Монстры всегда возвращаются! - Лизи Харрисон

Фрэнки нарочно надела желтую теннисную юбочку и белую спортивную куртку, чтобы члены комиссии с первого взгляда поняли, что она торопится на тренировку. И постарались бы управиться с делами пошустрее, а не как на первом заседании комиссии, которое длилось целых два часа девять минут! Пока что это не сработало. Фрэнки просидела в школьной биологической лаборатории, воняющей химикалиями («Можно подумать, я этого дома не нанюхалась!») уже четверть часа, а собрание еще даже не начиналось. Так что тонкий намек не сработал. Единственной, кто обратил внимание на ее одежду, была Гулия, и то только потому, что Фрэнки позабыла отпороть ценники.

– Ти-ши-на! Начинаем собрание! – провозгласила Хэйли Барон-Мендельвиц, постучав золоченым молоточком (папе-адвокату на работе подарили).

До свободы осталось одной минутой меньше! Все, что надо, – это передать комиссии замечательные новости от Ляли, а потом…

– Прежде, чем мы перейдем к делам, – сказала Хэйли, сунув руку куда-то за свой свитер в цветочек и достав пластиковую коробочку, – предлагаю поднять уровень сахара в крови. Кто-нибудь хочет домашних батончиков мюсли с льняным семенем и клюквой?

И Хэйли принялась раздавать всем коричневые кирпичики с настойчивостью волонтера Красного Креста.

С тех пор, как Бекка (бывшая «подруга» Хэйли и мстительная и ревнивая девушка Бретта – тоже бывшая) перевелась в школу Уитмор, Хэйли буквально расправила крылья, точно бабочка, выбравшаяся из куколки. Теперь, когда ее больше никто не пытался загнать в тень, она стремилась все время быть на виду, можно сказать – в луче прожектора. Но не прожектора на сцене, к которому обычно прилагаются гримеры и костюмеры. А какого-нибудь уличного прожектора, который ярко и безжалостно высвечивает все твои недостатки.

Хит Бернс, ее бойфренд, рыгающий пламенем, взял себе два батончика и передал остальное Джексону. Джексон не стал ничего брать, а передал коробочку Бретту, а тот – Фрэнки. Фрэнки взяла себе самый малюсенький, чисто из вежливости, и передала остальное Гулии. Зомби задумчиво посмотрела на угощение, промычала «М-м-м-м…», но брать ничего не стала. Видимо, не рискнула.

– Я хочу сделать важное сообщение! – сказала Фрэнки.

– Для начала подведем итоги!

Хэйли раскрыла свой зеленый дипломат под крокодиловую кожу и достала оттуда папку.

– Итак, первым пунктом на повестке предыдущего заседания было…

Она взглянула на Хита через свои бежевые очки. Хит встал и повернулся к собравшимся. Рукава бело-голубой клетчатой рубашки были ему коротки, и бледные костлявые запястья торчали наружу, как гайки.

– Э-э… Пункт первый: мы договорились, что председательствовать будет Хэйли.

Фрэнки фыркнула про себя. Она уже и так председает… председательствует.

– А я буду репортером, – продолжал Хит.

– Это называется «секретарь», – уточнила Хэйли.

– Секретарь – это девчачья должность! – возразил Хит. – Я хочу быть репортером!

Бретт фыркнул и прицелился в Хита из воображаемого пистолета. «Бац!»

Хит кинул в Бретта салфеткой. Салфетка упала на парту Бретта, оказавшись неожиданно тяжелой. Развернув ее, Бретт увидел, что в нее завернут недожеванный батончик. Бретт швырнул салфетку обратно в Хита, и оба залились хохотом.

– Ти-ши-на! – воскликнула Хэйли, снова стуча молоточком. – Призываю всех к порядку!

Хиту потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться. Потом он продолжил:

– Фрэнки будет ответственной за связи с общественностью, Джексон – креативщиком, а Бретт – главным приколистом!

Парни дали друг другу пять в честь должности Бретта, из-за которой было столько споров. Фрэнки просияла. Ей и ее бойфренду достались самые лучшие должности!

– Ги-и-и-и… о-о-о… – простонала Гулия.

– Да, конечно, Гуль, извини, – сказал Хит, перевернув страницу блокнота с портретом Меган Фокс. – Ты у нас ГИО – главный исполнительный оцениватель.

– У-у-у! – с улыбкой простенала она.

– Пункт второй, – продолжал Хит. – Хэйли предложила организовать в библиотеке уголок консультаций, где ученики могли бы собираться, чтобы обсуждать проблемы ассимиляции. Фрэнки предложила в июне перейти на сокращенный учебный день в связи с летним солнцестоянием. Джексон хочет покрыть стены столовой настенной росписью, установить более мощные кондиционеры и сделать в школе студию звукозаписи. А потом Фрэнки объявила, что ей надо подзарядиться, и поэтому заседание перенесли… Ой!

Хит схватился за живот.

– Что? Что такое? – бросилась к нему Хэйли.

Хит согнулся пополам.

– По-моему, я переел этих батончиков…

«Ой-ей!»

– Берегись! – воскликнул Бретт. – Залп!

Хэйли схватила свой набор для борьбы с огнем: рюкзачок, в котором лежали огнетушитель, песок и настойка алоэ.

Джексон выскочил в коридор. Гулия зевнула. Фрэнки спряталась под парту. Еще не хватало, чтобы Хит дыхнул огнем и спалил ее новый теннисный костюмчик! Бретт нырнул под парту вместе с ней и весело подмигнул. Она ответила ему воздушным поцелуем и скрестила пальцы.

По комнате прокатилась волна жара, и тут же раздалось шипение огнетушителя. Кончики волос у Фрэнки запахли паленым, но юбочка осталась цела. «Мегаваттно!»

– Извините, ребят. Все уже, вылезайте.

Бретт и Фрэнки выползли из-под парт и очутились посреди зимней сказки. Колючие волосы Бретта дымились. Джексон опасливо заглянул в дверь, держа у лица включенный вентилятор. Гулия сидела на прежнем месте и читала свой любимый комикс «Стремительный мертвец».

– Молодчина! – сказал Хит Хэйли, стукнувшись с ней ладонями. – Ты успела все потушить прежде, чем сработала пожарная сигнализация!

Хэйли с видом заправского ковбоя продула раструб огнетушителя, сдув остатки пены, и сунула его обратно в рюкзачок.

– Я на девять секунд побила свой собственный рекорд!

В классной доске над головой Хэйли была выжжена черная воронка. Хэйли сняла свою расплавившуюся оранжевую косынку и пригладила мышино-русую челочку.