Дезертир флота - Юрий Валин

– Долго тебя ждать? – окрысился Бубен. – Дадут на дело мозгляка, да еще жди его. Лезь давай, пока в репу не получил.

Квазимодо молча сунул свое копье Уэну, посмотрел на лианы и принялся обматывать ладони предусмотрительно захваченными тряпками.

– Что, тяжелее своего писюна ничего в руки не брал? – осведомился Бубен.

Квазимодо, по-прежнему не говоря ни слова, поправил висящий за спиной арбалет, уцепился за лиану и принялся карабкаться наверх. Несмотря на тряпки, колючки норовили впиться в кожу. Вор давным-давно собирался добыть перчатки, такие, как когда-то были у леди Катрин, да все не попадалась подходящая пара. Двигался парень легко, рукам уцепиться было за что, вот только наверху пришлось трудновато. Ерзая по камням животом, вор, заполз на площадку. В сердцах выругался – случайная колючка поцарапала искалеченную щеку, а на ней всегда все плохо заживало. Квазимодо сел, сбросил вниз веревку. Пока там привязывали оружие, парень разглядывал лагерь. По-прежнему валялись на земле «желтки», да и большинство солдат предпочитали возлежать на плащах. Отсюда сонное царство виделось как на ладони. Вот если заберутся сюда, на уступ, несколько ловких чужих парней с луками или арбалетами – в два счета половину отряда перещелкают. Квазимодо даже нервно огляделся – нет, тишина, только птицы в зарослях щебечут.

Внизу дернули веревку. Поднимая связку оружия, парень снова оглядел лагерь. Сволочи они все ленивые. Только ныряльщик сидел у обрыва и издали смотрел на ковыряющегося с веревкой Квазимодо. О чем-то разговаривал Глири с проводником. Дымил костерок.

Квазимодо обозлился: вообще-то это обязанности проводника – разыскивать всякие тайные тропы. Заблудился, скотина, и сидит, обеда дожидается как в ни в чем не бывало.

На карниз забрался Уэн, за ним с пыхтением и ругательством лез крупный Бубен. Ему помогли встать, и благодарный солдат тут же принялся обзываться:

– Ты что, Полумордый, не мог здесь колючки срубить? Все руки из-за тебя раскровил.

Квазимодо молча шагнул к нему, схватил за грудки и толкнул к обрыву. Не ожидавший такого солдат пошатнулся, машинально уцепился за плечи вора:

– Ты что, сдурел?!

– Сейчас пихну, и забудешь о своих руках, кривых, покарябанных, – прошипел Квазимодо.

– Вмести свалимся, дурень!

– Так я на тебя упаду. Ты мягкий. А я рисковые штуки люблю. – Одноглазый парень снизу вверх смотрел на солдата и медленно толкал к краю.

– Он может, – подтвердил Уэн. – На «Эридане» про него много чего рассказывают.

Бубен крякнул и отпустил плечи одноглазого:

– Ладно вам. Я же так, в шутку. Хреново, что нас послали искать. Остальные вон валяются. Ты что, Ква, шутки разучился понимать?

– Так я тоже шутил. – Вор отпустил Бубна, хлопнул по плечу. – Я мелкий, уродливый. Мне только шутить и остается. Пошли, что ли?

Скальные уступы уводили к востоку. Разведчики вспотели. Приходилось все время задирать головы, оценивать расщелины и карнизы. Частенько бойцы продирались сквозь заросли. Колючки оставляли на рубашках мелкие, точно проеденные гнусом дырочки.

– Нет здесь никаких троп, – в сердцах заявил Уэн.

– Точно. Что-то крутит этот проводник, – согласился Бубен, снимая колпак и протирая блестящую лысину. – Подозрительный тип. Давно пора бы ему с каленым железом познакомиться.

– Его сам лорд-командор послал. Всякое бывает, видать, и проводник заблудился. – Уэн вздохнул. – Жрать уже хочется.

Квазимодо молчал. Есть действительно хотелось. Завтрак опять был крошечный, и курица не наестся. Внизу тянулось бесконечное болото. При мысли, что придется туда возвращаться, брала оторопь. Нужно искать проход.

Разведчики двинулись дальше. Вскоре попалось что-то вроде каменной щели, уводящей вверх. Квазимодо, обламывая пышные шафрановые, пахнущие прокисшим пивом цветы, протиснулся сквозь узость и оказался на следующем «этаже». Здесь было просторнее, тянулась зеленая поляна, жужжали насекомые. За вором взобрались два других разведчика.

– Вообще здесь можно пройти, – сообщил Бубен, замазывая слюной ободранный локоть. – Лодки и все остальное на веревках переправить, и дело с концом.

– А дальше-то что? Вдруг там стена отвесная.

– Передохнем – проверим.

Солдаты уселись на горячие камни. Квазимодо, не любящий рассиживаться просто так, подошел к кустам. На ветвях висели крошечные бледно-розовые плоды. Парень понюхал, попробовал – на вкус похоже на недоваренные абрикосы. Только совсем не сладкие. Видать, не созрели. Зато жажду утоляют. Увидев, что одноглазый что-то жует, подошли товарищи.

– Как бы нам не обделаться, – сказал Уэн, пробуя ягоду.

– Больше, чем мы гадим, уже ни у кого не получится, – успокоил Бубен, набирая ягоды в горсть.

Квазимодо тоже набрал горсть и, зажав под мышкой копье, присел на ровное местечко. Сидеть было удобно. Парень, жуя ягоды, повертел ногой. Сапог зиял щелью – нужно срочно чинить. Вор задумчиво пошаркал подошвой по траве. За спиной чавкали товарищи.

– Слышь, герои Глора, а мы случайно не на дорогу вышли?

Дорога не дорога, а ровная площадка среди скал действительно оказалась вымощена каменными плитами. Правда, с тех пор миновало немало веков – плиты занесло землей, трава густо заполонила открытое пространство.

Бубен топал сапогом и удивлялся:

– Это ж надо столько сил потратить? И на хрена они это делали?

– Может, желали с удобством болотом любоваться? – предположил Квазимодо. – Сядут тут с пивком и наслаждаются видом.

– Что-то это любование их до добра не довело. Вымерли все, – сказал Уэн. – Где-то здесь проход должен быть, не с неба же они эти плиты спускали?

– А может, это… того? Божественное? – осторожно предположил Бубен.

– Может. Только нам боги не нужны. Нас дорогу искать послали. Пошли проход смотреть, – сказал Уэн. – Дело уже к вечеру поворачивает.

Проход нашелся, но сквозь него пришлось прорубаться – кусты стояли сплошной стеной. Разведчики очутились на широкой прогалине, дальше ветвились каменистые лощины и торчали зубья невысоких скал. Солнце освещало плоские вершины хребта.

– Да мы здесь как по улице пройдем, – восхитился Бубен.

В кустах справа что-то громко зашуршало. Черное существо выскочило из зарослей и с топотом кинулось в каменистую ложбину. Стоящий справа Бубен не успел даже вскинуть копье. Квазимодо и Уэн принялись торопливо заряжать арбалеты.

– Что это было? – пробормотал Уэн.

– Человек, кажется, – неуверенно сказал Бубен.

– Если он в ложбину побежал, то сверху его заметим, – предположил Квазимодо.

Разведчики поспешно полезли наверх. Успели заметить, как что-то непонятное промчалось по дну ложбины и исчезло за скалой.