Ритуал - Тайга Ри

– Господин, – один из слуг осторожно вступил в круг света. Настроение хозяина последнее время становилось абсолютно непредсказуемым. – Последние распоряжения…

– Без изменений, – отчеканил Луэй. Он больше сюда не вернется, как и Винни. Жизнь за жизнь. Как только он покинет город, лавка «Травы и эликсиры Луэй» взлетит на воздух. Он потратил много империалов на лучшие артефакты магического огня, который не так просто потушить сразу. Чтобы все выгорело дотла. Чтобы после него осталось только одно – пепел.

Луэй любил пепел. Запах и вкус. Пепел – это для него значило, что всё чисто. Высшая степень чистоты – почти божественная трансформация всего живого и неживого в ничто.

И потому что пепел, ещё никому не удавалось допросить.

***

Впереди ехали аларийцы, показывая путь. Я держалась в середине, стараясь не терять из виду чужую спину – в лесу было темно, тропинка была узкой, снег с ветвей то и дело, с глухими хлопками, падал нам на головы – белыми были почти все.

Чувство направления я потеряла давно, и только молилась Великому, чтобы Ликас точно знал, что он делает – и не выкинул чего-нибудь. Только не сейчас, только не когда сани уже так близко.

– Осталось немного, – первый из нашей колонны вскинул руку – впереди виднелся просвет. Чернели горы, и на их фоне вдалеке – шагов триста от леса, вспыхивали магические светляки. Анастас?

– Мне нужны сани, – громко повторила я для всех то, что озвучила в начале пути. – Рабочие сани. Остановить любой ценой. Это – главная цель.

– Да, мисси…

– Слушаюсь…

– Понятно, – прозвучал тихий нестройный хор голосов. Один Ликас молчал. И я даже отсюда чувствовала, насколько неодобрительным было молчание аларийца. Он не одобрял ни эту поездку к псакам, ни цель, ни средство, ни то, зачем нам нужны эти псаковы сани.

– Вперед!

Кони всхрапнули устало – путь был длинным, и потрусили, взбивая снег копытами.

***

Сани они уже расчехлили – успели снять купола тепла, и теперь грузили внутрь свертки и тюки. Анастас – весь в белом, и даже псаков верхний меховой плащ и тот был цвета топленого молока, стоял в стороне, покрикивая на остальных. До гор было рукой подать, особенно если использовать эти псаковы салазки.

Их было больше. Намного. Я сбилась на тридцати, против двадцати наших – десятка магов и десять алларийцев. Да, на аллари плохо действуют чары, но это не значит, что не действуют совсем. Любой защитный купол можно пробить – и уложить любого аларийца, все зависит от количества приложенной силы.

Нас увидели практически сразу – мы не преодолели и трети пути – пространство было открытым.

– Быстрее! – Анастас взмахнул руками – рукава мелькнули белыми крыльями, когда он побежал к саням. Сразу десяток тяжелых аларийских стрел с черным оперением взвихрили снег перед ним, и ещё ряд ощерился прямо вокруг саней – не подходить. – Остановить их!

Маги Хейли начали плести, но чары не долетали – за сто шагов пробьет не каждый и с седьмым кругом. Я вытащила из кармана первый катализатор и подала силу – никаких ограничителей, никакого срока действия – приготовившись.

Серебристая двойная пленка марева защитных куполов вспыхивала передо мной – конь ржал, но не сбавлял ход – вся наша упряжь тоже снабжена артефактами. Когда я подлетела – плетения сверкали уже во всю, маги выстроились в пятерки, один атакующий, двойка помогает, и двое – прикрывают, и держали строй. Но Анастас медленно, по шажку двигался под прикрытием в сторону саней.

– Тварь! – я размахнулась сразу, не рассчитывая траекторию, и первый катализатор улетел вперед, разметав четверку, которая прикрывала справа. Второй я вытащила и активировала почти мгновенно, замахнулась, и бросила в другую часть строя – здесь зацепило только троих.

Третий катализатор я бросить не успела.

– Отдай, – Ликас вытащил палочку из руки, прицелился и попал в самую середину. Четвертый я отдала ему сама – и он тоже попал. Примерно с десяток мы проредили – хотя бы уравняли шансы. – Ещё? – Ликас протягивал руку, но больше не было. Дядя никогда не оставлял в открытом доступе больше четырех, иначе я выгребла бы все.

Дальше бой превратился в затяжной – обе стороны были примерно равны, мы – не подпускали их, они – пытались пробиться. Анастас продолжал двигаться к саням, я – к Анастасу, по дуге.

Момент, когда Хейли что-то достал из карманов, я пропустила – отвлеклась, мне трижды прилетело в купол и одно кольцо треснуло, осыпавшись крошевом.

– Убить всех! Это приказ! – Анастас держал в руках маленькую черную коробочку с кисточками, украшенную вырезанными символами, точно такую, какую мне когда-то показывали дознаватели. Но сейчас символы на псаковой коробке светились резким голубым светом.

Вокруг стало тихо – вспышки плетений на миг стихли, потому что все со стороны Хейли замерли и застыли, в тех позах, в которых были.

– Убить! Всех! – надрывался Анастас. Коробочка в его руках ослепительно вспыхнула и всё пришло в движение.

Глаза у людей Хейли стали совершенно пустыми – мертвыми, в них не отражалось ничего, кроме блеска магических светляков. Они начали двигаться монотонно и медленно, постепенно набирая скорость, направляясь в нашу сторону. Молча, сосредоточенно, скорость плетений возросла настолько, что чары почти смазывались в воздухе.

Я уже видела это! Ремзи! Псаковы печати!

– Они под управляющими печатями! Не чувствуют боли! Бить насмерть! – проорала я быстро, перестраиваясь. Плетения начали лететь быстрее.

Хейли изменил ход – переломил, и теперь мы проигрывали – они теснили нас в сторону, единственное, на что хватало – это держать оборону, и больше ничего, об атаках речи не шло. Аларийцы стали почти бесполезны – они положили всех, кого могли, а маги такого уровня им недоступны.

Псаки!

Плетения сверкали в воздухе, защитные артефакты таяли один за другим – камни трескались в крошево, и скоро у меня останутся одни змейки. У магов – и того меньше, если они будут держать защиту – нам придется отступать. Бой становился ожесточеннее – сразу десяток “Ремзи” стоял напротив нас и это было страшно.

Анастас воспрял духом и почти достиг саней – ему оставалось совсем немного, и я бросилась наперерез.

Назад! Вайю! Отступаем, – кричал Ликас, но я уже обошла двоих, пожертвовав последним артефактом – пустые слишком медлительны, и это наше единственное преимущество. У леса запел горн – к нам скакал отряд, плетения летевшие впереди полыхали знакомым золотом – Тир!

Я уклонилась от молнии, которую в меня швырнул Хейли, пригнулась, пропуская сверху “стену огня”, и заблокировала ещё один огненный таран змейками – руки задымились. И, уже не выбирая, приложила Хейли целитеским плетением – самым простым, на три узла, которое прошило защиту насквозь и впечаталось в грудь Анастаса, который согнулся с громким криком.