Надежда на любовь - Бернад

Дом у Бесника скромный, неприметный, внутри неухоженность. Бесник принял у Ванды ее полушубок, повесил на вешалку.

— Прошу, вот мой телефон, звони. А я тем временем кофе сварю.

Бесник орудовал на кухне, а Ванда расположилась в комнате, заполненной книгами, они лежали на полу, на подоконнике, в шкафу. Поверх книг возвышался ноутбук, на столе пылился монитор, в углах паутина. «Да, женской руки тут нет. Одинокий мужик, увлеченный какой-то идеей, ему не до быта» — подумала она.

— Не обращай внимания на беспорядок! — извинился хозяин — нет времени прибраться…

— Ничего страшного…

Она набрала номер по памяти, у Ванды была хорошая память.

«Мама, возьми трубку» — послала она мысленный приказ в пространство.

— Алло.

— Мама.

— Ванда? Ты?

— Да, это я. Сейчас я на твоей родине, у Вадомы.

— Они все-таки заманили тебя. Беги от них — в голосе матери неподдельная тревога.

— Не могу. Почему ты сразу не предупредила, кто они?

— Ты бы сбежала к ним раньше. Для неокрепшей девичьей души это так романтично быть ведьмой. Но в этом нет романтики. Это зло…

— Я не хочу становиться одной из них. Мне нужна их помощь, чтобы найти моего любимого человека.

— Это ловушка, Ванда.

— Прости, что не оправдала твоих надежд, но я влюбилась, и запуталась, а теперь я здесь, вместо тебя.

— Это ты меня прости, Ванда. Я виновата перед тобой, хотела перечеркнуть свое прошлое, а загубила твое будущее. Я могу тебе чем-то помочь?

— Нет, не можешь.

— Я буду молиться за тебя.

— Прощай, мама…

Ванда отключилась, задумавшись, кому она еще может позвонить, да, собственно, некому.

Неожиданно вспомнилось детство, с подружкой Мирославой они играли в добрую и злую колдунью. Условия игры придумывала Ванда, и сама была черной ведьмой, а Мира — белой. Однажды мать застала их за этой игрой, почему-то расстроилась, и просила не играть больше в такие игры. Запретный плод сладок, игры продолжались, но уже тайно. Только сейчас Ванда поняла в чем дело…

— Спасибо, Вы очень меня выручили — сказала она Беснику, возвращая телефон.

— Не за что. Приходи в любое время, и звони. И давай на ты, хорошо?

— Окей.

— Кофе готов, прошу за стол — он скинул на пол какие-то бумаги и поставил перед ней чашку ароматного кофе.

— Можно я помою руки.

— Конечно. Ванная там налево… осторожно, не запнись.

Она прошла в ванную комнату, тут тоже было не очень приглядно, но… здесь имелась горячая вода и слив, короче, цивилизация. Ванда вернулась в комнату, отведала кофе, прикрыв глаза, произнесла:

— Восхитительный вкус.

— А я что говорил, кофе отличный…

— А это будет очень неприлично, если я приму ванну? Я так давно не мылась по-человечески, там у Вадомы — деревянное корыто…

Бесник удивился, но отказать в ее просьбе не посмел.

— Да. Пожалуйста. У меня даже есть чистый халат…

Какое это было блаженство — лежать в ванне, наполненной теплой водой и намыливать себя душистым гелем, правда, гель мужской, и ванна чужая, не блистает стерильной чистотой. Но все познается в сравнении, после четырех месяцев жизни в спартанских условиях такая водная процедура привела Ванду в состоянии эйфории. Вспомнила Вадому. «Представляю, как она разозлится, но не превратит же она меня в жабу… Хотя кто ее знает? Может, в овцу? Откуда у них овцы? Может, это заколдованные непослушные ученицы» — усмехнулась Ванда.

Но пора и честь знать, незаметно подкрадывается вечер.

— А у тебя есть фэн? Волосы, подсушить? — спросила она у хозяина, вытирая полотенцем свои роскошные черные волосы, тот развел руками.

— Чего нет, того нет. Мои три волосинки в шесть рядов прекрасно сохнут естественным путем — пошутил Бесник, указывая на свою скудную растительность на голове.