Сияние Хаоса - Шах Лия

– И что вы предлагаете? – хмуро смотрел король на астролога и архиепископа. – Врываться в дома и лазареты и резать младенцев на глазах у родителей?!

– Нет. – тихо ответил Цитан. – Колдовское семя должно быть предано огню.

***

Столичное поместье герцога Феранийского.

Два часа спустя...

– Ваша Светлость, прибыл королевский гонец. – поклонившись, важно сообщил слуга своему господину.

Герцог Феранийский в столь поздний час сидел в рабочем кабинете и читал отчеты с южных рубежей. Его старый друг и наставник граф Элиот Даранийский сообщал об успешном рейде на один из пиратских притонов, что во множестве расплодились в Кадийском море. Доброе известие.

– Что ему нужно в такой поздний час? – потирая усталое лицо ладонями, пробормотал герцог. – Вели впустить.

– Слушаюсь. – поклонился слуга и ушел. Вскоре он вернулся в компании означенного гонца.

– Приветствую вас, Ваша Светлость. – встал на одно колено гонец, прижимая кулак к доспехам. – Я со срочным посланием от Его Величества короля Теруана Девятого.

Гонец протянул тубус со свитком слуге, и тот передал его герцогу. Не откладывая, герцог прочел послание. И чем больше он читал королевский приказ, тем выше поднимались его густые черные брови. Неслыханное дело велел исполнить король. Но вместе с приказом была приложена и копия древнего придания, а также сообщение от архиепископа, повествующее о важности сего мероприятия. Если даже Церковь одобрила, то...

– Можешь идти. – сворачивая страшную бумагу обратно и пряча ее в стол, бросил озадаченный герцог.

– Слушаюсь. – коротко ответил гонец и поспешил дальше. За спиной у него висела сумка, в которой было еще немало таких тубусов с посланиями. Да, сегодня у гонца работы было много.

– Дорин, – обратился герцог к слуге, – скажи начальнику гарнизона явиться ко мне. И передай ему, чтобы объявил всеобщий сбор. Пусть собирает солдат.

– Будет исполнено, Ваша Светлость. – поклонился Дорин и покинул кабинет.

Альмин, герцог Феранийский, встал из-за стола и подошел к окну. Действительно, такую яркую звезду сложно не заметить. Наверняка только колдовство могло создать нечто столь пугающее. Казалось, будто эта звезда приближается к земле и вот-вот спалит ее до тла.

Предрассудки – страшная сила.

– Ваша Светлость! – вбежала в кабинет господина молодая служанка из тех, что прислуживали его жене. – Госпожа рожает!

– Что?! – резко обернулся Альмин. Радостное известие стало для него настоящим ударом. Ведь приказ короля... – Ты уверена?! Но ведь срок еще не... Повитуху ко мне!!! Живо!!!

– Да, Ваша Светлость. – пискнула напуганная девушка и опрометью бросилась прочь из кабинета страшного человека. А в гневе герцог был ужасен. Его жена – маркиза Миелика Каркарийская – была уже беремена трижды, но выносить дитя смогла только в четвертый раз. Страшно вспомнить, через что пришлось пройти герцогу и его жене в попытке обзавестись наследниками. Вряд ли его жена сможет забеременеть еще хотя бы один раз. Сильно вряд ли.

– Ваша Светлость, звали? – чинно вошла в кабинет господина очень кругленькая повитуха. Она была при поместье с момента первой беременности маркизы и следила за ее здоровьем по сей день вот уже шесть лет.

– Это правда? Она рожает? – сжимая в руке королевский приказ, который зачем-то снова достал из ящика стола, процедил будущий отец.

– Все так, Ваша Светлость. Даст Единый, сегодня родится ваш сыночек. – улыбалась повитуха, не чувствуя надвигающейся беды.

– А теперь слушай меня внимательно. – опасно понизив голос, взглядом пригвоздил ее к полу мужчина. – Делай, что хочешь, но ребенок не должен родиться до рассвета. Ты поняла меня?

– Но как же... Это же... Это нельзя, Ваша Светлость! – сначала растерялась, а потом возмутилась повитуха. – Госпожа маркиза вот-вот уже разродится!

– Если ребенок появится раньше, чем взойдет солнце, я сниму твою голову с плеч собственноручно! – гневно закричал герцог, с силой ударив кулаком по столу.

Повитуха испуганно вскрикнула, прижала ладони к бледным щекам и стала пятиться к двери.

– Я могу... – лепетала женщина, – могу попробовать сделать отвар, чтобы остановить схватки, но и ребенок, и маркиза могут пострадать.

– Никто не должен пострадать. Мне все равно, что ты будешь делать. Выполнять!!! – рявкнул господин, и женщину сдуло окончательно.

Этой ночью нелегко пришлось очень многим. Герцогу, который отправил весь свой гарнизон в город исполнять приказ короля. Солдатам, вынужденным объяснять рыдающим родителям, почему их детей забирают. Королю, смотрящему с высоты главной башни на разгорающиеся на улицах костры, в которых тонули детские крики. Маркизе, которая вместо долгожданного наследника родила двух девочек-близняшек. И повитухе, которая не справилась с приказом господина.

Девочки родились за час до восхода солнца. И никакие отвары и окуривания не помогли отсрочить неминуемое. А когда герцог узнал об этом, он подошел к окну и отдал слуге приказ ничего не выражающим голосом:

– Отнесите младенцев страже.

– И даже не посмотрите на своих дочерей? – опустив голову, сжал кулаки Дорин. Он служит своему господину с детских лет и хорошо знает этот его холодный тон. Чем больнее ему было, тем отчужденнее он становился. Поэтому лучше бы он кричал и гневался, чем вот так спокойно смотрел перед собой.

– Ты не слышал приказ? – не оборачиваясь, спросил герцог Альмин.

– Ваша Светлость, что вы скажете маркизе? Она не перенесет этого.

– Приказ короля. Кто посмеет ослушаться?

– А что, если... Нам же всего часа не хватило. Давайте объявим, что девочки родились в полдень, тогда они будут спасены!

– Но колдовство...

– Колдовство наследственно! Вам ли не знать, Ваша Светлость, что эта зараза передается детям от родителей? Ни у вас, ни у маркизы в роду никогда не было колдунов. Нет ни малейшей вероятности, что в ваших дочерях проснется зло. Это не обман, это... милосердие.

– Слуги могут донести.

– Слуги давно спят. А повитуха... Предложите ей место гувернантки дочерей, и тогда она первая будет свидетельствовать, что ее воспитанницы родились в полдень и ни минутой раньше. Ваша Светлость, это же ваши дочери...

За окном на деревья падали отблески далеких костров. Даже здесь герцог слышал крики и плач горожан. Проклятое колдовство! Столько бед от него!

– Хорошо. Скажи повитухе, что я сохраню ей жизнь, если в этот раз она все сделает, как надо.

– Мудрое решение, господин...