Четвертое Правило Волшебника, или Храм Ветров - Терри Гудкайнд

Кара приняла все это к сведению. Потом она повернулась к Чандалену и, расстегнув пару пуговиц, показала ему страшный шрам на боку.

— Это было тоже очень больно, совсем как тебе. — Чандален хмыкнул с видом знатока. — Спереди у меня было много шрамов, но магистр Рал их убрал. Это позор; некоторые из них были просто загляденье.

Ричард и Кэлен шли позади Чандалена и Кары, которые увлеченно показывали друг другу свое оружие и говорили о ранах. На Кару произвели впечатление его познания.

— Чандален, — спросила Кэлен, — что у вас происходит? По какому поводу пир?

Он посмотрел на нее как на сумасшедшую.

— Это свадебный пир. По поводу вашей свадьбы.

Кэлен и Ричард переглянулись.

— Но откуда же вы знали, что мы приедем играть свадьбу?

Чандален пожал плечами.

— Птичий Человек сказал.

* * *

Когда они вошли в деревню, их окружила толпа людей, жаждущих обменяться с ними приветствием. Савидлин хлопнул Ричарда по спине, а его жена, Везелэн, по очереди обняла и расцеловала их с Кэлен. Их сын, Сиддин, цеплялся за ногу Кэлен и что-то лопотал на своем языке. Ричард и Кара не понимали ни слова; в Племени Тины только Чандален говорил на их языке.

— Мы приехали, чтобы сыграть свадьбу, — сказала Кэлен, обращаясь к Везелэн. — Я привезла то красивое платье, которое ты для меня сшила. Надеюсь, ты помнишь, что я просила тебя стоять со мной рядом?

Везелэн просияла.

— Я помню.

Кэлен увидела человека с длинными серебряными волосами, одетого в штаны из оленьей кожи и такую же куртку. Она наклонилась к Каре:

— Это их вождь.

Птичий Человек приветствовал их легкими ударами, как почетных гостей, а потом отечески обнял Кэлен.

— Лихорадка прошла. Дух нашего предка, должно быть, помог тебе. — Кэлен кивнула. — Я рад, что ты дома. С удовольствием обвенчаю вас с Ричардом. Все уже готово.

— Что он сказал? — спросил Ричард.

— Все готово к нашей свадьбе.

Ричард нахмурился.

— Мне не по себе, когда люди знают то, что мы им не говорили.

— Ричард-с-Характером недоволен? Ему не нравятся наши приготовления?

— Нет, не в этом дело, — сказала Кэлен. — Все замечательно. Просто мы не можем понять, как вы догадались, что мы приедем именно сегодня. Еще позавчера мы сами об этом не знали.

Птичий Человек показал в сторону помоста, укрытого навесом.

— Тот человек нам сказал.

— В самом деле? — переспросил Ричард, когда Кэлен перевела, и нахмурился еще больше. — Что ж, я думаю, надо взглянуть на человека, который, кажется, знает о нас больше, чем мы сами.

Поворачиваясь, Кэлен заметила, что Птичий Человек почесывает щеку, чтобы скрыть улыбку.

Они протолкались сквозь толпу танцоров и музыкантов, детей и взрослых. Женщины разносили корзины с едой и блюда с лепешками из тавы. Труднее всего приходилось Каре, которая очень нервничала при виде такого количества людей, говорящих на незнакомом языке. Она не брала в руку эйджил, но было видно, что сделает это, если кто-нибудь хотя бы случайно наступит ей на ногу.

Выйдя к помосту для старейшин и почетных гостей, Ричард и Кэлен застыли.

— Зедд, — прошептал Ричард.

Это был действительно он, облаченный в роскошный черно-фиолетовый балахон. Его седые волосы были, как обычно, всклокочены. Перед ним толпились девушки с блюдами и корзинами, и Зедд придирчиво выбирал себе кушанья. Рядом с ним, скрестив ноги, сидела низенькая женщина в темном платье и плаще.

— Зедд! — Ричард вскочил на возвышение.

Зедд улыбнулся и помахал ему.

— А, вот ты где, мой мальчик.

— Ты жив! Я знал, что ты жив!

— Ну конечно. С чего бы…

Не успел он договорить, как Ричард с такой силой сгреб его в охапку, что едва не задушил. Зедд забарабанил кулаками по плечам Ричарда.

— Ричард! — пищал он. — Проклятие, Ричард! Ты же меня раздавишь! Отпусти немедленно!

Ричард отпустил его, но лишь для того, чтобы Зедда тут же схватила Кэлен.

— Ричард говорил, что ты жив, а я не верила!

Женщина рядом с Зеддом встала.

— Рада видеть тебя, Ричард.

— Энн? Вы тоже живы!

Она улыбнулась.

— Ну, уж никак не благодаря твоему дурному деду. — Она проницательно посмотрела на Кэлен. — А это, я не сомневаюсь, сама Мать-Исповедница.

Ричард обнял Энн. Зедд, глядя на них, жевал кусок рисового пирога.

Ричард вытолкнул вперед Кару, но она заговорила раньше, чем он:

— Я — телохранитель магистра Рала.

Ричард посмотрел ей в глаза.

— Это Кара, и она больше, чем телохранитель. Она наш друг. Кара, это мой дедушка, Зедд, и Аннелина Алдуррен, аббатиса сестер Света.

— Бывшая аббатиса, — сказала Энн. — Рада познакомиться с другом Ричарда.

Ричард снова повернулся к Зедду:

— Никак не думал, что встречу вас здесь. Вот уж сюрприз так сюрприз. Но откуда ты узнал, что мы сегодня приедем сюда?

— Прочитал, — ответил Зедд с набитым ртом. — Там было про это написано.

— Написано? Где?

— В сокровище Джокопо.

Кэлен подалась вперед.

— Там что, написано на золоте?

Зедд помахал куском пирога.

— Да нет, не золото — сокровище Джокопо. Пророчества. Все те свитки. Мы сожгли их, чтобы они не достались Джеганю, но сначала я кое-какие прочел. Я прочел о том, что вы поженитесь, а Энн вычислила день. Я поражаюсь ее знаниям в этой области.

— Ну, это было не самое сложное пророчество, — сказала Энн. — Там вообще не было сложных пророчеств — поэтому нельзя было допустить, чтобы они попали Джеганю в лапы. Он едва не завладел ими.

— Так вы пришли сюда, чтобы уничтожить пророчества? — спросил Ричард.

— Да. — Зедд с отвращением потряс кистями рук. — Да, но это было ужасно.

— Да, просто ужасно, — подтвердила Энн.

Зедд помахал костлявым пальцем перед лицом Ричарда.

— Пока ты там резвился в Эйдиндриле, мы попали в настоящую переделку.

— Переделку? Какую еще переделку?

— Ужасную переделку, — сказала Энн.

— Да, — подтвердил Зедд. — Нас взяли в плен и содержали в ужасных условиях. Это было чудовищно. Просто чудовищно. Мы едва не простились с жизнью.