Город Шипов - К. Н. Кроуфорд

Полностью обнаженная, я лежала на кровати в гостевой комнате. Мне следовало побороть природную стыдливость, но даже находясь в одиночестве, я испытывала ужасный дискомфорт, когда ветер скользил по моей голой коже. К тому же тот факт, что на улице стемнело, а надо мной висела люстра, освещавшая меня словно прожектор, не придавал особой смелости.

В этой чудесной комнате с видом на море мне предстояло провести ближайшую неделю. Однако, несмотря на все великолепие этого места, мне не хватало уединения. Наверное, этому способствовало огромное окно от пола до потолка и отсутствующая стена с выходом на защищенный от дождей балкон. И пусть я никого не видела в океане, но все равно чувствовала себя обнаженной перед всем миром.

Кроме того, я не могла не задаваться вопросом, думает ли Орион о моей наготе. Весь день мы провели, пытаясь отработать навыки соблазнения: походку, флирт, оглядывающий с ног до головы взгляд и грязные шуточки.

Пока я проигрывала по всем фронтам. Проблема еще заключалась в том, что Орион был чертовски горяч. Позволь я себе поддаться его обольстительным чарам и тут же сгорю от страсти. Когда за завтраком его пальцы коснулись моих, я испытала до неприличного острый приступ возбуждения. К сожалению, я покраснела. А поскольку суккубы не краснели, Орион пришел к выводу, что я нервничаю и стесняюсь своего тела. В итоге я и оказалась здесь, пытаясь устроиться поудобнее.

Но правда состояла в том, что пока мне действительно было сложно расслабиться, особенно находясь рядом с ним. Я опасалась Ориона, как лесного пожара.

Едва закрыв глаза, я видела его чувственно изогнутые губы.

Любуясь океаном в лунном свете, я накинула на себя одеяло и задалась вопросом, получится ли у меня изобразить суккуба.

Глубоко вздохнув, я оглядела комнату в попытке успокоиться.

Убранство здесь было довольно простое – белая кровать, деревянный пол. Красота этого места заключалась вовсе не в декоре, а в завораживающем виде на океанскую гладь и звездное небо. Теплый, солоноватый ветерок ворвался в комнату. Ощущая себя чуть менее застенчивой перед красотой окружающей природы, я сбросила одеяло и встала на колени.

В голове зазвучали глубокие соблазнительные слова Ориона: «Ты говорила, что я единственный мужчина, способный удовлетворить тебя сексуально. И я гарантирую, что ты чертовски права, Роуэн».

Я резко распахнула веки и бросилась к выключателю. Прыгнув в кровать, тут же накрылась одеялом.

Может, я была не способна просто так лежать обнаженной, но уж заснуть голой у меня точно получится.

* * *

– Как спалось? – поинтересовался Орион за утренним кофе.

Он не отрывал взгляда от страниц раскрытой перед ним книги.

Я прочистила горло. Не хотелось рассказывать демону о грязных снах, мучивших меня всю ночь, где он держал меня в плену привязанной к своей кровати.

– Хорошо. Хорошо спалось.

Орион поднял на меня глаза:

– Почему ты так отвечаешь?

– Как?

На его губах заиграла легкая улыбка.

– Как будто мечтаешь перелезть через стол и придушить меня.

Черт возьми. Он видел меня насквозь. Ощущая, как по щекам пополз румянец, я покачала головой:

– Ничего подобного. Я хорошо спала, просто сны странные снились.

– Какие?

Как ты целуешь меня.

– Просто… эм… о чудовищах. Что читаешь? – Я сделала глоток кофе.

Орион сверкнул глазами и поднял книгу так, чтобы я могла увидеть название.

«Пятьдесят оттенков серого».

Поперхнувшись, я выплюнула кофе, а после вытерла рот тыльной стороной ладони.

* * *

Скрестив руки на груди, Орион сидел в гостиной напротив меня. Судя по всему, его терпение было на исходе.

– Завтра ты встречаешься с королем, а твое тело все так же скованно и напряженно. Ты замечаешь, как морщишься, когда волнуешься? Чувствуешь, насколько зажаты и напряжены мышцы шеи?

Я вздохнула, пытаясь сосредоточиться на расслаблении мышц вокруг рта. А потом сделала глубокий вдох. Однако мысли о том, где Орион провел две прошлые ночи и куда пропадал за ужином, не покидали меня.

– Давай посмотрим, как ты отработала походку Мортаны, – предложил он.

Я встала с кресла.

Меня не касалось, куда он ходит и где проводит свое время. Впрочем, я уже выучила его расписание. Ранний подъем, буквально на рассвете. Кофе и фрукты по утрам. Иногда нырял прямо с балкона в море и плавал там. Полдня он проводил со мной, обучая привычкам Мортаны: как она говорила, как преподносила себя, как шутила. Однажды днем он заставил меня плавать обнаженной, представляя, как красива я под водой.

Вторую половину дня я была предоставлена самой себе. Обедала на балконе тем, что подавал Морган. После трапезы доставала один из непристойных любовных романов Ориона, хотя на полках присутствовали книги абсолютно разных жанров – от классики и греческих эпических поэм до современных эротических романов с кнутами, поркой и множественными оргазмами. Но давайте посмотрим правде в глаза: в реальной жизни такое было невозможно. В интересах обучения я выбирала книги о сексе, пролистывая их за ужином из морских гребешков и лосося. И они оказались весьма познавательными.

Правда, меня очень интересовало, с кем он ужинает, когда не со мной. Где спит?

Нет. Меня это не касалось.

Сидя на диване, Орион приподнял одну бровь:

– Ты кажешься несобранной.

Я выпрямилась, как он меня учил, затем перекинула волосы через плечо, скривив губы в самодовольной усмешке.

Он склонил голову набок:

– Хорошо. Выражение лица как надо.

– Я имитирую твое самодовольное выражение лица «я лучше всех».

Он пожал плечами:

– А теперь тебе надо в это поверить. Ты обязана верить в то, что ты самая красивая женщина в городе, другим выпала честь быть рядом с тобой. Вот что думала бы Мортана: что она благословляет окружающих своим присутствием. Что она дар этому миру.

Я приподняла подбородок в точности, как сделала бы Мортана. Дар этому миру.

– Давай, покажи, как ты ходишь. В этот раз старайся идти четко по одной линии, как кошечка. Плечи назад, грудь вперед.

Я выпрямила спину, вытянула шею и начала двигаться так, как он советовал, ставя одну ногу перед другой. Неожиданно я заметила, как покачиваются мои бедра при ходьбе, и продефилировала по комнате в своем маленьком черном сарафане, ощущая на себе его взгляд. Орион внимательно наблюдал за тем, как я двигаюсь. Или, скорее, за тем, как двигалась Мортана.