Врата Смерти - Стивен Эриксон

— Тактические преимущества должны быть для вас очевидны, — возобновил свою атаку на Кольтена Сульмар. — Даже разрушенные, стены Убарида могут послужить лучшей защитой, чем пустыня без единого холмика.

— Хватит! — рявкнул Балт.

Сульмар умолк, плотно сжав бескровные губы.

Дюкр поежился, но вовсе не из-за наступавшей вечерней прохлады.

«Виканцы тебя не поймут, Сульмар. Ты занимаешь слишком высокий пост, чтобы идти на поводу у беженцев и действовать в ущерб общей стратегии Кольтена. Узнать бы, что таится под твоей личиной, капитан. Думаю, когда ты попиваешь вино в обществе Нефария и Пуллика Алара, ты совсем другой. Там истинный ты…»

Кольтен не одернул Сульмара и не отчитал его. Распекать было не в правилах главнокомандующего. Все подобные речи, как и напыщенные требования знати, Кольтен встречал с презрительным и холодным равнодушием. Если для соплеменников такое поведение было привычным, Сульмар и подобные ему едва сдерживали переполнявшую их злобу.

Чувствовалось, что в этот раз Сульмар был намерен изложить позицию знати до конца.

— Мы не может учитывать только военные интересы, господин Кольтен. Есть же еще, так сказать, и гражданская точка зрения…

Лулль не выдержал:

— Господин Балт, прошу срочно повысить меня в звании, чтобы я смог отлупить этого прихвостня, пока на нем живого места не останется. В противном случае, Сульмар, — оскалил зубы Лулль, — мне придется разобраться с тобой наедине.

Сульмар ответил ему молчаливой усмешкой.

— Никакой гражданской точки зрения нет, — сказал до сих пор молчавший Кольтен. — Возможно, мы и сумеем отбить Убарид, но окажемся в смертельной ловушке. Нам не выдержать одновременного нападения с суши и моря. Втолкуй Нефарию мои слова. Это мой последний приказ тебе.

— Как понимать, последний?

Кольтен не ответил.

— А так и понимать, что последний, — пробасил Балт. — Ты будешь разжалован и с позором изгнан.

— Прошу прощения, но это не во власти господина Кольтена.

Кольтен повернул голову.

«Неужели Сульмар все-таки задел виканца за живое?» — подумал Дюкр.

— Мое поступление на имперскую военную службу было закреплено соответствующим приказом. Считаю необходимым напомнить вам, господин Кольтен, что сила малазанской армии строится не только на безоговорочном подчинении приказам, но и на свободе изложения своих воззрений по тому или иному вопросу. Я не отказывался подчиняться вашим приказам, господин Кольтен. Но у меня есть право требовать надлежащего протоколирования своей точки зрения. Если желаете, я могу напомнить соответствующие артикулы устава, где говорится об этом.

Снова воцарилось молчание. Потом Балт, наклонившись к Дюкру, спросил:

— Историк, ты все понял?

— Как и вы, господин Балт.

— Его точка зрения будет надлежащим образом запротоколирована?

— Конечно.

— Он требует судебного разбирательства. Значит, понадобится адвокат. И потом, суд не может происходить без присутствия Железного кулака.

Дюкр кивнул.

— А где у нас ближайший Железный кулак?

— В Арене.

Балт задумчиво кивал.

— Что ж, тогда мы должны поскорее добраться до Арена и решить все дела по малазанским законам.

Он повернулся к Сульмару.

— Если, конечно, капитана волнует судьба его карьеры. Иногда мне кажется, ему важнее быть хорошим в глазах Собрания знати.

— Взятие Убарида позволит нам рассчитывать на помощь флота адмирала Нока, — заявил Сульмар. — Мы сможем быстро и без риска добраться до Арена по морю.

— Ты, должно быть, забыл, что флот адмирала Нока находится в Арене? — усмехнулся Балт.

— Нет, господин Балт, я это прекрасно помню. Но как только там узнают, что Убарид снова в наших руках, адмирал сразу же выведет корабли из Арена.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что корабли на всех парусах помчатся к нам? — Усмешка Балта превратилась в презрительную гримасу. — У меня голова идет кругом от твоих рассуждений, капитан. А теперь послушай мои. Пормкваль держит свою армию в Арене. Там же, в гавани, стоит весь наш семиградский флот. Но за все эти месяцы Железный кулак ничего не предпринял. Он мог бы давным-давно послать нам на подмогу либо армию, либо флот, однако не послал… Ты, как вижу, вырос в богатой семье. Наверное, видел ночную охоту с факелами? Знать любит этим развлекаться. Нарвутся в лесу на оленя, ослепят его светом факелов. Олень с испугу останавливается как вкопанный, не в силах шевельнуться… Пормкваль сейчас чувствует себя не лучше, чем тот олень. Мы можем оказаться в трех милях от Арена, но даже тогда он не бросится нам на выручку. Ты никак всерьез думаешь, что наше появление в Убариде заставит Пормкваля начать действовать?

— Я больше имел в виду адмирала Нока…

— Который, возможно, мертв, болен или брошен в тюрьму. Иначе он не стал бы прохлаждаться в Аренской гавани. В Арене один правитель, который все решает сам. Неужели ты хочешь отдать свою жизнь в его руки, капитан?

Сульмар насупился.

— Похоже, мне так и так придется это сделать.

Он стал натягивать перчатки.

— И еще, как я понял, мне больше не разрешается высказывать свои взгляды.

— Высказывать их тебе никто не запрещал, — возразил Кольтен. — Только не забывай, что ты служишь в Седьмой армии.

— Прошу меня извинить, господин Кольтен, за необоснованные предположения. Времена нынче тяжелые.

— А я даже и не знал об этом, — улыбнулся Балт.

Сульмар вдруг повернулся к Дюкру.

— Господин историк, а что вы думаете по этому поводу?

«А-а, тебе беспристрастный свидетель понадобился!»

— По какому именно, капитан?

Сульмар натянуто улыбнулся.

— Вот вы — человек не военный. Вам понятнее тяготы и мучения беженцев. Что бы вы выбрали: Убарид, до которого сравнительно недалеко, или путь через Ватар, лес и пустыню? Как по-вашему, выдержат ли беженцы переход до Арена?

Вопрос не был простым, и Дюкр не хотел прятаться за спину Кольтена, торопливо объявив, что поддерживает позицию виканца.

— Опаснее всего иметь дело с армией предателя-перебежчика, — сказал он через несколько минут. — Победа на Гелорском хребте дала нам время зализать раны.

— Едва ли, — возразил Сульмар. — Наоборот, нас теснят все сильнее и сильнее.

— Согласен, теснят, и по вполне понятным причинам. Теперь нас преследует Корболо Дэм. В недавнем прошлом — наместник. Он — опытный командир и хороший стратег. Камист Рело — маг, а не полководец. Он угробил свою армию, уповая исключительно на численное превосходство. Корболо не позволит себе такой глупости. Если противник окажется на берегу Ватара раньше нас, нам конец.