Метро 2033. Мраморный рай - Сергей Кузнецов

В другом углу сидел Макс, полностью экипированный, с откинутым капюшоном защитного плаща, и проверял автомат с подствольником. Было очевидно, что такое оружие для него не в новинку. Рядом лежал потертый брезентовый рюкзак внушительных размеров.

Сергей принялся экипироваться, и тут вошел Владимир Данилович — полностью готовый к походу, с автоматом за спиной и тремя пустыми рюкзаками в руке.

— Десять минут, — сказал он Сергею. — Парни, приготовьтесь к вылазке в стужу. Точного прогноза Гидрометцентр, к сожалению, не прислал, вернемся — выясним, почему, — он усмехнулся. — Первая точка — завод, он дальше. Список того, что нас там интересует, я получил. К заводу двигаемся следующим порядком: я впереди, потом Сергей и Макс парой, Ангин замыкает. Добычу понесут Ангин и Макс. Вторая часть рейда совершенно, с моей точки зрения, бесполезная, но есть задание Совета обновить библиотеку колонии. От завода к библиотеке продвигаемся тем же манером. Загружаем книгами два оставшихся рюкзака — мой и Сергея. Назад возвращаемся цепочкой: впереди Ангин, потом Макс, за ним Сергей, я замыкаю. Принято считать, что обе точки, равно как и маршруты до них, безопасны: плорги боятся завода по одной только им ведомой причине, а библиотека просто никому не интересна. Опасные объекты — развалины, старая больница, мэрия — удалены. Но обольщаться не советую. Лично я ни один выход наверх не считаю курортной прогулкой.

Поверхность встретила их сильнейшей метелью и огромными сугробами серо-голубого снега. Видно было не дальше пары метров — вокруг стояла стена снега, разносимого ветром.

Группа продвигалась медленно, с трудом; кроме воя ветра и шороха снега других звуков не было. В такую непогоду мы славная добыча, подумал Сергей. Допустим, плорги не вылезут из своих укрытий… А другие твари? Кто-то ведь пытался напасть на паренька у церкви, когда мы хоронили Ивана Трофимовича.

Холода он не ощущал: теплая поддевка, противорадиационный плащ и шлем защищали надежно, но отсутствие нормального обзора его беспокоило. В любой момент из белой пелены могло напасть нечто — и не успеешь не то что выстрелить, даже повернуться в его сторону.

Макс шел рядом, озираясь по сторонам профессионально, технично. Сергей гадал, чем продиктованы подозрения Верховного в отношении этого человека? Непохоже, чтобы Макс затевал что-то худое. И в колонии он, безусловно, пригодится… Если, конечно, захочет остаться.

Они шагали, как показалось Сергею, уже довольно долго, когда справа вдруг надвинулась темная громада завода. Группа вошла в ворота, створок которых давно уже не было, и обогнула два огромных, в человеческий рост, сугроба — здесь навсегда застыли заводские автобусы.

В отличие от Сергея, который на завод попал сегодня впервые несмотря на то, что периодически участвовал в вылазках в город, Владимир Данилович ориентировался на местности неплохо. Он привел бойцов к неприметной двери, расположенной в стене на небольшой высоте от земли и потому не занесенной снегом. Дверь оказалась незаперта. Толкнув ее, члены группы поочередно проскользнули внутрь, после чего Владимир Данилович плотно притворил дверь и полез за дозиметром.

Фон оказался в норме. Мужчины откинули капюшоны со вшитыми респираторами, после чего включили нагрудные фонари.

За стенами выл ветер, а помещение огромного ангара было сухо, тихо и почти пусто. Далеко впереди по сторонам угадывались очертания станков. Пахло чем-то неприятным: то ли кислым, то ли гнилым.

— Вперед, — тихо скомандовал Владимир Данилович. — И повнимательнее.

Чтобы попасть на склад готовой продукции, нужно было спуститься по металлической лестнице на один этаж. До лестницы колонисты добрались без приключений, но у самых ступеней, перегораживая вход на площадку, их ждал первый сюрприз.

— Плорг? — спросил Сергей, направляя автомат. — Откуда он здесь взялся?

— Дохлый, — сказал Макс. — Здоровый, скотина. Но с ним что-то не так.

Четыре нагрудных фонаря осветили тело животного, лежащее на полу. Ангин потер шею.

Откуда взялось это слово — плорг — и почему именно им стали называть большое мускулистое серое животное, не имеющее шерсти, со страшной вытяну-той мордой волко-крысы, сказать трудно. Твари были неглупы и крайне агрессивны. Плорга можно было убить, но напугать — почти никогда.

Серо-коричневая лысая шкура на боку лежащего у лестницы в луже крови плорга была располосована; раны нехорошо шевелились, словно в них копошились какие-то насекомые. Колонисты улавливали глухое гудение и негромкое пощелкивание.

Владимир Данилович знаком дал команду колонистам отойти назад и пальнул из подствольника зажигательным. Когда тело мутанта вспыхнуло, гудение и пощелкивание превратились в пронзительное верещание. Из раны вырвались несколько огромных черных жуков и, пометавшись в воздухе пару мгновений, по-сыпались на пол горелой трухой. Потрескивая, полыхал труп плорга; пахло паленым мясом.

— Странно… — сказал Владимир Данилович. — Столкнуться с плоргами снаружи мы могли очень даже запросто, но на территорию завода они никогда не заходили: считается, что они боятся…

— Неужели эти уроды могут чего-то бояться? — удивился Макс.

Он был бледен, и Сергей понимал, почему: о чудовищных насекомых Макс знал не по наслышке…

Кое-как, морщась от вони, отпинали догорающее животное с дороги и начали медленно спускаться. Свет фонарей добивал недалеко — окружающая тьма поглощала. Снизу доносились неясные звуки, среди которых Сергею смутно слышалось пощелкивание.

— Пыли нет, — тихо сказал Владимир Данилович напряженным тоном, освещая ступени. — Плохо.

— Что? — спросил Сергей.

— Мы бываем тут редко, — пояснил Владимир Данилович. — От визита до визита ступени успевают покрыться пылью. Сейчас ее нет. Кто-то прошел тут недавно. Парни, внимание. Ангин, что у тебя?

— За нами чисто, — сипло сказал Ангин.

И тут лестница кончилась. Под ногами колонистов был бетонный пол.

— Вы только посмотрите на это… — пробормотал Макс.

Было похоже, что в просторном помещении склада шла большая битва. Повсюду валялись опрокинутые, продавленные и разломанные металлические шкафы и стойки, залитые кровью; пол был усеян деталями, частями механизмов — также разломанными и бесполезными.

И плорги. Рассеянный свет фонарей выхватывал из темноты десятки окровавленных тел плоргов с оскаленными пастями, вырванными глотками и выеденными глазами.

В воздухе висел ровный мощный гул с четкими вкраплениями пощелкиваний сотен, если не тысяч насекомых.

— Нужно уходить, — сказал Макс. — Пока они нами не заинтересовались…

Но Владимир Данилович решительно и аккуратно, стараясь не шуметь, двинулся вперед. Ловко перешагивал через ящики и поваленные стойки, обходил трупы мутантов, ни разу не наступил на валявшиеся повсюду детали и поломанные механизмы.

— Стой, — сипло сказал Ангин и потер шею.