Грань - Джек Хорн

– Давай! – подбодрила меня Мэйзи. – Коснись какого-нибудь.

Ее глаза поблескивали от возбуждения.

Я подняла руку и осторожно дотронулась до ближайшего огонька. Меня обволокло теплой волной, и я вдруг оказалась в парке Форсайт вместе с Мэйзи. Мы уплетали мороженое в коническом стаканчике – денег хватило на одну порцию. Позади нас мальчишки играли в раббер[9], наш местный вариант стикбола[10]. Четвертого июля, в День независимости, нам с Мэйзи было десять лет. В гости приехал дядя Оливер и с утра пораньше подарил нам новые велосипеды. Мы сразу же покатили в парк. Я точно помнила, что случится дальше. Тогда мы впервые повстречали Питера. Он был среди мальчишек, игравших в раббер, и, вопреки протестам остальных, пригласил нас присоединиться. Мы здорово повеселились.

Таким оказался лучший День независимости в моей жизни, я готова была вспоминать его снова и снова. После того как мы выиграли в раббер, изображение начало гаснуть. Я очутилась в нашей тесной бельевой рядом со взрослой Мэйзи. Почувствовала, как на глазах выступили слезы.

– Просто невероятно! – воскликнула я. – Как у тебя получилось?

– Маленький фокус, Джинни научила, – ответила Мэйзи. – Почему-то я решила, что будет уместно применить ее навык для подарка тебе, Мерси.

Она улыбнулась, но на ее прекрасном лице отразилась горечь потери. Торт в ее руках исчез, вместо него появилась старинная банка с винтовой крышкой. Мэйзи провела пальцем по ее краю, и огоньки послушно слетелись внутрь. Все, кроме самого странного, мерцающего ярко-синим цветом.

– У тебя останется еще девятнадцать, пользуйся ими, когда угодно. Но мне бы хотелось, чтобы ты взглянула на мое пожелание.

Она накрутила крышку на банку и отдала ее мне. Я уставилась на огоньки, танцующие внутри, будто пойманные светлячки. Не буду их тратить. Лучше брать по одному, тогда, когда мне действительно потребуется вспомнить что-то хорошее.

Все еще ошеломленная, я водрузила банку на столик, убранный в бельевую за ненадобностью.

Потом потянулась к голубому огоньку. Коснувшись его, ощутила слабый укол, как от статического электричества. Мы опять перенеслись в летний парк Форсайт. Но Мэйзи выглядела так, будто ей уже под тридцать. Рядом играли дети – двое белокурых, с идеальными чертами лица, и двое огненно-рыжих, хулиганистых и задорных. Я смотрела на рыжих, и мое сердце забилось чаще. Они были похожи на меня, но у обоих оказались разноцветные глаза – я различила голубые и зеленые отблески их радужек. Мэйзи плеснула мне в бокал холодного вина, я обернулась, услышав голос. У дымящегося гриля стояли Джексон и Питер с запотевшими кружками пива. Присев возле меня, Мэйзи позвала наших детей и чмокнула меня в щеку.

Видение рассеялось, и я увидела Мэйзи в комнате, чуть поодаль. Она была очень серьезна.

– Мне было трудно удержаться и не прочесть твои мысли, – проговорила она. – Мы слишком связаны друг с другом. Я пыталась не лезть тебе в сознание, но когда тебя охватывали сильные чувства, они сами мне в голову стучались. Ничего не могу поделать.

Я поглядела на нее испуганным взглядом оленя, который выскочил на дорогу и попал в свет фар автомобиля.

– Мне известно о твоих чувствах к Джексону…

– Мне так жаль, – перебила я ее.

Она улыбнулась. Кинулась ко мне и крепко обняла меня.

– Да, Мерси! Я, честно, знала! И хочу сказать тебе, что я тебя не осуждаю. Поверь, если кто и может понять, как можно любить Джексона, так это я.

Она отпустила меня и отстранилась.

– И если бы ты могла хоть что-то изменить, ты бы так и поступила, – добавила Мэйзи. – Ты поэтому решила встретиться с Хило?

Отрицать не имело смысла, очевидно, для сестры мои мысли были все равно что свои собственные.

– Да, – призналась я. – Я попросила от нее заклинания, чтобы полюбить Питера…

– А ты любишь Джексона, – закончила за меня Мэйзи. – Она сотворила заклинание?

– Я передумала и отказалась от услуг Хило. Но она заупрямилась и заявила, что будет над этим колдовать.

– Нехорошо, – вздохнула Мэйзи. – Любовные заклинания всегда имеют побочные эффекты. Чувства, созданные ими, неестественные, поддельные и легко могут перейти в страсть, не имеющую ничего общего с истинной любовью. Я никогда и не пыталась подобными глупостями заниматься. Ты не заметила никаких перемен в твоем отношении к Питеру?

– Нет, – быстро ответила я. Но потом мне пришла в голову мысль, которую я гнала от себя с того момента, как увидела труп Джинни с раскроенной головой. – Хило упомянула, что для заклинания требуется много крови.

Я задрожала всем телом.

– Даже и не начинай, – произнесла Мэйзи. – Старая карга просто тебя подловила. В любовной магии не используют кровь. И, если Хило замешана в убийстве Джинни, это не имеет ни малейшего отношения ни к тебе, ни к заклинанию. Слышишь меня, Мерси?

Я кивнула, ощутив, что у меня будто гора с плеч упала.

– Подозреваю, что Хило вообще блефовала по полной, утверждая, что может сделать заклинание… но, Мерси, если ты заметишь что-то странное, сразу сообщи мне.

Она помолчала.

– Самое печальное заключается в другом, – продолжила она. – Сейчас ты все осознаешь, но глубоко внутри ты всегда будешь думать, не повлияла ли на твои чувства магия Хило. Ладно, будущее покажет. А пока держись от Хило подальше. Она опасна. Больше к ней не ходи. Хватит себя мучить.

И Мэйзи принялась ходить по комнате кругами. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она остановилась и посмотрела на меня.

– А я ведь часто тебе завидовала.

– Ты завидовала мне? – повторила я. Что за глупости? Я всю жизнь провела в ее тени – не такая красивая, лишенная дара, и, возможно, не настолько умная.

– Да. Я завидовала твоей свободе. Пока ты гуляла по городу и заводила друзей, Джинни держала меня при себе. Она не сомневалась, что я приду ей на смену, и готовила меня к миссии стать якорем. С этим проблем не было, но я ждала, что все случится гораздо позже и я успею пожить нормальной человеческой жизнью. Надеялась, что нам с тобой удастся вместе попутешествовать по миру после совершеннолетия, когда мы получим доступ к нашим долям в семейном трастовом фонде.

– Мы еще можем успеть, – тихо сказала я.

– Нет, если меня изберут якорем! – воскликнула она. – Ведьмы-якори постоянно поддерживают баланс и стабильность грани, и мне придется навсегда застрять в Саванне! Я бы смирилась, ведь теперь у меня есть Джексон.

Она опять начала ходить по комнате.

– У тебя, Мерси, имеется целая гора возможностей обрести счастье! А у меня – лишь мой Джексон.