что клякса похожа на какой-то мерзкий цветок. Этот цветок был весь пропитан мертвой энергией, словно сгнил еще до рождения. Под взглядом Януса его лепестки свернулись в жирный бутон, который начал беспокойно пульсировать. Казалось, еще миг — и он лопнет, забрызгав комнату желчью. Стебель, похожий на пищевод, уходил куда-то вглубь, теряясь в каменной кладке.

Янус отшатнулся, почувствовав тошноту, и линза, сквозь которую он глядел на бутон, рассыпалась синеватыми искрами. Тяжело дыша, он опустился на стул, а магистр быстро провел вдоль стены ладонью, отсекая враждебный выброс.

— Весьма недурно, — сказал учитель. — Вы ведь видели стебель?

— Что это было? — спросил Янус.

— Это появилось сегодня ночью. Похоже, нам повезло — если бы я уехал в отпуск, как собирался, то эта дрянь спокойно бы прижилась…

— А защитное поле?..

— Видите ли, молодой человек… — начал магистр, но дверь в этот момент распахнулась, и у Януса глаза полезли на лоб.

Ректор был фигурой поистине легендарной. Он консультировал Имперскую Стражу, и пресловутый «казус Третьей Луны» разрешился при его активном участии. Еще он считался личным другом самого императора, но при этом крайне редко появлялся на людях, имел репутацию бескомпромиссного, а порой жестокого человека, и угроза вызова к нему «на ковер» приводила студиозусов в ужас. И вот теперь он, одетый в строгий черный камзол, стоял на пороге аудитории, а на запястье сверкал платиновый браслет Посвященного. Ректор был еще сравнительно молод, и темные волосы едва тронула седина. Янус подумал, что впервые видит его так близко.

— Здравствуйте, магистр, — сказал ректор. — Не помешаю?

— Здравствуйте, милорд, вы как раз вовремя. Разрешите представить — Янус, мой студент со второго курса. Очень способный молодой человек…

Янус поклонился, ощутив холодок сканирующей волны.

— Рад слышать, — произнес ректор. — Ну, что у вас?

— Вот, извольте взглянуть.

Ректор подошел ближе и уставился на стену с потеками. Он даже не стал формировать линзу, а использовал второе зрение напрямую. Янус подавил завистливый вздох. Наконец высокий гость отвел взгляд и медленно прошелся по комнате.

— Если эта мерзость уже проросла у нас, то могла добраться и до дворца, — брезгливо заметил он. — Значит, времени почти не осталось.

— Похоже, что да, милорд, — кивнул магистр. — Надо предупредить императора.

— Да, — согласился ректор. — И принцессу тоже. Принцессу, пожалуй, в первую очередь. И вот еще что…

Они обменялись быстрыми фразами с применением специфических терминов. Услышав что-то про «ураганный некроз», Янус тихо порадовался, что остальные слова ему непонятны. Он стоял столбом и даже поперхнулся от неожиданности, когда ректор вдруг развернулся на каблуках и обратился к нему:

— Молодой человек, магистр Малус хорошо о вас отозвался, а его мнению я привык доверять. Вы готовы выполнить одно деликатное поручение?

Янус вытянулся во фрунт и, запинаясь, пробормотал, что готов и постарается оправдать.

— Итак, вы доставите послание во дворец…

Янус поперхнулся вторично. Ректор поморщился и продолжил:

— Разумеется, это будет, мягко говоря, необычно, если простой студент-второкурсник придет и попросит аудиенции. Мы сделаем по-другому. Магистр, вы разрешите?

Ректор шагнул к столу, где стоял «зрачок», прикоснулся к сенсорам на подставке и жестом подозвал Януса. В полусфере возникло изображение девушки с длинными темными волосами.

— Это Виола, одна из фрейлин Ее Высочества. Отец — граф Атерваль, имеет заслуги перед двором, но живет затворником в своем родовом поместье. Впрочем, речь не о нем. Вы отправитесь в город и передадите фрейлине послание для принцессы. Сейчас я подготовлю энергетический слепок.

Ректор достал из кармана небольшой медальон, похожий на выпуклую монету, и поднес его к стене, где растекалась липкая клякса. Послышался легкий треск, и в воздухе явственно запахло озоном. Потом ректор зажал медальон в ладонях и несколько секунд стоял неподвижно.

— Накопитель запечатан, его откроет только принцесса. Держите, Янус. И запомните, — ректор глянул ему в глаза, — никто не должен знать о том, что вы видели в этой комнате. И вы никому ни при каких обстоятельствах об этом не скажете.

Волосы на затылке шевельнулись, и Янус понял, что да, не скажет. Даже если очень захочет.

— Теперь дальше. Виола будет ждать вас сегодня после полудня…

— Но как я туда успею? В лучшем случае, к вечеру доберусь…