Небеса Перна - Энн Маккефри

«Он силен и умен, он умеет сражаться с Нитями. Он умеет уворачиваться от них так же ловко, как любой зеленый, — Рамот’а была непоколебима в своей уверенности. — Мнемент’ — единственный бронзовый, которого я приму, и такого, как он, нет. Даже если он спит сейчас больше обычного. Не тревожься».

Связь между двумя всадниками была столь тесной и прочной, что Ф’лар немедленно понял: Лесса разговаривает с Рамот’ой. Он поднял бровь и вопросительно взглянул на госпожу Вейра.

— Что у нее на уме? — Он усмехнулся. — Или у тебя?

— Когда ты собираешься решить, куда мы отправимся После? — утомленно спросила Лесса, сделав вид, что именно об этом они и говорили с Рамот’ой.

Ф’лар одарил ее долгим взглядом, исполненным бесконечного терпения:

— Мы можем отправиться, куда захотим. Будь уверена в одном: мы ни от кого не будем зависеть.

— Прекрасная перемена! — самым сухим тоном заявила она.

— Посмотрим, может, нам подойдет один из восточных островов.

— Что?! — взвилась Лесса, но тут же поняла, что Ф’лар просто дразнит ее.

Он усмехнулся. Что ж, по крайней мере, сегодня предводитель Бенден-Вейра был в хорошем расположении

духа…

— Я знаю, что здесь ужасная погода… но в этой груде камней я прожил всю свою жизнь. — Ф’лар бросил быстрый взгляд на Лессу, чтобы видеть, как она отреагирует.

— Летом тут прохладно, — заметила Лесса и прибавила с ностальгическими нотками в голосе: — Когда я думаю о том, сколько мы сделали здесь вместе и как это изменило историю…

— Верно. И сколько перемен произошло с тех пор, как мы стали предводителями Вейра…

— Сколько потерь мы пережили в прошедшем Обороте…

— «Время всякой вещи под небом», — тихо процитировал Ф’лар.

Глаза Лессы наполнились слезами при воспоминании о Робинтоне — и Игипсе. После их смерти прошло два с лишним Оборота — слишком малый срок для того, чтобы притупить боль двойной потери.

— Мне так недостает Робинтона…

— Не тебе одной, — мягко ответил Ф’лар, коротко подняв руку в прощальном жесте; потом продолжил: — Я больше думал о Лауди и Варбрете. И о старом добром Р’гуле. — Он тяжело вздохнул.

— Мы должны быть милосердны, — обычным своим насмешливым тоном заметила Лесса. Несмотря на то, что бронзовый всадник внешне признавал Ф’лара правителем Бенден-Вейра, он оставался для них обоих вечной занозой. Выполняя распоряжения Ф’лара, он не упускал случая намекнуть, хотя бы своим видом, что сам поступил бы по-другому. — Но он все-таки подчинялся тебе, и его крыло считало его прекрасным командиром.

Ф’лар хмыкнул, повертел в пальцах стакан, как завороженный разглядывая рубиново-красное вино.

— Мне будет не хватать Лауди, — продолжила Лесса, откусив кусочек пирожка, — хотя мне и нравится Лангрелл в качестве лорда Айген-холда. Очень приятный человек.

— И красивый.

Лесса искоса взглянула на Ф’лара:

— Ему нужна хорошая жена.

— Ну, с этим у него проблем не будет. — Ф’лар порылся в корзиночке, извлек оттуда маленький треугольный пирожок и бросил его в рот. — М-м, неплохо.

Лесса нашла себе такой же пирожок.

— Верно, неплохо, — она облизнула губы.

Ф’лар потягивал вино, искоса наблюдая за Лессой.

— Как ты смотришь на Джаниссиан в качестве леди-холдера Южного Болла? — Этот вопрос должен был обсуждаться на следующем заседании Конклава. — Ты же знаешь, в соответствии с историческим прецедентом Боллом могут править женщины…

Он кивнул, но промолчал, ожидая, что еще скажет Лесса.

— Разумеется, долгое время холдом правила леди Марелла — чем, надо сказать, помогла Сангелу сохранить лицо. Джаниссиан — благодаря ей — успела пройти обучение на Посадочной площадке.

— Грожу нравится эта девушка. Она уже достаточно взрослая, чтобы принять холд в свои руки. Кроме того, ее уважают.

Лесса пожала плечами:

— Джексом говорит, что она такая же организованная, как Шарра. Он будет рад уступить ей звание самого молодого лорда-холдера.

Ф’лар вытянул правую ногу, поморщившись от боли в связке, и вздохнул.

«С ним все в порядке», — очнувшись от дремоты, сообщил Лессе Мнемент’.

«Все время, пока шли танцы, он пытался сказать мне, что это не доставляет ему удовольствия», — ответила Лесса.

— Нам нужны молодые умы, которые и займутся грядущими переменами, — вслух проговорила она.

Он посмотрел на нее своими янтарными глазами, в которых таилась улыбка и некоторая снисходительность.

— Молодые бывают так же уверены в своей абсолютной правоте, как и старики. И временами настолько же не желают учиться на ошибках. — Он съел еще один пирожок, слизнул с пальцев мясной соус. — Идаролан учился астрономии вместе с подмастерьем Вансора. Он попросил Морилтона сделать специальные зеркала для телескопа, чтобы установить его в Нерате, куда он переехал…

— Хотя Курран и нравится мне в качестве мастера-рыбака, мне будет не хватать в Конклаве острого ума Идаролана. — Она откусила и съела кусочек пирожка, невольно вздохнув. — Мне будет не хватать их. Их всех.

Ф’лар потянулся через стол и накрыл ладонью ее тонкую, маленькую, но такую сильную и ловкую руку, сжал ее пальцы.

— Нам обоим будет недоставать их, любовь моя. — Он поднял свой стакан. — За друзей, с которыми мы расстались.

Лесса подняла свой стакан и чокнулась с ним.

Они допили вино и одновременно поднялись из-за стола. Ф’лар обнял Лессу за хрупкие плечи, притянув к себе, и вместе они направились в спальню.

Лессе показалось, что она так и не успела заснуть, когда их обоих поднял с постели гневный, трубный рев драконов.

Холд Южный 1.1.31

Торик приходил в себя после вчерашнего. Вина не только оказалось слишком много. Красное было слишком молодым, чтобы пить его, даже с учетом того, что делали его прямо в холде из собственного винограда — а следственно, оно ничего ему не стоило. Кроме головной боли с утра. Что ж, для того, чтобы изготовить пристойное вино, требуется время. Но если вспомнить, сколько пришлось заплатить Бендену за виноградные лозы, нет ничего странного в том, что ему хотелось поскорее получить с этих вложений хоть что-то. Мастер цеха виноделов Веллинер, кстати сказать, неточно подсчитал, сколько бутылок вина они получат с виноградников на холмах. Если в этом году вина будет меньше, чем ожидал Торик, основываясь на расчетах Веллинера, виноградарю предстоит неприятный разговор с лордом холда.

Торик медленно поднял веки. Голова болела нестерпимо.

— Стареешь, отец, — заметил Безик, поднося Торику Дымящуюся кружку. — Вот, мать тебе передала, ей спасибо скажи.