Герои и Злодеи. Ники 2 - Ольга Смышляева

— Отрегулирую в процессе.

— В процессе чего? — я подозрительно уставилась на доктора. — Ты ведь не собираешься поджаривать ими Гуру? Он пока ещё ничего плохого не натворил, чтобы делать из него слониху Топси. А если Парису вообще помогает кто-то другой? Нельзя же сразу... пытать.

— Вечно ты думаешь наперёд там, где не нужно. Перчатки необходимы. Мы имеем дело с такой непостоянной переменной, как Парис, а с ним нельзя быть беспечным и полагаться на волю случая. И не надо мне тут подсказывать правильный вариант ответа.

Звучит разумно. Я как-то не подумала взглянуть на ситуацию с прагматичной стороны и едва не запаниковала. Тяжело быть гуманисткой в обществе бывших злодеев, столько цинизма нет даже у криминалистов со стажем! Или же мне просто пора в отпуск. Стандартный трудовой договор, предлагаемый руководством НИИ имени Рэмируса, гарантирует каждому своему сотруднику три недели оплачиваемого отдыха, а мне, как ассистентке доктора Алерайо, положены ещё полторы сверху — профсоюз учёл непростой характер Юлиуса.

Решено: как только разрешится ситуация с Парисом, подаю заявление на отпуск!

— И чего стоим, Ники? Перчатки сами собой не наденутся. Только заземлиться не забудь. Некоторые сочленения не изолированы, даже случайная статика может нехило долбануть...

Как и обещал, Лендер возвратился быстро, всего через пару часов. Мы с Юлиусом только-только закончили отладку усилителя приложенного давления на перчатках. Его заклинило при первой же попытке сжать кулак, и доктор не имел возможности даже на миллиметр пошевелить пальцами. До проверки "электрических" возможностей так и не дошли, будем исходить из результатов предыдущего теста.

— Отличные новости. — Лендер заглянул в лабораторию и поманил нас выйти наверх. Здесь слишком сильно пахло сварочными припоями, а мы уже не замечали этого. — Я нашёл Гуру. Проныра-морячок сдал его с первой попытки.

— Он ещё не помер? Я о Проныре.

Ленд кивнул:

— Скоро это исправят. Парень сделал глупость — прибился к "барсам". В порту уже пару месяцев идёт передел влияния между бандами Снежного Барса и Феминистки. Береговая охрана замаялась вытаскивать трупы из океана.

— Паршиво. Совершенно не охота искать нового осведомителя.

— Не спеши списывать его. Тупице не дадут прозвище Проныра.

— Тем не менее, он всю жизнь на побегушках. Лучше бы выбрал Феминистку! Ей нужно отдать должное: не каждому дано восстать из небытия в прежнем величии всего за полгода, особенно под пульками ненависти Барса.

— Ни один вменяемый мужик её не выберет, док, — Ленд непроизвольно передёрнул плечами.

Феминистка стерва, каких поискать, жестокая и беспощадная, но далеко не уродина. На самом деле она сногсшибательная чаровница! Жаль, супериор ей достался... специфический. Одним своим присутствием эта леди лишает мужчин потенции на дни, недели, месяцы и даже годы — кому как не повезёт.

— Если она не словит шальную пулю, то в конце концов выиграет, — заявил Юлиус безапелляционным тоном. — Ставки на них ещё принимают?

— Сходи и узнай. Своим ходом.

— Когда всё закончится, мне хватит осознания своей правоты.

— А давайте перестанем болтать не по теме, — я вклинилась в их междусобойчик. Тёрки между двумя до зубов вооружёнными бандами, умеющими не попасться в руки героям, далеко не на первых строчках в чарте наших интересов на ближайшее будущее. — Что там с Гуру?

Не став больше отвлекаться, Лендер в привычной манере краткости рассказал о проделанной работе и её результатах.

Человек по имени Морус Черинсайро ведёт обычную жизнь обычного человека. Без изысков, но и без потрясений. Пользуется своим настоящим именем, получает официальную пенсию, живёт в двушке на севере Портового района. Приводов в полисмерию не имеет, друзей не завёл, о прошлых связях с Чёрной Птицей не распространяется. Не женат и не был, с любовницами не замечен (продажные девки не в счёт), одинокие вечера коротает в низкопробных барах Индустриального района. Более всего ему приглянулось заведение под названием "Бродячая собака", набитое толпой не обременённых интеллектом бандюг мелкого и среднего пошиба.

— Это потому, что там дешёвая выпивка, — вставил Юлиус. — Для человека, живущего на одну пенсию, весьма важный критерий при выборе.

— Серьёзно, док? — Лендер изогнул бровь. — Да это главная помойка Индустриального, туда ходят за чем угодно, но только не за выпивкой.

— Просто к слову пришлось. Продолжай.

На первый взгляд, Морус полная посредственность, совершенно противоположная образу необычайно осведомлённого мудрого наставника из комиксов. Подкопаться негде. Однако Лендер был убеждён, что его кто-то прикрывает. Уж больно гладко и мирно складывается жизнь у того, кто водился с будущим героем номер один. По словам Проныры, местные авторитеты обходят Моруса стороной, будто не замечают, ни одна шавка не тявкнет ему вслед и даже голуби опасаются гадить на его машину.

— Тот, кто ему покровительствует, тип серьёзный и достаточно умный, чтобы не светиться. Он просто есть и этого хватает. Не удивлюсь, если им окажется Ферзь.

Юлиус тут же фыркнул бескомпромиссной интонацией:

— Ферзь выдумка!

— Кому же тогда Индустриальный платит дань?

— Ушлому жулику, которого, смею напомнить, никто никогда вживую не видел. С каких пор ты веришь в байки портового сброда?

— А с каких пор ты отрицаешь очевидные факты, док?

Эти двое слишком долго живут под одной крышей без выходных и перерывов. Им тоже нужно в отпуск.

— Господа, Ферзь фигурирует в комиксах, значит — он существует, — я поставила точку в споре.

Звучит наивно, но это правда. Все супериоры в комиксах реальные люди, такова политика издательства "ГранКомикс". Сценаристы придумывают лишь истории, а не героев и злодеев. Отчасти в этом заключён секрет их баснословных продаж.

Мужчины переглянулись, но обошлись без ремарок на сей раз.

— В общем, таким был Гуру до недавнего времени, — закончил Лендер.

— Был? — я уцепилась за главное слово. — Дай догадаюсь: он изменил своё поведение аккурат в день побега Париса?

— Верно, крошка. В квартире не появляется, счётчики не крутят, почтовый ящик забит газетами, на дверной ручке пыль. Куда переехал — не известно. Единственное место, где его ещё видят, это "Собака". Гуру появляется в баре часам к девяти вечера, сидит в гордом одиночестве, потягивает дрянное пиво и вынюхивает новости.

— "Бродячая собака", значит... — протянул Юлиус, с интересом потирая руками в новых перчатках. Ни одна искра не выстрелила, ничего не перемкнуло. — Ники, сколько сейчас времени?

— Полвосьмого, — глянула на часы и добавила: — Плюс минус пятнадцать минут.

— Какая удача! Надо бы принарядиться да смотаться на свидание, что скажешь, Ленд?