Дракон - Александр Сапегин

О как полыхнули волосы подгорного жителя.

– Это невозможно! – вскинулся гном.

– Вы назвали свою цену, сказали, что не торгуетесь, я согласился с вашими условиями, теперь вы говорите, что выполнить заказ нет возможности? Вы отказываетесь от заключенной сделки?

– Нет, – понуро ответил гном. Клиент поймал его в ловушку. Отказаться от заключенной сделки, значит потерять престиж, а престиж такая штука, что потом не восстановишь. Клиенты уйдут к другому, никто не захочет шить одежду у опозорившегося мастера. А на вид мальчишка… – Располагайтесь, будем снимать мерку.

– Я спрашивал про обувь.

– Сто звондов.

– Договорились, как вы понимаете, заказ должен быть по ноге и готов вместе с костюмом.

Гном скрипнул зубами.

Через тридцать минут, надувшийся «халявного» бодросила и «облегчившийся» на триста монет, Тимур покинул гостеприимное заведение. Форму и сапоги обещали доставить прямиком в общежитие. За такие-то деньжищи можно постараться. С ума сойти, простой крестьянин считает двадцать звондов очень большими деньгами, а он отдал в десять раз больше за какую-то раскроенную тряпку. Куда катится мир?

Между тем, вечерело. Вдоль проспектов и парковых дорожек зажглись магические огни – казалось, город набросил на себя праздничный наряд. Тимур посидел в летней ресторации на берегу искусственного озера, послушал музыку и насладился изысканной кухней. Официанты так и вились вокруг перспективного посетителя, девушки за соседними столиками стреляли глазками, но молодой офицер оставался равнодушным к женским чарам. Пусть думают, что хотят, наплевать. Приятный вечер, можно и в общагу топать…

* * *

В парке было пусто. Какой дурак будет бегать по дорожкам со свинцовыми грузиками на ногах и тяжелым мешком на плечах в промозглый туман? Утро – время для последних снов, а не для бестолковой беготни. Риго остановил Тимура и кинул ему тренировочный меч из сырого железа:

– Держи, отрабатываем низкие стойки, следом покажешь, чего ты стоишь в нападении, шевелись! – Худой и Марика не задали ни одного вопроса, где он был весь вчерашний день. Человеку иногда требуется побыть одному, друзья прекрасно поняли его настроение.

– Хватит, – Риго остановил тренировку. – Выставляешь ногу, получаешь по ней. Проваливаешься вперед, теряешь равновесие и попадаешь под косой удар. Руку в сторону не отводи, не со щитом работаем, так открывается левый бок для атаки противника, быстрый укол – и одним мертвецом станет больше. Хочешь стать зомби? Нет? В стойку!

Худой, перевитый сухопарой мускулатурой, Риго не делал другу скидок. Тренировки проходили в жестком ключе, ошибки немедленно наказывались условно смертельными уколами или ударами, после которых в реальном бою больше не встают. С каждым днем бывший второй номер допускал все меньше и меньше ляпов, но до настоящего фехтовальщика ему было еще ой как далеко.

– Закончили, – бросил Риго, – валим с поляны.

Они собрали снаряжение и пошли в общежитие. Тяжелые браслеты и пояс Тимур не стал снимать, в апартаментах скинет.

Метров за сто до родных стен из тумана выступили десятки фигур с походными сумами на плечах. Чем ближе друзья подходили к фигурам, тем яснее становилось, что в школу прибыли снежные эльфы. По-видимому, гостей с гор Мраморного кряжа принимали через школьный портал, так как до открытия врат было больше получаса. Эльфы провожали молодых людей долгими взглядами, в которых читалось неподдельное уважение. Обвешанные грузиками и снаряжением люди явно занимались не один час. Истязать себя в такую рань и холодный туман не каждый сможет. Неожиданно Тимур бросил снаряжение на землю и вклинился в группу эльфиек.

– Осторожней, мужлан! – процедила красавица, которой он нечаянно наступил на ногу.

– Любаэль!

Одна из девушек обернулась, сбросила с плеча сумку и побежала к ним навстречу.

– Тимур! – повисая у него на шее и целуя в губы, завизжала она.

Наблюдавшие сценку «ледышки» широко улыбались. Тихо присвистнув, Риго покачал головой. Вот Молчун, удивил так удивил!

Тантра. Ортен. Лайлат…

Его величество наклонился к канцлеру и тихо спросил:

– Как тебе друзья нашего дракончика?

– Интересные молодые люди, не лишены талантов. Стоит присмотреться к ним более внимательно, Дранг ничуть не приуменьшал, рассказывая о них, – ответил Гарад, разглядывая великолепную пару – человек и эльфийка, на мгновение застывшую в очередном па. – Граф Сото не перестает удивлять своими эскападами, и где он отхватил такую красавицу и такой китель? Олмар может на меня обижаться, но рядом с молодым человеком его мундир совсем не смотрится или смотрится как сюртук бедного родственника! – король улыбнулся.

– Я не про то.

– Я понял, про что ты. Не думаю, что эльфийка – подстава над-князя. Просто у них так сложилось, блеск в глазах нельзя подделать. И вот еще что: парни прекрасно разобрались в ситуации. Я наблюдал за ними во время церемонии награждения и видел, какие они бросали взгляды на Мидуэля и тебя. Аура Сото светилась равномерно, что говорит о жестком самоконтроле. Когда ты завел речь о геройстве, по ней пробежался огонек, будто он скривился. Видал он награды и подаренное имение в Лайлате на высоком столбе. Они не хотят быть разменными монетами в политической игре.

– Они еще мальчишки!

– Видел бы ты иллюзограмму второго орденоносца после ронмирской бойни, то не был столь категоричен.

Гил II откинулся на спинку трона, установленного на невысоком помосте, и задумался. Не заигрался ли он в игры? Игры. Вся жизнь игра. У детей игрушки и игры маленькие. У людей постарше игры выходят во двор и на улицу. У людей, облеченных властью, площадка для игр вырастает до размеров города, провинции и страны. У облеченных большой властью, игрушкой выступает сам мир. Похоже, миру надоело, что с ним играют, как с куклой, он решил выступить в роли кукловода и поиграть людскими судьбами. После таких игр от городов остаются черные пепелища…

– Ваше величество! Тарг побери! Пусть ко мне подойдет Гарад, – нарушая все нормы, донесся из переговорника, вшитого в воротник мундира, голос не к добру упомянутого Дранга.

Король скосил глаза в сторону, в затемненной нише с правой стороны зала стоял главный государственный шпик. Гил посмотрел на канцлера и смежил веки. Гарад отошел от трона, вальяжно прошел треть зала, минуты три-четыре покрутился среди придворных и остановился рядом с главой Тайной канцелярии.

«Спокойно, Гил, спокойно. Улыбайся, улыбайся, Тарг тебя задери», – твердил сам себе монарх. Бледный вид возвращающегося канцлера почему-то не внушал оптимизма. Что еще случилось? Судя по растерянной физиономии Гарада – ничего хорошего. И старый эльф заерзал на своем троне. Подушечка жесткая? Или ему тоже что-то нашептали через переговорник? К трону над-князя подошел внучок. Родственники о чем-то мило побеседовали, и Бериэм незаметно испарился из залы. Становилось интересно.