Метка инквизитора - Анастасия Андерсон

— Пока нет инквизитора, сбегать не буду, — решила я. — Будет гораздо хуже, если Матиас потеряет ко мне всякое доверие. Но обстановку разведать необходимо.

Я не одна из кисейных барышень, так что прорвемся!

И я села писать очередное письмо.

«Дорогой мой Хосе!

Прошу простить, что так внезапно вырвала тебя из дома и твоего привычного уклада. Но у меня нет больше возможности хранить это в тайне или продолжать скрывать.

Мой дорогой брат и твой любимый ученик Михаэль пропал. Инквизитор подозревает его в измене.

Он похитил реликвию из королевской библиотеки. Но прямых доказательств тому нет. Возможно, доброго и наивного Михаэля подставили, оклеветали! Мой брат никогда бы не пошел против государства, империи и собственной сестры. Прошу тебя о помощи. Нет, умоляю! Хосе, помоги мне найти брата. Я не могу выйти из резиденции инквизитора, но ты сможешь беспрепятственно передвигаться по городу. Несколько дней назад я разговаривала с двумя людьми, друзьями детства. Они оба что-то скрывают.

Кармен соврала мне насчет брата. Более того, они переписывались, и когда я упомянула об этом, девушка очень расстроилась.

Алан, наш друг детства, сказал, что поссорился с братом несколько месяцев назад, но на доске в его доме я видела ту же формулу, над которой работал брат. И после упоминания этого в разговоре Алан перестал общаться со мной. Я чувствую, эти двое скрывают от меня важную информацию, и, возможно, они знают, где мой брат.

Хосе, тебе известны и Кармен, и Алан, прошу, поговори с ними. Мне не удалось, но ты всегда был более влиятелен.

Также хочу тебе сообщить еще кое-что.

В доме брата я нашла тайное послание. Оно гласит:

“Важны всего три вещи: мышление, окружение и истина, за которую ты готов бороться”.

Я считаю, что он оберегал меня от кого-то. Возможно, от Матиаса, или даже Алана и Кармен.

Графиня Летиция Дожже, твоя любящая ученица!»

В комнату постучала служанка.

— Госпожа, прибыл инквизитор и просит вас спуститься к нему в кабинет.

— Хорошо, скажи, что я скоро буду.

Запечатав письмо в конверт, я отправила его Мэри. Она передаст письмо учителю, и он поможет разобраться.

***

Инквизитор, как и обещал, ждал меня в кабинете.

— Добрый день, Летти. Я бы хотел пригласить вас прогуляться. Составите мне компанию?

— Прогуляться?

— Да, именно. Я подумал, что вам уже наскучило сидеть в резиденции. Мы поедем в моей закрытой карете, чтобы не привлекать лишнее внимание.

Конечно, когда люди видят герб инквизиции или карету инквизитора, то стараются поскорее убраться.

— Предлагаю вам съездить прогуляться за город. Там есть отличная лошадиная ферма, можно устроить конную прогулку на свежем воздухе. Как вы считаете?

— Идея отличная, дайте мне полчаса переодеться в дорожный костюм.

— Как будете готовы, спускайтесь.

Забежав в комнату, я кинулась к письменному столу.

«Хосе, мы едем на лошадиную ферму. Если сможешь, приезжай. Я думаю, мы сможем поговорить с тобой наедине. Меня будет сопровождать сам инквизитор, но я придумаю способ, как отлучиться на пару минут!»

— Это письмо нужно срочно отправить ко мне домой, — дала я распоряжение служанке и пошла переодеваться.

Спустя двадцать минут я села в черный закрытый экипаж.

— Как долго нам ехать? — спустя пару минут неловкого молчания спросила я инквизитора.

— Около получаса.

Вскоре мы выехали из города. Монотонная езда, свежий воздух и тишина убаюкивали. Глаза сами по себе начали закрываться. Последним четким ощущением стало чувство, как моя голова медленно склоняется и оказывается на чем-то мягком и теплом.

Снился мне Михаэль. Он звал на помощь, а я бежала сквозь туман и не могла найти брата. Потом я увидела Кармен. Девушка поджала губы и, развернувшись, оставила меня в тумане. Следом появился Алан. Лицо его было злым, он кричал, но слов я разобрать не могла. Последним в моем сне появился Хосе.

«Вы опять все сделали неправильно, — поджав губы, сказал учитель. Переделывайте».

Проснулась я от резкого толчка. Карета наехала на яму, и нас слегка тряхнуло. Моя щека опиралась на мягкую, слегка шершавую ткань. — Наверное, подушка.

Она приятно пахла мускусом и миндалем, периодически то приподнимаясь, то опускаясь. Я потерлась щекой о ткань и устроилась поудобнее. Попытавшись подпереть щеку ладошкой, я заехала по чему-то твердому. Резко открыв глаза, я отпрянула. Ткань, которую я изначально приняла за подушку, оказалась сюртуком инквизитора. Я самым наглым образом устроилась у мужчины на груди и путем нехитрых манипуляций заехала ему рукой по челюсти.

Матиас, слегка поморщившись, потер лицо, но ничего не сказал.

Ух, ну и выдержка!

— Прошу прощения, я совсем не хотела тебя поранить.

— И не поранила, все в порядке.

— Долго я спала?

— Минут двадцать, мы уже почти приехали.

И сразу после этих слов карета остановилась, а кучер резво соскочил со своего места и открыл нам дверь.

Первым вышел Матиас. Он подал мне руку и галантно помог спуститься. В последнее время я все больше замечала за инквизитором такие джентльменские замашки: то дверь придержит, пропустив вперед, то стул подвинет. Всегда рядом, всегда готов помочь.

От мыслей о Матиасе меня отвлек конюх, который привел двух лошадей.

— Эта для дамы, она самая смирная, — сказал мужчина, показывая на белую лошадку. Она мне сразу понравилась. Красивая и со спокойным взглядом.

Рядом с ней, перебирая копытами, стоял коричневый конь. Он был выше моей лошадки, раздувал ноздри и упрямо вскидывал голову вверх.

Я посмотрела на инквизитора, он даже бровью не повел. Видимо, ему к таким сложным исходам не привыкать.

— Третью лошадь сейчас седлают, сегодня еще один господин изволил прогуляться по лесу, — сообщил конюх.

Тут я обрадовалась. Видимо, Хосе получил мое письмо и успел приехать даже раньше нас!

Конюх еще что-то говорил инквизитору, но я его перебила:

— Я могу прогуляться здесь, на лужайке?

Матиас внимательно посмотрел на меня, а затем обвел глазами пространство.

Я сложила руки в умоляющем жесте, жалобно смотря на инквизитора.

— Хорошо, но только недолго. Через десять минут я заберу тебя на прогулку по лесу.

В глазах инквизитора читалось сожаление. Видимо, он сам не рад, что дал слабину и отпустил меня одну.

***