Сотовая бесконечность - Сергей Вольнов

Страшнее всего, как она и предполагала, было открытое НЕБО, смертельной угрозой постоянно нависающее над головой.

Нурмухаммад Мохаддиншев с удовольствием опустил бинокль и передёрнул затвор АКСМ с оптическим прицелом.

Позиция была – что надо! Так, кажется, неверные это называют?!

В любом случае, у него не было другого выбора.

И всему виной Земир Мерхан! Инструктор-турок, прочно обосновавшийся в их отряде три недели назад и завладевший умом и сердцем их полевого командира Исланбея «Вурдалака» Турдуханова. Он-то и убедил Исланбея нанять эту синеглазую бледнокожую дочь шайтана по имени Лайма. Из какой-то там малюсенькой Эстонии.

Подумаешь!.. Пятикратная чемпионка Советского Союза по пулевой стрельбе! Тоже мне птица!

Так, видимо, и подумали Исторхан, Давия и Мартын, когда им пришла в голову мысль позабавиться с этой эстонской сучкой…

Хрупкая, казалось бы, на вид девка, маленькая такая, ну тебе – старшеклассница с футляром для контрабаса.

Да и вела себя слишком дерзко!

Вот джигиты и попытались, прямо в день её приезда, хорошенько поднабравшись «огненной водой»… В общем, решили они завалить эту тёлку!

Вот только девка оказалась им не по зубам!

Всех троих, парней молодых, здоровых, неслабых и опытных, она убила сама! Голыми руками! На глазах остального отряда… Молниеносно и жестоко.

Вспоминая своих «боевых братьев», Нурмухаммад не мог не признаться себе, что девочка, несмотря на невинный внешний вид, была в действительности не орешком, а кремешком. Кого грохнула?!

Номер первый. Исторхан Ахметдинов. Тридцать два года, тоже, как и Нурмухаммад, отслуживший в своё время в десантном спецназе агрессоров. Тёртый джигит! Пятьдесят два трупа на нём. Восемнадцать из них – ножом.

Второй – Давия Кашинидзе. Двадцать восемь лет. Грузин. Головорез тот ещё! С криминальным прошлым. Это он, маньяк, пленным уши, носы и хрены отрезал.

Сам-то Нурмухаммад этого не одобрял. Да и Исланбею, соседу своему с детства, об этом говорил неоднократно. Но не слушал тот рассказов своего приятеля.

А Мартын… Этот, по мнению Мохаддиншева, был вовсе не тем, за кого себя выдавал. Говорил, что он – украинец. Киевлянин… Ха!

Нурмухаммад служил срочную вместе с украинцами! И даже, несмотря на полуанекдотичность личности, – «сержант Прохоренко» также присутствовал. Правда, звали этого сержанта Майстренко, но… Крови уж он попил, попил из тогда ещё «духа» Нурмухаммада Мохаддиншева. Хватило бы, наверное, на десяток донорских сдач.

Речь, собственно, о том, что не был Мартын Сапог похож на украинца. Даже на русского, выросшего на Украине, не был.

Дело в том, что те, кто вырос на Украине, так или иначе сталкиваются с украинским языком. И язык этот каким-то образом откладывается в голове. Все эти странно звучащие слова. Поэтому не узнать их по говору – невозможно.

Этот человек, однозначно, был не тем, за кого себя выдавал.

Однако, боец он был – знатный!

Но…

Тех, кто бросился на хрупкую снайперицу, она уделала в два счёта. Экономно и жёстко. Любо-дорого, как говорят гяуры, посмотреть.

Не в каждом Made in Russia отсутствует дух воинский.

Нет! Исланбей был, конечно же, прав. Тут никакого разговора.

Да и «футляр» её под хитрой личиной контрабаса, как оказалось, содержал «инструмент» совершенно иного способа воздействия: старомодную с виду винтовку с мощным двухрежимным оптическим прицелом. А ещё запас патронов, масло, жидкость для протирки линз, одноместную палатку из тончайшего водоотталкивающего материала, пару-тройку масккостюмов и прочие снайперские принадлежности.

И угрохала эта «восьмиклассница» троих здоровенных гоблинов, как два пальца об ветер… Что-то вроде новой куклы за столом рафинированной девочки.

Тех же, кто вяло попытался возразить, положили телохранители Исланбея.

Этой суке платили тонну зелени за каждого жмурика. Три – за офицера. Пять за полковника… Десять дали бы за генерала. Надо отдать ей должное, стрелять она умела…

Нурмухаммад в молодости сам служил в разведроте ВДВ. Сначала срочная, потом, по заданию того же Исланбея, сверхсрочная… Служба многому его научила. И не только ненависти к «светлокожим» «старикам» и дембелям…

Вот его, как самого опытного в отряде, Исланбей, по совету всё того же Земира Мерхана, и определил прикрывать наёмницу. Отправили не столько «пасти снайперицу», сколько её контролировать.

Но девка не подкачала! Девятнадцать трупов за десять дней! Из них – четыре офицера.

Она стоила тех денег, которые Исланбей, в мудрости своей, заплатил.

Девка эта – стрелок от Бога! Сам шайтан, должно быть, учил её стрелять…

И страховал её Нурмухаммад с удовольствием. Не каждый раз видя воочию результаты стрельбы, он был уверен, что она не подведёт.

И не подводила никогда! За все восемь раз, что он ходил с ней в засаду.

А вот сегодня вышли в девятый…

Он истово, как и подобает правоверному, помолился Аллаху. Попросил божественной помощи в предстоящем деле. Но Аллах отвернулся сегодня от Нурмухаммада…

Едва он устроился в «идеальной снайперской точке» – образованной корнями дерева полости, – предварительно убедившись в отсутствии «лишних глаз», как получил сокрушительный удар в затылок и отключился.

Когда Нурмухаммад Мохаддиншев, сын Мардухана Мохаддиншева, известного в ауле нарушителя спокойствия, пьяницы и дебошира, часто-часто заморгал глазами, пытаясь прийти в себя, то обнаружил себя лежащим крепко связанным на небольшой полянке, укрытой высокой сочной травой.

Метрах в трёх от него сидела на земле белоголовая наёмница. А возле неё стояли двое. Примерно одного роста. Мускулистые, выносливые. Это было видно сразу. Оба в камуфляже с «элементами растительности». Но на федералов не похожи.

– Эй, вы кто такие? – крикнул он им. – Развяжите меня!

Тот, что выглядел постарше своего напарника, лениво с виду, но очень даже больно, пнул Нурмухаммада толстой и жёсткой подошвой десантного «берца» в лицо.

Уж одного-двух зубов точно лишил…

А потом решительно уселся на травку в полуметре от пленницы. И, повернувшись к ней спиной, уставился на него, Нурмухаммада, немигающим совиным взглядом.

Шайтанова дочь, тоже на вид крайне перепуганная, чего он за этой стервой не наблюдал ни разу за всё время знакомства, пнула младшего из гяуров.

Вернее, попыталась пнуть!..

Он мгновенно, словно кто-то вовремя шепнул о её намерении в нужное ухо, уклонился от удара и нанёс ответный. Точный и жёсткий.