Остров мертвых - Роджер Желязны

На исходе второго витка я вошел в атмосферу и вскоре вокругменя запел рассекаемый моим кораблем воздух, а небо из цвета индигопревратилось сначала в фиолетовое, затем — в темно-лазурное. Здесь, на границереальности и небытия, парили легкие облака.

Я посадил «Модель-Т» прямо во дворе дома Марлинга. Заперевлюк, я с небольшим чемоданчиком зашагал в направлении башни. Путь предстоялнеблизкий — до башни было больше мили.

Я шел по знакомой дороге, что петляла в тени раскидистых деревьев,и тихонько насвистывал что-то себе под нос. То и дело мой свист подхватывалакакая-нибудь птаха. Я чувствовал дыхание моря, хотя самого моря отсюда еще небыло видно. Все было таким же, как и много лет назад, когда я поставил передсобой, казалось, неразрешимую задачу и вступил в схватку с богами, надеясьобрести забвение, а нашел нечто совсем иное…

Воспоминания, словно слайды в демонстрационном аппарате,одно за другим вспыхивали в моем мозгу, когда я невольно бросал взгляд то напоросший мхом валун, то на гигантское партоновое дерево. Вот на глаза мнепопался криббл — животное размером с пони, похожее на бледно-лиловую собаку сдлинными ресницами и короной из розовых перьев — который при моем приближениииспуганно умчался… Потом я заметил парус желтоватого цвета, а вслед за нимпоказалось и море.

Чуть позже я увидел и саму башню — массивную, суровую,белую, словно зуб, и страшно древнюю — гораздо старше меня самого… Она словнодышала спокойствием, вознося высоко свои стены над залитым ярким солнечнымсветом спокойными водами небольшой бухты.

Преодолев бегом последние сто ярдов, я постучал в решеткуворот под аркой, что вела в небольшой внутренний дворик.

Минуты через две показался незнакомый мне молодой пейанец,который остановился у ворот, разглядывая меня. Я обратился к нему по-пейански:

– Меня зовут Фрэнсис Сандау. Я пришел, чтобы повидатьДра Марлинга.

Услышав это, юноша отворил ворота и впустил меня внутрь, нопо пейанскому обычаю не проронил ни слова, пока я не вошел в дом.

– Добро пожаловать, Дра Сандау, — произнес он наконец,— Дра Марлинг примет вас, как только колокол известит о начале прилива.Позвольте показать вашу комнату. Я сейчас принесу вам туда еду и освежающиенапитки.

Поблагодарив его, я последовал за ним по винтовой лестнице.

В комнате, что была предоставлена в мое распоряжение, янемного подкрепился. До прилива оставалось еще не меньше часа, поэтому язакурил сигарету и стал смотреть на океан сквозь широкое низкое окно, рядом скоторым стояла кровать. Подоконник, на который я облокотился, был сделан изнеизвестного мне материала, который обладал большей прочностью, чем дажеметаллизированный пластик.

Довольно странный образ жизни, скажете вы? И это, чертвозьми, та самая раса, для которой практически нет ничего невозможного? А этотот самый Марлинг, что создал столько миров? Невероятно, но это так. Марлингмог бы стать богаче меня и Бейнера вместе взятых, и помноженных на десять, еслибы только захотел. Однако он предпочел башню на крутом берегу моря, решив житьздесь до самой смерти, которая была уже не за горами. Я не собираюсь выводитьиз этого какую-то мораль, рассуждая, например, о стремлении избежать контактовс представителями сверхцивилизаций, наводнивших Галактику, об отвращении кобществу любых других существ, не исключая и своих соплеменников — всякоеобъяснение будет слишком примитивно и неполно. Марлинг жил здесь, потому чтоему хотелось здесь жить — и больше мне нечего сказать. При всем при том, мы сним были родственными душами, различны были лишь размеры наших убежищ. Марлингсразу же понял это, хотя я до сих пор не могу понять, как он определил, чтоогонек Силы тлеет где-то в душе несчастного чужака, постучавшего в ворота егобашни много веков тому назад.

Устав от скитаний, испугавшись необъятности Времени, яотправился за советом к древнейшей расе во всей галактике. Страх, завладевшиймной в ту пору, не поддается описанию. Вряд ли вам ведомо это чувство — видетькак все вокруг умирает. Вот что привело меня на Мегапею. Однако, не пора ли мнерассказать вам немного о себе? А почему бы и нет? Пока я дожидаюсь прилива,вполне можно восполнить этот пробел.