Легенды доблестных времен - Валентин Леженда

Но останавливать сэра Бонифация было поздно, если вообще возможно.

Доскакав до оборонительного рва, Бифрост, оттолкнувшись могучими копытами, прыгнул, на лету пробивая доски поднятого моста, и вместе с неистово ревущим всадником исчез в замке.

Оставшиеся на дороге рыцари ошалело смотрели, что же будет дальше.

А дальше было вот что.

Внутри замка раздался оглушительный грохот, и одна из башен (просто невероятно!) осела, распадаясь на глазах у совершенно обескураженных рыцарей.

– Это как же… – прошептал сэр Дорвальд. – Это зачем же…

– Думаю, сэр Бонифаций пробил замок насквозь, разрушив одну из его башен своим неистовым напором, – придя в себя, попытался объяснить сэр Гэвин, но объяснение, как ни крути, выглядело совершенно невероятным.

Пыль, поднятая рухнувшей башней, осела, и над стеной замка появилась палка с привязанным белым куском материи.

– Они сдаются! – с воодушевлением воскликнул сэр Дорвальд.

– Полная безоговорочная капитуляция! – кивнул удовлетворённый таким поворотом событий сэр Гэвин.

Подъемный мост с натужным скрипом пошёл вниз.

– А что, если это ловушка? – смущённо пробормотал Мелоун, и благородные рыцари быстро переглянулись.

Высказанная мысль не была лишена определённого смысла, и сэр Дорвальд как-то по-новому посмотрел на своего непутёвого слугу, словно с ним внезапно заговорила лошадь.

– Однако парень кое-что соображает, – хохотнул сэр Гэвин, натягивая поводья. – Оставайтесь здесь, мой друг, ая пока разведаю, что там происходит.

Сэр Дорвальд попытался протестовать, но сэр Гэвин напомнил благородному рыцарю о плачевном состоянии его доспехов и неспособности вести полноценный бой.

Когда сэр Гэвин объезжал дыру, проделанную неистовым сэром Бонифацием, его окликнули из замка.

– Стойте! – встревоженно прокричал некто, скрывающийся за стенами. – Среди вас есть женщины?

– Ну, за себя я точно могу ручаться, – спокойно ответил сэр Гэвин и обернулся к сэру Дорвальду, чтобы тот также развеял сомнения вопрошающего.

– Среди нас нет женщин! – гордо выкрикнул сэр Дорвальд. – Тут лишь я и мой оруженосец Мелоун.

– Мелоун? – с сомнением спросили из-за стены. – Это действительно мужское имя.

– Вне всяких сомнений…

– В таком случае проезжайте.

Сэр Гэвин заехал во двор замка и, не увидев там ничего, представляющего опасность, нетерпеливо махнул рукой сэру Дорвальду.

Во дворе не было ни души, лишь мирно лежал в уголке припорошенный пылью сэр Бонифаций, рядом с которым валялась груда камней, оставшихся от разрушенной башни.

Невдалеке безмятежно пасся верный Бифрост, из седельной сумки которого доносились тихие изощрённые проклятия.

– Сэр Бонифаций?!! – с тревогой воскликнул сэр Гэвин, спрыгивая с лошади и бросаясь к безучастному ко всему другу.

Сэр Бонифаций не отозвался.

– Неужели помер? – с надеждой спросил из седельной сумки гомункулус.

Но сэр Бонифаций, к счастью, был жив. Во всяком случае, дыхание у него не прекратилось.

– Сэр Бонифаций без сознания, – ответил сэр Гэвин, пытаясь снять с головы друга шлем, но тот, как назло, не снимался.

Забрало тоже почему-то заело.

«Наверное, после удара о стену», – пришёл к довольно неутешительному выводу сэр Гэвин.

– За многие годы своей жизни я повидал немало ослов, – философски изрёк гомункулус, – но после знаменательной во всех отношениях встречи с сэром Бонифацием… у меня просто нет слов.

Сэр Гэвин проигнорировал Йорика и, обернувшись, наконец увидел притаившегося в тени человека, по всей видимости, разговаривавшего с ним несколько минут назад из-за стены.

– Мне очень жаль, что так получилось с вашим другом, – проговорил незнакомец, – но он сам виноват, я ведь ясно давал понять, что гости в этом замке… м… м… нежелательны.

Только теперь сэр Гэвин заметил стоящую в нише замковой стены баллисту и огромный лук, лежащий у ног обитателя взятой штурмом крепости.

– Соизвольте представиться, сударь? – ледяным тоном потребовал сэр Гэвин, положив руку на рукоять верного «Дюренталя».

– Охотно! – Незнакомец вышел на середину двора, оказавшись высоким рыцарем в тусклых изящной отделки доспехах. – Меня зовут сэр Нэвил Непорочный, и я оскорблён до глубины души вашим столь бесцеремонным вторжением в мои законные владения.

– Желаете, чтобы за нас всё решили мечи? – предложил сэр Гэвин, мрачно сверля соперника взглядом.

– Не вижу в этом никакого смысла, – пожал плечами рыцарь. – Вы ведь все равно уже здесь, а повернуть время вспять, к сожалению, невозможно.

– А как же разрушенная башня?

– Башня… ну, эта потеря не так уж и велика для меня. Можно сказать, что ваш агрессивный друг оказал мне отличную услугу, так как я уже давно собирался её сносить, дабы построить чудесный фонтан с мраморными статуями.

– Значит, никаких обид?

– Решительно никаких!

Во двор замка опасливо въехал сэр Дорвальд, сопровождаемый трясущимся от страха Мелоуном.

– Что случилось с сэром Бонифацием, он… о боже, он погиб?

– Нет-нет, что вы, сэр Дорвальд! – поспешил успокоить побледневшего рыцаря сэр Гэвин. – Наш могучий друг лишь слегка контужен. Полагаю, очень скоро он придёт в себя, дабы продолжить наше увлекательнейшее путешествие.

– И всё-таки кто вы? – спросил сэр Нэвил, поднимая забрало шлема. – У вас было ко мне какое-то дело?

– Отчего же было? – удивился сэр Гэвин. – Оно по-прежнему у нас есть! Мы пришли пригласить вас на Турнир Чести, только и всего.

– Нэвил, неужели ты не узнаёшь меня? – воскликнул сэр Дорвальд, с укоризной глядя на владельца неприступного замка.

– Гм… – Сэр Нэвил был сильно озадачен. – Ваше лицо мне определённо знакомо, но где, когда и при каких обстоятельствах мы имели честь встречаться… честно говоря, не припомню…

– То был Шестидесятый Крестовый поход, – грустно вздохнул сэр Дорвальд. – Битва у Перевала Теней.

– Поражаюсь вашей памяти, благородный друг, но для меня все Крестовые походы смешались в один. Простите, если невольно нанёс вам своими словами обиду.

– Нет, что вы, что вы… просто я хорошо помню то славное время… вы бились в ту пору как настоящий лев.

Сэр Нэвил улыбнулся, снимая с головы шлем.

Был он довольно моложав, хотя и далеко уже не юноша, аккуратная светлая бородка придавала благородному лицу нечто романтическое.

– С радостью принимаю ваше щедрое предложение участвовать в турнире! – торжественно произнёс сэр Нэвил. – И ещё раз хочу извиниться за столь… своеобразную встречу.