Гроза над Польшей - Андрей Максимушкин

– Я возьму на себя работу, – уверенно произнесла Евгения Викторовна.

– Но риск, вы не работали с политикой, мало информации, – возразил Сергей Павлович.

Состояние сотрудницы, опасность нервного срыва волновали его больше пропавшего самолета с людьми. Мужчина давно симпатизировал Жене, но никогда не переходил рамки дозволенного. Она замужем, и этим все сказано. Ментаты относятся к семье трепетно, уважительно, никогда не позволят себе флирт или нечто большее по отношению к пусть и понравившемуся, но несвободному человеку.

– Риск невелик. Первая проекция дает красное поле в пять процентов. Допустимо. – Евгения Викторовна повернулась к полковнику Васнецову: – Мне необходима вся информация. Полностью. Начиная с маршрута, технического состояния самолета, журналы обследований, отчеты ПВО. Должны быть, самолет пересекал границу. Полные досье на всех членов экипажа и пассажиров, начиная с вице-адмирала Котлова. Генерал-губернаторство, весь массив информации. Данные по Армии Крайовой. Политика рейха в генерал-губернаторстве. Вы, как сотрудник ГРУ, должны знать.

– Хорошо, завтра утром в институт прибудет нарочный с мешком документов. – Полковник вежливо поклонился: – Спасибо вам, дорогая Евгения Викторовна. Спасибо вам огромное. Помогли.

– Я еще ничего не сделала и не знаю – сделаю или нет.

– Все равно, спасибо за согласие помочь. Это дороже всех официальных соболезнований.

– Он был вашим другом? – прищурилась Евгения Викторовна. Интонации у Васнецова уж больно характерные.

– Не был, а есть и будет. Мой сосед и человек, ради которого я сам лично подниму группу и десантируюсь в Польше. Кто бы ни пытался мне помешать, – сказано это было так, что ни у кого не возникло и тени сомнения в искренности полковника Васнецова.

На этой ноте разговор завершился. Завершился и рабочий день Евгении Петровой. Профессор мог и не приказывать ей выкинуть из головы работу и отдыхать. Въевшийся в кровь и плоть распорядок жизни ментата. Перед новой работой надо освободить разум от предыдущей, выбросить запутавшиеся между нейронами обрывки несвязанной информации, мысли, расчеты, аналитические цепочки.

Времени на отдых мало. После разговора в кабинете профессора, Евгения Викторовна пришла домой. Володя уже вернулся из школы. Обрадованный ранним возвращением мамы с работы, отпрыск взахлеб рассказывал, как он сегодня отвечал на уроках, что сказала Галина Васильевна, почему на «русском» поставили только тройку и куда они бегали с ребятами после уроков.

– А теперь мы пойдем на море, – решила Евгения Викторовна.

– Ура! А Ленку будем из садика забирать?

– Нет. Лену заберет папа.

Если купаться, так как следует. Младшенькую лучше с собой не брать. За девочкой нужен глаз да глаз. Приходится выбирать: или самой насладиться заплывом, или сидеть на берегу, поглядывая на дочурку. Нет, в крайнем случае, через два дня, в субботу, если ее или Валеру не вызовут на работу, они пойдут на пляж всей семьей.

В последние месяцы муж часто берет внеурочные часы или выходит на работу в выходные. Женя и Валера решили купить машину. У Жени оклад высокий и регулярные премии, да Валера работает за шестой разряд, в столярке его ценят. У мужчины золотые руки. Вот Валера в последнее время и накручивает себе выходы, за каждую копейку дерется ради машины. Да еще в августе собрались в Крым, на южном солнышке здоровье поправлять.

Вода в заливе за день успела прогреться. Пляж, как всегда, чистый и немноголюдный, отдыхающие предпочитают берег в районе Ораниенбаума. Володька сразу скинул рубашонку, шорты и сандалии, и с гиканьем бросился в воду. Женя подождала, когда сын наплавается, и только потом сама пошла купаться. Быстро пройти мелководье, присесть, подождать, пока тело не привыкнет к прохладе, и затем толчком вперед, разрезая волны сильными руками.

Морское купание не только закаляет, но и смывает с души всю грязь и коросту. Вода очищает. Выходила Женя из моря как заново родившаяся. Наслаждение незабываемое. Теперь немного позагорать, подсохнуть, не забыть выгнать Вовку из воды – на сегодня хватит. Время подходит к вечеру. Вода залива подергивается рябью. Дует прохладный ветерок. Пора и домой.

Вечером после ужина Женя рассказала мужу о приключившейся с отцом беде. Ничего конкретного, только общая информация. Пусть она и ментат, но при этом остается слабой женщиной, поддержка, внимание любящего мужчины спасают, дают силы жить и бороться. Да, иногда просто нужно почувствовать себя маленькой девочкой, прижаться к груди мужа и заплакать.

Валера все понял как надо. Предложил, когда все закончится, взять отпуск и вместо Крыма скатать в Плимут. Наивно немного, но искренне. Валера Петров не знал, кем работает его супруга. Понятия не имел о специфике НИИ. Для него она была научным сотрудником какого-то оборонного почтового ящика, очень умной, знающей, понимающей и самой любимой, единственной женщиной на свете.

Да, стоило подумать о поездке в Плимут. Если выбрать морской маршрут, то могут разрешить. Ментаты не давали подписок о неразглашении, но они и сами прекрасно понимали, что такое обеспечение их безопасности. В свое время один умный человек сказал, что выпустить ментата за границу можно только под непосредственной охраной роты бойцов спецотряда КГБ и танковой дивизии в качестве дополнительного прикрытия. Четко и точно сказано.

Морское плавание вдоль недружественных берегов или перелет над иностранной территорией считались риском. С кораблем или самолетом всякое может случиться. Вон, как с отцом получилось. Шанс аварии не нулевой, ментат может попасть в руки иностранцев, а значит, опасность положено нивелировать.