Школа гейш - Алина Лис

— Жульничаю в го? Разве это возможно?

— Вот и я думал, что нет. — Тануки оживился. — Давай меняться: я тебе новое кимоно, а ты расскажешь, как это делаешь!

Джин сверкнул белозубой улыбкой:

— А кимоно в соседней деревне сопрешь?

— Позаимствую, — поправил его тануки. — И не в соседней. Где живу — не гажу.

Самханец развел руками:

— Хорошая сделка, уважаемый Дайхиро. Но, увы, никакого секрета нет. Я просто хорошо играю. Могу научить…

— Дайхиро! — перебила его Мия. — Нам нужно поговорить.

Она поднималась в храм с тяжелым сердцем и всю дорогу так и эдак крутила в мыслях предстоящий разговор. Еще и воспоминание об уроке с Такухати вносило дополнительный сумбур. Мысли то и дело сбивались на случившееся в зале. Перед глазами вставало мужественное, искаженное страстью лицо, вспоминался вкус поцелуев и хмельное ощущение власти над опасным хищником. Тем более дразнящее, что он вручил эту власть Мие добровольно и мог отобрать в любой момент.

Она тряхнула головой. Боги, опять? Даже сейчас, в разговоре с самханцем.

Что Такухати сделал с ней?

Дайхиро мгновенно подобрался, реагируя на тон:

— Что-то случилось, Мия-сан?

Рука мужчины потянулась к ножу.

— У меня тот же вопрос.

— Случилось. Подойди, пожалуйста, Дайхиро. Нет-нет, Джин! Ты — сиди.

Только когда оборотень оказался рядом с ней у двери, Мия облегченно выдохнула. Она помнила, каким смертоносно быстрым умеет быть самханец. Но со сломанной ногой Джин не успеет до них добраться.

Тануки встревоженно заглянул ей в лицо:

— В чем дело?

— Он — шпион и убийца, — кивнув в сторону самханца, сказала Мия. — Его ищут войска наместника.

— Ого! — присвистнул тануки. — И что мы будем делать?

— Мия, послушай…

— Мы уйдем. И позовем стражу.

Она не смотрела на Джина. Лгун! Предатель!

Шпион.

— А я говорил, что надо его выбросить. Нечего подбирать всякую пакость. — Тануки с тоской покосился на оставленный у костра тесак, а потом укоризненно — на Мию. — Могла намекнуть. Я бы ножик прихватил.

Самханец поднялся, тяжело опираясь на бамбуковый посох.

— Все не так просто, Мия. Пожалуйста, выслушай меня!

Она попятилась.

— Пойдем, Дайхиро.

— Стой!

Он был быстрым. Даже со сломанной ногой слишком быстрым. Но Мия успела бы уйти, если бы не камень, некстати подвернувшийся под ногу маленькому монаху…

Жалобный крик тануки остановил ее уже у ворот. Она обернулась. И поняла, что никуда не уйдет.

Тануки лежал на ступенях храма, а самханец сидел на нем сверху, удерживая оборотня в болевом захвате.

— Беги, Мия-сан, — выкрикнул Дайхиро.

Мия беспомощно оглянулась по сторонам. У нее не было даже ножа. Ни ножа, ни палки — ничего. Да и поможет ли нож против воина?

Вот она, расплата за глупость. За неуместное желание помочь первому встречному.

— Беги! — Оборотень извернулся и впился зубами в держащую его руку. Мужчина поморщился, но не выпустил пленника.

— Выслушай меня, — повторил самханец. — Я не враг.

— Отпусти его.

— Отпущу, если выслушаешь.

Она кивнула и обреченно пошла навстречу лазутчику, не отводя взгляда.

Тануки, словно поняв бесполезность сопротивления, разжал зубы.

— Беги, дурочка!

Мия подошла и встала рядом. По предплечью Джина сбегали красные капли.

Ей не хотелось слушать вранье шпиона. В этот момент Мия почти ненавидела его. За ложь. За угрозу Дайхиро. За собственный глупый и стыдный сон. Будь у нее нож, она бы, наверное, ударила самханца.

— Отпусти. Я выслушаю тебя.

Он, поморщившись, слез с распростертого тела.

— Давай вернемся в храм, Мия, — его голос звучал мягко, — я расскажу, почему я здесь. Расскажу тебе все… все, что смогу. Если после этого ты решишь, что мое место в темнице наместника — пусть будет так.

Охая и ругаясь, рядом поднялся Дайхиро. Выразительно кивнул на ворота, но Мия покачала головой.

Не уйти.

Даже со сломанной ногой Джин был слишком сильным и быстрым.

Самханец посмотрел на нее в упор:

— Клянусь честью своего рода и своим посмертием, что говорю правду. Я не причиню вреда тебе или твоему другу. И я не сделал ничего плохого.

— Ты шпион!

— Я не желаю зла твоей стране. Скорее наоборот. То, что я сделал, спасет тысячи жизней.

— Ты убил пятерых самураев.

— Я защищался.

— Ты шпион, — чуть не плача, повторила Мия.

Дайхиро дернул ее за рукав:

— Слушай, Мия-сан, может, и правда, выслушаем его? Раз уж тратили время, лечили, выхаживали.

Когда он успел стать таким благожелательным к самханцу? Неужели всего из-за нескольких проигранных партий в го?

А впрочем, что ему? Дайхиро — ёкай, пусть и друг Мии. Оборотни вне политики и человеческих дрязг.

Что же делать? Как поступить?

— Я не прошу многого. Только выслушай. Давай вернемся в храм.

Она медленно поднялась по ступеням. Тануки шел за ней, самханец ковылял последним, тяжело опираясь на посох. Такой обманчиво беспомощный и смертельно опасный.

Они вошли внутрь, и Джин сел у костра. Мия осталась стоять.

— Рассказывай.

— Садись.

— Нет!

— Сядь, пожалуйста, Мия. Я поклялся.

— Я тебе не верю!

— Я могу как-то это изменить?

— Поклянись на крови, — предложил тануки.

Глаза самханца расширились, но он кивнул и потянулся к танто. Лезвие вспороло кожу на предплечье, рисуя иероглиф «гири», и мужчина повторил слова клятвы.

Надрез полыхнул алым, на мгновение в комнате сгустились тени, запахло грозой…

А потом все исчезло.

Джин кивнул на подстилку из пальмовых листьев:

— Садись, Мия. Выслушай меня.

Если бы не Дайхиро, послушно опустившийся рядом с самханцем, Мия не решилась бы послушаться.

— Я думала, ты проклят, — сказала она, усаживаясь на самый краешек подстилки.

— Клятвам это не помеха.

— Рассказывай. Кто ты, Джин Хо? И зачем ты пришел в мою страну?

Он вздохнул: