Клинок заточен - Дмитрий Распопов

Дети от пяти лет и юноши в возрасте до восемнадцати, в остолбенении смотрели на меня и настоятеля монастыря, когда он завёл меня в общую столовую, где подопечные сидели за рядами столов и попросив минуту тишины, представил меня.

- Ваш новый товарищ, Максимильян. Надеюсь вы подружитесь.

Затем незаметно подмигнул мне и улыбнувшись в бороду, быстренько слинял. Он сам был в недоумении, когда граф привёз босого меня, одетого в одну холщовую робу, и также представил, как ищущего слово Божье. Настоятель был категорически против, говоря, что я слишком стар для этого, на что паладин показал ему письмо от главы Ордена и сказал слово «надо», так что тому пришлось смириться и подчиниться. Так что представив меня своим маленьким воспитанникам, он получил свой заряд бодрости, видя их остолбенение.

Под всеобщими взглядами, в которых было больше любопытства и недоумения, чем недовольства, я подошёл к раздаточному столу, получил кусок хлеба, чашу чечевичной каши и стакан молока, затем сел на ближайшее свободное место, рядом с пятилетками. С другого стола, где сидели взрослые подростки, раздалось фырканье, которое сразу же прервалось спокойной речью повара, стоявшего на раздаче.

- Гнем, Вирт – вы дежурные сегодня на кухне.

- Да наставник, - эти же голоса, только сильно разочарованные, раздались с того же места, откуда недавно эти смешки раздались.

«На этой еде я долго не проживу, - вздохнул я, осматривая свой нехитрый обед, - и что меня заставило поддаться на уговоры?».

По приезду в столицу граф развил бурную активность, пока я находился в раздумьях, и не успел даже током встретиться и поговорить с герцогом, а также принять пару купцов, которые толпой ждали меня у моего дома, едва прослышав, что я вернулся в столицу, как уже через три дня, он появился на пороге моего дома и заставив снять с себя всё, переодеться в принесённую им робу. Затем увёз меня за город, причём последний день пути я проделал с мешком на голове, болтаясь в седле словно селёдка в бочке, поскольку он сказал, что монастыри, где воспитывают будущих паладинов не то место, о котором нужно знать посторонним. Поскольку мне было скучно ехать ничего не видя и не понимая, я спрашивал его о жизни в монастыре, а также тому, что мне конкретно там нужно делать. В ответ он охотно рассказывал мне о быте, но ни слова не сказал о том, что мне там предстоит, лишь туманно намекнув, что брат Антоний отдал чёткие руководства Наместнику, так что мне нужно просто смириться.

- Максимильян, пошли, - отвлекая меня от мыслей о странностях своей судьбы, ко мне обратился маленький мальчик, сидящий рядом, - иначе наставники будут недовольны.

Стараясь не улыбаться, поскольку остаться серьёзным, когда с тобой на равных пытается разговаривать кроха, не достающая тебе даже до пояса, я поднялся и зашагал за всеми. Вышли мы на атриум монастыря и я смог наконец разглядеть его, хотя бы изнутри, поскольку мешок с меня сняли, только когда мы въехали внутрь. Серые, потемневшие камни, обвитые зелёным плющом, венчали стены, окружавшие донжон монастыря, который был раньше замком. Это было заметно по форме строений, а также по укреплениям и башням, которые заметил быстро осмотревшись по сторонам. Из атриума были видны также три этажа и коридоры, по которым проходили редкие священники, похоже комнаты здесь были приличные, поскольку помещений было достаточно много.

- Братья, сегодня у нас новый ученик, поэтому как обычно, мы выявим его силу, чтобы понять, в какой группе он будет заниматься, - неожиданно на площадке появился седоусый монах и показывая на меня рукой, показал подойти, мне пришлось подчиниться.