Зеленый всадник - Кристен Бритен

Кариган осталась одна в комнате, которая, как и все в доме, была меблирована с большим вкусом. На подставке для умывальных принадлежностей стояли чаша и фарфоровый кувшин. Тяжелый резной шкаф, украшенный изображениями сосновых веток и шишек, закрывали вышитые салфетки. В ногах кровати стоял большой кедровый сундук, полный грубых шерстяных одеял. Поверх перины лежало яркое покрывало с узором в виде ромбиков.

Девушка с удовлетворением посмотрела на выстиранную одежду, аккуратно сложенную на краю кровати. Вестница сняла крылатого коня с халата и приколола на безупречно чистый плащ.

Кариган полезла в карман в поисках любовного письма и обнаружила его целым и невредимым. Благодаря чуду, а может, своей дотошности, бдительная Летиция вытащила его перед чисткой из кармана, а потом положила обратно. Сумка с посланием к королю также лежала на кровати. Прежде вестница не осмеливалась открыть ее. Хотя девушка вполне доверяла сестрам, теперь она все же решила проверить, что внутри. Там оказался конверт, запечатанный сургучом с изображением крылатого коня. Значит, все вещи на месте, можно спать спокойно.

В этот миг девушка увидела себя в зеркале у туалетного столика. Вообще-то в длинной ночной рубашке и с распущенными волосами вестница походила на призрака. Кариган подошла поближе. В целом она почти не изменилась за время пути. Разве что щеки немного ввалились.

Под левым глазом обнаружилось пятно. При ближайшем рассмотрении пятно оказалось вовсе не пятном, а покрасневшей царапиной в форме полумесяца, чуть выше скулы и чуть ниже глаза.

Кариган вспомнился Иммерез в телескопе, касание его холодного железного крюка к щеке. Девушка дотронулась до отметины дрожащими пальцами и поспешно отвернулась от серебряного зеркала. Это всего лишь совпадение, твердо решила она. Такая царапина могла появиться после скачки по кустам или от случайного касания ногтя. Или еще откуда-нибудь.

Воображение разыгралось от усталости, решила Кариган, и легла спать, не откладывая. Постель напоминала бабушкину — такая высокая, что даже стульчик приставили для удобства залезания. Кариган улеглась на пуховую перину, закуталась поплотнее в одеяло. Ей не верилось, что она пробыла с сестрами только один день.

Сегодня поздним утром вестница уснула на мху, не вполне понимая, как оказалась в этом месте. А вечером лежит на роскошной перине под прохладными, чистыми простынями, пахнущими свежестью. Кариган погасила лампу и удовлетворенно вздохнула. День получился очень странный, но ничто в этой Уютной комнате и удобной постели не вызывало ни малейшего оттенка подозрительности.

Девушка устроилась поудобнее. Дом затопила тишина, хотя снаружи по-весеннему ворковали голуби. На дереве под окном заухала сова, и Кариган провалилась в сон.

Поутру Конь уже ждал Кариган возле дома. Девушка проснулась от ясного тепла восходящего солнца, как и обещала мисс Мирта, уверенная, что проспала много часов. И все же солнце не успело высоко подняться над горизонтом, когда вестница окончательно встала. Хотя девушка неторопливо мылась и поедала завтрак, приготовленный невидимой Летицией, светило почти сдвинулось с места. Кажется, время в Семи Трубах было… гибким. Гостья как следует выспалась и мешкала на каждом шагу, но все равно тронулась в путь довольно рано.

Конь был оседлан, и седельные сумки до отказа набиты всякой всячиной. Каштановая шкура скакуна блестела на солнце. Кто-то, должно быть, невидимый Рольф, тщательно вымыл жеребца и расчесал, и теперь скакун казалась красивым, невзирая на необычное сложение. Кариган дружески похлопала Коня по холке.

— Перед тем, как ты отправишься в путь, дитя, — проговорила с крыльца мисс Мирика, — мы бы хотели кое-что тебе вручить.

Гостья бросила взгляд на набитые седельные сумки и собственный узелок.

— Вы уже и так дали мне так много — вся эта еда и даже одежда…

— Чепуха, дитя. Это всего лишь провизия. Ты все еще растешь, и мы с Миртой беспокоимся о правильном питании. А вручить мы хотим наши подарки. Совсем простые. — Старушка протянула ветку с темно-зелеными листьями. — Я была названа в честь этого растения. Это мирика, или восковница. Когда тебя покинет решимость, исчезнет надежда или просто охватит тоска по ароматам дикого леса, сорви лист, разотри его между пальцами, и запах освежит тебя. Может быть, ты подумаешь обо мне.

Кариган улыбнулась и приняла ветку. От нее исходило благоухание.

Мисс Мирта робко улыбнулась. На ладони у нее лежал цветок с четырьмя белыми лепестками.

— Мирт, в честь моего имени. За нашим домом как раз растет маленький куст. По весне он расцвел. Если тебе понадобится друг, оторви лепесток и пусти по ветру. Может быть, ты тоже вспомнишь обо мне. Он увянет не скоро, как остается нетленной настоящая дружба.

— И еще одно дитя, — снова вступила мисс Мирика. Она вложила в руку гостьи что-то холодное и гладкое. Из-под пальцев заструились серебряные лучи, яркие даже при утреннем солнце.

— Лунный камень, — восхищенно закричала Кариган. — Я не могу принять его. Он принадлежал вашему отцу.

— Не глупи, — возразила старушка. — Камень сам выбрал тебя. Должна сказать, что для меня или Мирты он никогда не светился. А что касается отца… что ж, уверена, папа самбы подарил тебе камень.

Вторая старушка закивала.

— Бери. Он осветит твой путь и согреет тебя. Говорят, что именно лунные камни удержали силы тьмы во время Долгой войны. Пусть наш дар хорошо тебе послужит, и да осветит луна твою дорогу.

— Спасибо… спасибо. — На глаза Кариган навернулись слезы. — Как я могу отблагодарить вас? Может быть, отвезти послание родственникам в Сакор?

— Да она уже вошла в роль вестника, а, Мирта?

— Определенно. Правда, боюсь, у нас нет родственников в столице. Только кузина на юге, а с ней бы тебе не понравилось встречаться.

— Мисс Мак совершенно ненормальная, и это еще мягко сказано.

— Дитя, не стоит нас благодарить. Мы и так наслаждались твоим обществом, и, как я уже упоминала, Зеленые Всадники немало помогли нашему отцу в его исследованиях магии. Мы всего лишь возвращаем услугу за услугу. Если будешь проезжать мимо еще раз, непременно заходи. Но остерегайся бандитов и воров на дороге.

Кариган считала, что сестры остались в проигрыше, и все же, поскольку дело происходило не на деловых переговорах отца, она промолчала. Девушка еще раз осмотрела поместье, задержала взгляд на окнах, отражающих лес, и дымящих трубах.

— Почему, — спросила гостья, — вы называете этот дом Семь Труб?

— Ты хочешь сказать, что их куда больше, чем семь? — спросила мисс Мирта. Девушка кивнула. — Дело в том, что семь — магическое число, а девять — нет. Отец не согласился бы назвать поместье не волшебным именем.

Кариган рассмеялась и поднялась в седло.

— Я даже не знаю, как добраться отсюда до Сакора.

— Езжай от севера на восток, дитя, — отозвалась мисс Мирика. — От севера на восток, и доберешься туда.