Сага о Гуине. Книга 3. Битва в Носферусе - Каору Куримото

«Неужели это человек? — думали ошеломленные командиры, слегка придя в себя. — Как такое возможно?» Они видели, что он не был жертвой черной смерти. Его кожа, напоминавшая желтый воск и высохшая много лет назад все-таки уцелела.

Трудно было сказать, что представляло это лицо до того, как колдун попал в страшную, неведомую переделку. А глаза! Они сверкали в полумраке, словно звезды, наводя на людей ужас. Наконец, Амнелис решила, что с командиров довольно, и жестом приказала Кэлу Мору снова надеть капюшон.

Оцепенение прошло, и все вздохнули с облегчением. В лице колдуна было что-то, заставлявшее душу уходить в пятки, может быть потому, что на нем запечатлелись следы пережитых им ужасных событий.

— Кэл Мору пришел из страны Кайтаи, расположенной на востоке. — В то время, как командиры еще дрожали от страха, восемнадцатилетняя девушка говорила совершенно спокойно, возможно потому, что уже раньше насмотрелась на это страшилище, а возможно потому, что вообще не боялась ничего на свете. — Будучи молодым чародеем, он пылал жаждой встретиться с легендарным магом Агриппой и стать его учеником. Верно?

Колдун молча кивнул, что из-за капюшона было едва заметно.

— Агриппа? — переспросил виконт Лиган. — Говорят, что он родился много, кажется, десять, тысяч лет назад. Правда, он считается бессмертным, но ведь это просто нелепые слухи!

— Тем не менее, Лиган, — возразила Амнелис, подняв руки, словно оракул, возвещающий волю богов, — Кэл Мору отправился к нему. И утверждает, что может доказать это. Но в его доказательствах могут разобраться лишь опытные маги, так что не будем об этом говорить. Итак, услышав, что легендарный Агриппа живет где-то в этом мире и занимается алхимией, Кэл Мору покинул свою страну и отправился его разыскивать. Он решил, что утраченную мудрость лучше всего искать в горах Канан, поэтому стал обследовать пики, где будто бы находилась древняя империя. Но ничего не найдя, углубился в пустыню Носферус.

Командиры слушали, затаив дыхание. Несомненно, эта история была не более, чем сказкой! И хотя ужасный колдун стоял перед ними, они никак не могли в нее поверить.

— Конечно, — продолжала Амнелис, — пересечь пустыню и остаться живым не каждому по силам. Но Кэл Мору не простой человек. Он владеет многими тайными искусствами, а в молодости был сильнее всех вас.

При этих словах командиры посмотрели на живой скелет с сомнением.

— И ему улыбнулась удача, — произнесла Амнелис, отводя от них глаза. — Кэл Мору без страха углубился в пустыню и преодолел огромное расстояние.

— Позвольте мне дальше рассказать самому, — раздалось внезапно из-под капюшона, и командиры похолодели. Они не ожидали, что живой мертвец способен разговаривать. Его голос был низким и отрывистым, словно ветер, завывающий в руинах.

— Я шел очень долго. — Простые слова звучали зловеще. — Даже для мастера тайных искусств не просто пересечь пустыню. Существуют чары, позволяющие направлять время и пространство куда вздумается, но я ими не владел. Я шел на своих слабых ногах и искал место, где скрывался великий Агриппа. Я шел, сражаясь с песчаными пиявками, отбиваясь от кровососущего лишайника, который забирался в мою обувь и на одежду, и сворачивая при виде деревень дикарей. Я провел несколько месяцев среди камней и песка.

У чародеев моего уровня не бывает затруднений с едой и питьем. Я могу доставать провизию из ниоткуда. По дороге я многое узнал о пустыне. У меня на родине ее называют землей, забытой богами, и увиденное заставляло меня согласиться. Все здешние животные и растения чудовищны. Тут нет ничего привычного. Эту территорию будто бы занесло сюда с другой звезды, настолько она чужда нашим краям.

Поскольку чародеи изучают животных и растения, я видел, насколько неестественна здешняя природа. И это укрепляло в вере, что если великий Агриппа жив, то наверняка поселился здесь. Это подтверждали и пустынные испарения, заволакивавшие хрустальный шар, который был у меня с собой. Как я ни старался, но так и не мог сделать его прозрачным.

И вот, проснувшись однажды утром, я увидел, что мой шар почернел. Стоило мне прикоснуться к нему — он упал наземь и раскололся. Потом, к моему удивлению, осколки испарились без следа!

Никто из присутствовавших в шатре не проронил ни слова. Даже Амнелис, наверняка не раз слышавшая эту историю, хранила молчание. Она слушала внимательно, стараясь не пропустить ни одной детали.

— Но это не показалось мне дурным знамением, — продолжал Кэл Мору спокойным тоном. — Я решил, что подобрался к убежищу Агриппы совсем близко. Он обучался чародейству у древнейших из магов, у самых древних богов. Их искусство было проклято Дзаносом и его пантеоном. Я подумал, что мой шар разбился, соприкоснувшись с этой таинственной силой. Уже несколько дней я чувствовал чье-то присутствие. Но это лишь придавало сил. Магическое чутье подсказывало, что я будто бы приближаюсь к водопаду. Я слышал его шум, видел радужные брызги, чувствовал запах. Это колдовство Агриппы и никого другого! Тут не был причастен даже сам Доал. Происходило что-то, не связанное с магией и жизнью здешнего мира.

Я продолжал путь, словно мотылек, стремящийся на огонь. И вот, однажды утром… — Кэл Мору сделал паузу.

Прошло несколько напряженных мгновений, прежде чем он продолжил свой рассказ.

— И вот, однажды утром обстановка изменилась. Неведомая сила продолжала следить за мной. Я попал в какой-то другой мир, чуждый даже этой зловещей пустыне, в настоящую долину смерти — ее сплошь покрывали кости. Впрочем, назвать ее долиной смерти будет недостаточно. Это нельзя описать человеческими словами.

Кости, по которым я шагал, были белыми и очень хрупкими. Они рассыпались под моими ногами. В воздух поднимались облака праха. И я понял, что эта долина и кости были когда-то такими же живыми, как и я. Насколько хватало глаз, не было ничего, кроме костей, костей и костей. Попадались и ребра гигантов, воздетые к небу, будто в немом проклятии, и более мелкие кости, походившие на человеческие, вероятно принадлежавшие семам.

Все они были очень старыми, совсем иссохшими и… — Кэл Мору снова сделал паузу, припоминая жуткую картину. — Я понял, что иду по полю костей, по лесу костей, по целым джунглям костей. Я был островом, плывущим по морю костей! Там не было больше ничего движущегося, ничего живого! Как будто сама смерть явилась мне, приняв видимую форму. Я видел, какого она цвета — белого и пепельно-серого.

До сих пор помню, как стоял там в безмолвии. Мысли двигались медленно, словно во сне. «Как такое могло случиться? — спрашивал я себя. — Такое не может быть делом рук Агриппы!» Хотя он был человеком легендарным, поклонявшимся древним богам, но все-таки человеком! А то, что открылось мне было не под силу человеку. Никто из людей не мог сотворить такого. Это было просто невозможно. Даже я, опытный чародей, был потрясен. Картина смерти, раскинувшаяся передо мною была так ужасна и так невероятна, что я чуть не сошел с ума.

Моя сила и умение владеть собой оказались бесполезными. Придя в себя, я увидел, что стою на коленях, погрузив руки в кости.