Красные джунгли - Серж Брюссоло

Злосчастный словарь стал таким толстым, что Пегги не могла засунуть его в портфель. А под конец вообще взорвался, засыпав все вокруг клочьями бумаги и искорежив кожу портфеля.

Если бы не постоянные ободрения со стороны синего пса, Пегги уже бы давно сдалась. Голова ее раскалывалась от мучительной боли.

– Давай бросим, – стонала она, – я все равно уже провалилась, везде написала сплошные глупости…

– Нет! Нет! – упорно подгонял ее синий пес. – Мы должны продолжать. Остальные справились ничуть не лучше тебя. Только посмотри на их лица!

Наконец, когда все уже окончательно выдохлись, световые табло вдруг разом погасли. Экзамен закончился, шум и гам сменила полнейшая тишина. Ученики растерянно озирали друг друга. У многих текла кровь из разбитого носа, один мальчик был сильно оглушен взрывом собственного словаря и лежал без сознания на полу, усыпанный обрывками разноцветных страниц.

Пегги отыскала Наксоса, который стоял в углу, подрагивая от пережитого напряжения. Даже верзила Джефф растерял всю свою надменность: он уже больше не ухмылялся, а только непрестанно вытирал дрожащей рукой испарину со лба.

– Испытания закончены, – объявил громкоговоритель, – вы можете отдохнуть в парке. Результаты будут вывешены в пятнадцать часов на доске объявлений в главном холле.

Побросав портфели на пол, подростки устремились вон из экзаменационного центра. Оказавшись в парке, Пегги даже зажмурилась: таким ярким показался ей свет дня. Голова у нее закружилась, и она села прямо на траву. Вскоре к ней присоединился Наксос.

– Ну? – спросил он. – Как все прошло?

– Катастрофа, – вздохнула девочка. – Мне казалось, что я схожу с ума.

– Мне тоже, – признался мальчик. – Вот уж не ожидал ничего подобного. Я думаю, что на самом деле вопросы и ответы не имели никакого значения… Скорее, испытания предназначены для того, чтобы оценить нашу реакцию, уровень эмоциональности.

– Я тоже так считаю, – поддакнул синий пес. – Это был тест. Осталось узнать, как истолкуют его результаты судьи.

Пегги сверилась с наручными часами. Ей не терпелось увидеть, как госпожа Зизолия вывешивает на доске результаты.

– А что будет с теми, кто провалится? – опасливо поинтересовался Наксос.

Верзила Джефф, который прохаживался неподалеку от них, громко отозвался:

– Их исключат из школы и отправят работать в столовую – мыть посуду и подавать еду. Они никогда не вернутся домой.

– Ты думаешь, это правда? – настойчиво переспросил Наксос.

– Еще бы! – бросил верзила. – Преподы в нашей богадельне шутить не любят. Сбежать отсюда вряд ли будет просто: понадобится исследовать окрестности и разузнать, как добраться до ближайшего города.

Пегги не стала делиться с ним своими соображениями. Как и синий пес, она считала, что в действительности колледж спрятан в каком-то глубоком подземелье, а здешние небо и горизонт – не более чем театральные декорации. Поэтому нигде не видно ни оград, ни охранников. Колледж казался свободно расположенным среди природы, а на самом деле никакой «природы» нет.

Разговоры быстро стихли. Каждый ученик с волнением ожидал объявления результатов.

«В следующий раз, когда я встречусь с галстуком-бабочкой и запятой, – подумала Пегги, – то первым делом потребую рассказать, что на самом деле происходит с теми, кто провалит экзамен. Хватит с меня зловещих сказок, которые ученики нашептывают друг другу в столовой».

Но в глубине души она чувствовала себя не слишком уверенно. Зооар и Казор явно относились к своей затее очень серьезно.

«А по-моему, у них просто мания преследования, – телепатически проворчал синий пес. – С такими типами стоит держаться поосторожнее. Они видят врагов повсюду, хотя на самом деле те существуют только в их воображении».

Время до пятнадцати часов тянулось медленно. Наконец в холле показалась госпожа Зизолия, направлявшаяся к доске объявлений с листком бумаги. Расталкивая друг друга, школьники ринулись взглянуть на результаты.

По толпе прокатился вздох облегчения: испытание выдержали все.

Ребята еще не закончили поздравлять друг друга, как вдруг за их спинами послышался мрачный смешок. На пороге холла, опираясь на свою трость, стоял Дьяблокс и внимательно наблюдал за учениками.

– Не очень-то радуйтесь, – проговорил он глухо. – Сегодняшний экзамен – просто детская игра по сравнению с другими. На втором этаже вам будет не до смеха. Некоторым из вас вообще не суждено будет больше смеяться.

– Это еще почему? – переспросил Джефф с привычной надменностью.

– Потому что они погибнут, – проговорил Дьяблокс и повернулся к выходу.