Отдел «Массаракш» - Максим Хорсун

…Мутантов действительно было много: Лия, Киту, Бошку, Рудо, Хлебопек, Колотун, Пакуша, Прыщ. Грязные, полуголодные, полуживые, полумертвые…

— Вы видите? — штаб-врач щелкнул по экрану пальцем. — Опять бредит!

Птицелов заскрежетал зубами. Задергался из стороны в сторону, точно в припадке.

…Его снова заставили пережить свой позор! Вонзили в незаживающую рану грязный крюк и потянули! Потянули, выдергивая жилы, выламывая кости!

Чудовищный Лесоруб забросил Лию внутрь железной птицы. Повернулся к Птицелову, взмахнул топором с закругленным лезвием. И вновь Птицелов увидел в том лезвии отражение своего перепуганного лица.

Он попятился, провалился сквозь серебристую дымку. Очутился в пыльном карьере. На руках у друзей…

— Все, — сказал доктор. — Катарсис! Техник, выключить!

Птицелов обмяк в кресле, на искусанных губах вспузырилась пена.

— Да-а… — протянул бригадир. — Да-а…

Какое-то время они молчали. Потом штаб-врач приказал техникам освободить «подозреваемого» от датчиков ментоскопа. Птицелов что-то промычал, когда к нему прикоснулись обтянутые латексом руки, но глаза не открыл.

Бригадир сел за стол, достал трубку, кисет и занял дрожащие руки делом.

— Я не заметил в воспоминаниях этого несчастного ни хонтийских танков, ни субмарин островитян, — пробурчал он. — У меня сложилось впечатление, что всю жизнь этот парень носа из лесу не высовывал. Что скажете, младший штабс-ротмистр медицинской службы?

Вику рассеяно улыбнулся.

— В наше время бдительность не наказывалась.

— В ваше время! — всплеснул руками бригадир.

— Шесть пальцев на ногах — незначительное отклонение от нормы! Оно могло послужить прекрасным прикрытием шпиону! — продолжал стоять на своем Вику. — С мутанта ведь — взятки гладки. Посудите сами! Я действовал в интересах безопасности Отечества!

Штаб-врач Таан подпер кулаками бока.

— Послушайте меня, Вику! Завязывайте с алкоголем, я очень вас прошу, завязывайте! Вас отправили на самую дальнюю заставу, но вы и там умудрились дать маху. Отправить вас еще дальше? Да ведь некуда! Разве только терапевтом-добровольцем к тем несчастным мутантам, от которых вас тошнит, за Голубую Змею, в радиоактивные районы…

— Нет уж, господин штаб-врач… Лучше тогда — в джунгли на раскорчевку…

— Молчать, Вику! Вашего мнения никто не спрашивает! — Штаб-врач принялся мерить комнату шагами. — Вы посчитали тронутого умом мутанта — шпионом Островной Империи! Вы — блестящий выпускник Медицинской Академии Столицы! У меня просто слов нет, чтобы выразить степень разочарования вами как своим подчиненным! Или вы полагаете, будто у нас есть время и необходимые ресурсы, чтобы подвергать ментаскопированию каждого беженца с юга? Отвечайте, Вику! Считаете или нет?

Вику вяло улыбнулся.

— Нет, господин штаб-врач.

— Тогда заткнитесь и слушайте!

Бригадир вынул изо рта трубку, которой дымил во время перепалки двух медиков.

— Хватит, Таан! Достаточно! А вы, Вику, ступайте! — он указал на дверь. — Продолжайте службу! На этот раз дисциплинарных взысканий не последует, но имейте в виду, Вику!.. — бригадир пригрозил младшему штабс-ротмистру пальцем, словно мальчишке.

Вику откланялся и вышел, хлопнув дверью.

— Каков, а! — бригадир затянулся. — Вику, Вику… Старая гвардия! Не перевоспитать и батогом.

Штаб-врач кивнул. Он подошел к Птицелову, положил пальцы на сонную артерию. Вынул из кармана френча хронометр на золотой цепочке, поднес циферблат к длинному носу.

— Как он? Крепко досталось? — поинтересовался Лару.

— Вторичный шок. Ничего, парень крепкий. Выдюжит.

— Насколько я понимаю, Таан, этот Птицелов — ваш клиент. Как распорядитесь с ним обойтись? Медалью нас не наградят, если мы пропустим во внутренние районы сумасшедшего мутанта.

Таан потер ладонью гладковыбритые щеки.

— Мутант безвреден, клянусь честью. Разве что слегка радиоактивен. Предлагаю действовать согласно стандартному предписанию: если он желает переселиться поближе к людям, пусть сначала заработает такое право. А я организую ненавязчивое наблюдение. К концу положенного срока станет ясно, стоит ли его подпускать к нормальным людям.

Бригадир погрыз мундштук трубки.

— Следовательно, в лагерь для перемещенных лиц? На раскорчевку джунглей или на борьбу с наследием старой войны?

— Можно на то и на другое. Полагаю, так мы не нарушим ни одной директивы.

— А вы голова, Таан, — бригадир усмехнулся. — Приведите парня в чувство и сообщите, что он — не шпион Островной Империи. Глядишь, обрадуется.