Глаза Тирана - Евгений Черноусов

После долгого и ужасно нудного плавания могучий корабль капитана Харута достиг знаменитого торгового города. Порт Ховергол раскинулся на западном побережье Независимых Земель тяжеловесной громадиной. Когда-то он занимал всего одну бухту – между двумя горными вершинами, теперь же превратился в бескрайнее нагромождение домов, амбаров, дворцов и других строений, требующих огромной территории. Порт Ховергол благодаря съезжающимся со всех стран купцам стал настоящим сердцем торгового ремесла. Желая продать свой товар, сюда мчались негоцианты со всего света. Город рос, рос и рос, пока не вгрызся каменными постройками в близлежащие деревни и не обратил их в единый град – могучий, зажиточный, именитый.

Своим богатством Ховергол был обязан мудрому правлению древних наместников. Здешние повелители еще в незапамятные времена смекнули, что их город стоит на выгодном торговом пути и вполне может развиваться за счет развозящих товары купцов. Наместники, чуя наживу, издали указ, в котором всячески поощряли купеческую деятельность. Прежде всего снизился налог на ввоз товара. Затем один из правителей установил закон, по которому обманутому или обворованному негоцианту выплачивалась половина ущерба. Были и другие новшества, сделавшие из скромного провинциального городка торгового гиганта.

По мнению Сенро, в сравнении с Ховерголом стольный Деларос – дремучее, богами забытое село. Там стражник ощущал только смердящий запах инквизиторских костров да вонь выброшенных прямо на дорогу помоев, здесь же все лучилось аккуратностью и показным лоском. Порт Ховергол мог позволить себе чистоту и порядок.

– Красиво? – спросил бывший стражник свою попутчицу.

– Обыденно, – коротко ответила темная эльфийка.

Она оказалась ужасно неразговорчивой и за все время плавания обмолвилась со своим спасителем лишь парой коротких фраз. Сенро смог узнать только то, что эльфийку зовут Линэ.

– Уверен, тут прорва всяческих развлечений, – стараясь, чтобы голос звучал как можно веселее, проговорил стражник. – Эй, Линэ, хочешь, зайдем куда-нибудь?

Лиловокожая девушка пожала плечиками и быстро пошла вниз по трапу. Сенро знал, что длительное плавание безумно утомило его новую знакомую.

– Вы все такие болтливые? – пробурчал стражник, спрыгивая на землю вслед за темной эльфийкой.

Линэ вновь промолчала.

Сенро понятия не имел, зачем она пробралась на корабль и с какой целью плыла в порт Ховергол.

– У тебя здесь друзья или родственники? – не теряя надежды на откровение, спросил стражник. Он твердо решил заставить девушку рассказать о себе.

– У меня никого нет, – призналась Линэ. Ее голос предательски зазвенел.

– У тебя есть я, – брякнул Сенро.

Эльфийка неожиданно остановилась, с презрением покосилась на фрегат Харута и высокомерно заявила:

– Ты помог мне. Спасибо. Ныне тропы наших судеб расходятся. У тебя своя цель, у меня своя. Я должна уйти.

Сенро вздохнул, взял девушку за плечи и заглянул в ее красивые черные глаза. Он пытался найти ответ, но видел лишь два сияющих камня – холодных и непроницаемых.

– Я плохо разбираюсь в людях, – скромно признался стражник, – да и в нелюдях тоже. Но сейчас в твоей душе я вижу боль и страх.

– Эти чувства знакомы многим. – Линэ оттолкнула Сенро и направилась прочь.

«Из всех женщин мира мне попалась своенравная остроухая недотрога», – печально подумал охранник. Нет, упускать эльфийку он не собирался. Такая непременно наживет себе проблем и в итоге окажется либо в рабстве, либо в гробу.

Бывший стражник в последний раз посмотрел на славный корабль капитана Харута, по обычаю родного королевства поклонился ему и, не дожидаясь у моря погоды, бросился за Линэ. Сенро прошмыгнул мимо тащившего огромный мешок батрака, подошел к торговцу сладостями и протянул ему одну из монет, выменянных у Харута за сапфир. Продавец взял деньги, проговорил что-то на незнакомом языке и протянул стражнику покрытый инеем сверток. Охранник благодарно кивнул. Еще от матери он слышал, что в Ховерголе готовили удивительное лакомство. Местные умельцы особым образом сбивали сливки, добавляли туда фрукты с сахаром и замораживали. Сей деликатес именовался мороженым.