Ева для Инквизитора - Екатерина Васина

Я ни капли не героиня эпосов. Но попробую если не разрушить Орден, то хотя бы потрясти его до основания.

Продолжая прижиматься к Хану, я продумывала пути бегства отсюда. Понятно, что добровольно он меня не отпустит. Будет давить, требовать отдать вещи, предлагать золотые горы и безопасный домик в горах Швейцарии.

А у меня перед глазами останется стоять Абби…

Решение пришло само собой. Приподняв голову, я встретилась взглядом с Ханом, а потом… просто прижалась губами к его губам. До боли, до звездочек в глазах. Замерев на секунду, Инквизитор ответил мне с не меньшим пылом.

Его запах, его прикосновения…

Оказывается, за год я не забыла их. А безумно соскучилась. До дрожи в пальцах, скользивших по его мышцам, до сбивчивого дыхания, что переплеталось с его дыханием. До легкого головокружения.

Я задыхалась, цепляясь за Хана, отвечая на его поцелуи. Не буду думать, что потом. Просто на время отдамся ощущению безопасности и безграничного счастья. Потому что потом будет, скорее всего, очень больно. Но я не позволю теперь растоптать себя.

Все потом. Сейчас в моей жизни был терпкий запах его туалетной воды, хриплые вздохи и шепот на незнакомом языке, руки, снимающие мою одежду. Биение двух сердец и взметнувшийся из глубины души жар. Который, как я думала, погас навсегда.

Уже потом я буду вспоминать эти часы сумасшествия отрывочно. А сейчас старалась прочувствовать каждую секунду проведенного вместе времени. Потому и раскрывалась навстречу Хану, позволяя делать с собой все. И сама трогала его, терлась и просто сходила с ума.

И бешеное столкновение двух наших стихий продолжалось до того времени, как оба одновременно взорвались на пике блаженства.

Я распласталась у Хана на груди, чувствуя, как колотится его сердце, а дыхание шевелит мои встрепанные волосы. Вот это… сражение.

На что я рассчитывала? На побег? У меня сейчас сложилось чувство, что все кости превратились в желе. Еще и Хан обеими руками продолжал прижимать к себе. И отпускать, похоже, не собирался.

И мы не предохранялись…

Хан шевельнулся, выходя из меня, отчего внутри лениво колыхнулись остатки наслаждения. Хрипло произнес:

— Теперь ты понимаешь, что никуда не денешься? Завтра утром отправишься в безопасное место. И будешь там сидеть, пока не утихнет шумиха. Вещи отдашь мне.

Я кивнула, проглотив лишние слова. Все, время, отведенное нам, закончилось. Пора было приступать ко второй части плана.

— Я в душ. — Голос мой прозвучал слабо. — И… Хан, мы не предохранялись.

Инквизитор обхватил руками мое лицо и приблизил к себе так, что наши носы соприкоснулись.

— Ну и ладно, — прошептал успокаивающе, — будет много детей. Я не против.

Угу, типа, давай, Ева, рожай и дома сиди. В тепле и безопасности. А мы и дальше продолжим свои дела.

— Для начала в душ, — ответила, мягко отстраняясь и сползая с кровати. Ноги дрожали после бурного оргазма.

— Ты меня замучил.

Приподнявшись на локте, Хан с усмешкой наблюдал за моими передвижениями.

— Буду мучить тебя каждую ночь.

Я послала ему улыбку и двинулась в сторону ванны, по дороге прихватив рюкзак.

— Ева…

— Да.

— Зачем тебе рюкзачок? — мягко спросил Хан, садясь на кровати. У меня сердце ухнуло в пятки, но внешне я продолжала устало улыбаться.

— У меня там салфетки и запасное белье.

— Ну так достань их, зачем весь баул тащить.

— Так пока я их найду…

— Ева, — чуть повысил голос Хан, — оставь рюкзак.

Вместо ответа я юркнула за дверь ванной комнаты и торопливо ее заперла. Потом дрожащими от волнения и страха руками начала доставать вещи. Мне повезло, что в отеле все ванные были с окнами. Пусть узкими, но пролезть такая худышка, как я, могла без проблем. Иначе пришлось бы влиять на Хана вещами напрямую и сбегать. А я так не хотела. Было нечто мерзкое в том, чтобы манипулировать им таким способом.

Юбка, шляпка, перчатки…

Дверь дернулась от сильного рывка.

— Ева, открой!

Я включила душ на полную мощность и прокричала:

— Погоди немного. Сейчас выйду.

Так, теперь запасной свитер, длинную юбку, толстые носки. Жалко обувь и куртку, ну да лучше куплю новые. Благо наличка есть.

Дверь, кажется, немного треснула.

— Ева! — Хан уже практически рычал. — Ева, быстро выйди!

— Уже вытираюсь!

Я дернула на себя деревянную старую раму. В ванной резко похолодало, а Хан за дверью начал ругаться на латыни. Дверь затрещала, в нее врезались чем-то тяжелым. Кажется, плечом. Замок повис буквально на «соплях».

Я вскочила на подоконник и быстро глянула вниз. Нормально, главное не думать о плохом. И спрыгнула в тот момент, когда Хан влетел в ванную, снеся дверь напрочь.