Седьмой сын - Джозеф Дилейни

Я был полон решимости отнести лепешки Мамаше Малкин, но одно дело делать это днем, а другое – в полночь, под покровом ночи. Признаюсь, я уже не был так уверен в правильности своей затеи. Учитель велел ни при каких обстоятельствах не приходить сюда ночью. Он предупреждал меня об этом не раз – значит, это было действительно важно, а я его ослушался.

Повсюду были слышны едва различимые звуки: шорохи, шуршания. Скорее всего, их издавали маленькие зверьки, потревоженные моим появлением, но они напоминали о том, что мне нельзя здесь находиться.

Ведьмак говорил, что две другие ведьмы были шагах в двадцати от первой могилы. Внимательно посчитав шаги, я оказался у второй могилы, как две капли воды похожей на первую. Я подошел ближе и присмотрелся: над ней тоже были железные прутья и хорошо утоптанная земля была без единой травинки. Ведьма, покоящаяся здесь, была мертвой, но все еще опасной. Ее похоронили вниз головой, а значит, где-то совсем рядом были ее пятки.

Вдруг мне почудилось какое-то движение: что-то шевельнулось. Возможно, это была игра моего воображения, а может, пробежал мелкий зверек – мышь или землеройка. Я быстро отпрянул. А вдруг это палец?

Сделав еще три шага, я оказался на месте – в этом сомнений не было. У этой могилы тоже была каменная ограда и тринадцать железных прутьев, однако она все же отличалась от остальных. Во-первых, могила была не продолговатой, а квадратной. Во-вторых, она была больше по размеру – где-то четыре на четыре шага. В-третьих, яма под прутьями была не засыпана.

Я замер и прислушался: тишину нарушало лишь шуршание ночных зверей и едва ощутимый легкий ветерок. Вдруг я заметил, что и он стих – в лесу воцарилась неестественная тишина. Я прислушивался к ведьме, а теперь она слушала меня.

Казалось, тишина длилась целую вечность, пока я не услышал дыхание из ямы. Я сделал еще несколько шагов вперед и оказался у самого края могилы – мои сапоги касались каменной ограды.

Вдруг я вспомнил, что учитель говорил мне о Мамаше Малкин: «Почти вся ее сила ушла в землю, но она бы с радостью поживилась таким мальчишкой, как ты».

Слова Ведьмака заставили меня сделать шаг назад. Что, если из ямы появится рука и схватит меня за лодыжку? Пора было действовать, и я тихо позвал в темноту:

– Мамаша Малкин! Я кое-что принес для вас – это подарок от вашей семьи. Вы меня слышите?

Ответа не последовало, но дыхание явно участилось. Я был полон решимости покончить с этим и вернуться в теплый дом Ведьмака, поэтому отодвинул ткань на корзине и засунул в нее руку. Пальцы нащупали лепешку: она была липкой и какой-то мягкой. Я достал ее и вытянул руку.

– Это лепешка, – мягко сказал я. – Надеюсь, от нее вам полегчает, а завтра я принесу еще одну.

С этими словами я выпустил лепешку из рук, и она полетела в темную яму. Нужно было сразу уходить из этого опасного места, но я прислушивался еще несколько секунд. Не знаю, что я хотел услышать, но это стало моей ошибкой.

В яме послышалось движение, будто что-то поползло по земле, а потом я услышал, как ведьма ест лепешку.

Мои братья едят, издавая не слишком приятные звуки, но этот был куда хуже. Ведьма чавкала громче, чем свиньи, когда роются в помоях. Тяжело дыша, она сопела, фыркала и жевала. Не знаю, понравилась ли ей лепешка, но шумела она сильно.

Той ночью я не сомкнул глаз. Я постоянно вспоминал о темной яме и думал о том, что мне снова предстоит вернуться туда следующей ночью.

К завтраку я спустился вовремя, но бекон оказался подгорелым, а хлеб зачерствел. Я ничего не понимал – я же только вчера купил свежий хлеб у булочника. Кроме того, прокисло молоко. Может быть, домовой на меня зол? Неужели он узнал, куда я ходил ночью? А вдруг испорченный завтрак – это предупреждение?

Я привык к тяжелому труду на ферме. Ведьмак не оставил мне никаких заданий, поэтому мне весь день нечем было заняться. Я подумал, что учитель вряд ли обидится, если я схожу в библиотеку и что-нибудь почитаю, но, к несчастью, дверь была заперта.

Мне оставалось только отправиться на прогулку. Я решил осмотреть поля и сначала забрался на Клин Парлик, с вершины которого открывался потрясающий вид. День был ясный и солнечный, и я видел Графство как на ладони. Вдалеке, на северо-западе, виднелось манящее синее море, а по бокам бесконечной вереницей тянулись холмы. Их было так много, что, казалось, и жизни не хватит, чтобы их обойти.

Рядом располагалась Волчья пустошь, и я задумался – а есть ли поблизости волки? Эти звери очень опасны, и говорят, что в зимнюю стужу они охотятся целыми стаями. Сейчас была весна, и следов их пребывания я не заметил, но это совсем не означало, что я был в безопасности. Я вдруг осознал, как, должно быть, страшно на холмах во мраке ночи. Хотя и не так страшно, как кормить Мамашу Малкин лепешками в полночь. Солнце уже начало садиться на западе, и мне пришлось спуститься и идти обратно в Чипенден.

В полночь я снова нес корзину в непроглядную тьму сада. На этот раз я решил сделать все намного быстрее. Подойдя к могиле, я сразу же бросил в яму лепешку. И вдруг заметил то, что заставило сердце уйти в пятки: железные прутья над могилой были погнуты. Прошлой ночью они лежали параллельно друг другу, но сейчас в середине прутья были широко раздвинуты и туда с легкостью можно было просунуть голову.

Может быть, их погнул тот, кто случайно забрел в сад, но это вряд ли – Ведьмак упоминал, что дом и сад хорошо охранялись от чужаков. Не знаю, кто и как их охранял, но я догадывался, что без домовых тут не обошлось.

Значит, это точно была ведьма. Должно быть, она вскарабкалась по стенкам ямы и попыталась выбраться. И тут меня осенило! Как же я был глуп – ведь лепешки возвращали ей силу!

Я услышал, как она принялась за вторую лепешку, издавая те же противные звуки: чавканье, фырканье и сопение. Я побежал домой, продираясь сквозь лесную чащу. Я понял: третья лепешка ей уже не потребуется.

После еще одной бессонной ночи я решил пойти к Алисе и отдать ей последнюю лепешку, а заодно объяснить, почему не смог сдержать обещание.

Но сначала девочку нужно было найти. Сразу после завтрака я отправился в лес, где мы впервые встретились, и обошел его весь до самого конца. При встрече она сказала, что живет «в той стороне», но я не нашел ни одного дома – вокруг были лишь холмы, долины, и в отдалении виднелся соседний лес.

Я решил действовать по-другому и пошел разузнать об Алисе в деревню. На удивление, на улочках было мало людей, но, как я и ожидал, у булочной по обыкновению стояли несколько мальчишек. Наверное, это было их любимое место, ведь вокруг витали аппетитные запахи свежеиспеченного хлеба.

Я ожидал, что они встретят меня более приветливо, ведь в прошлый раз я угостил их яблоками и лепешками. Может быть, все дело было в толстом парне-главаре, который на этот раз был с ними. Тем не менее они меня выслушали. В подробности я не вдавался, просто сказал, что ищу девочку, которую встретил в лесу.