Летучий Голландец - Ричард Кнаак

Бродяга рассказывал об их приключениях, а на лице ХамманаТаррики раздражение сменилось недоверием и наконец смирением. Он так и недотронулся до своего питья, в отличие от Гилбрина, которому виски пришлосьдоливать дважды. Теперь-то чувства обоих мужчин были едины.

Даже Гилбрина трясло к моменту, когда он закончил рассказ.

— Сын Мрака… — прошептал Таррика после долгого молчания. — Яне сомневаюсь в твоих словах, шутник, тем более здесь Майя. Я-то надеялся набольший срок, но, конечно, мне просто этого хотелось. Вы были правы, не заявляяо себе, когда шли сюда. Даже сейчас его охотники могут быть поблизости, и они,конечно, почуют нас, если мы слишком откроемся.

— Хамман, — прервала его Майя, пытаясь удержать их всех оттрясины отчаяния, — вы знали Макфи лучше любого из нас. Он работал надпроблемой сути наших Странствий, пытался понять, почему мы переходим из одноговарианта Земли в другой и этому не видно конца. Он ничего вам не говорил?

— Говорил он много, но что здесь просто фантазии, сказать немогу. Может, вы и не знали, но мой друг Макфи не всегда делился своими знаниями.Он знал о Странствиях такое, о чем я могу только догадываться, основываясь натом, чего он мне не говорил. Думаю, он знал намного больше, чем показывал.Полагаю, Макфи либо открыл, либо знал, как это все началось.

— И он ничего не сказал? — Видно было, что Бродяга неочень-то верит. — Жизнь всех висит на волоске, а он ничего не сказал.

Таррика покачал головой.

— Я вижу, вы его совсем не знали. Он все держал при себе,пока не разберется до конца. Конечно, иногда он бросал какой-нибудь намек, просточтобы мы видели, у него есть прогресс, но никогда ничего существенного, из чегоможно извлечь пользу. — Он опять покачал головой. — А считалось, что я — егоближайший сподвижник.

— Значит, мы пришли сюда впустую, — разочарованно сказалаМайя, — совсем впустую.

— Может, так, а может, и нет, — поднявшись, гигант медленнопрошел к окну. Гилбрин хотел проследовать за ним, но Майя, сдерживая его,положила руку ему на локоть.

— Отсюда видно озеро, — продолжал Таррика, глядя в окно, —квартира обошлась мне больше чем в полмиллиона долларов, но думаю, она тогостоит. Это компенсация за несколько последних жизней. — Он содрогнулся. — Но язаслужил иметь ее подольше. Мы все заслужили.

— Если Сын Мрака здесь, то у нас и выбора-то нет, — заметилГилбрин, не обращая внимания на хмурый взгляд Майи. — А даже если и нет, тоздесь его Рошаль, иначе кто бы поставил такую ловушку?

— Но не все указывает, что близко Конец, — обернулся негр. —Еще никто не видел ангела смерти.

Они оба знали, что он говорит не о Властелине Теней, хотяэтот титул тоже можно добавить ко всем тем, что у него Уже есть. Был еще одинпредвестник, виновник их бесконечной судьбы — так думали многие.

Во многих земных мирах его называли Летучим Голландцем.Обычно Странники не звали его этим именем, понимая, что он — нечто большее, чемлегенда. Чаще его величали так, как сейчас сделал Таррика, а другоераспространенное имя, Майе оно нравилось больше, было Лодочник. Оно напоминалоей о мрачных персонажах греческих мифов во многих мирах. Для Майи Лодочник былХароном, перевозившим души умерших в подземный мир.

Если так и было, то у этого Харона работы хватало. Емуприходилось перевозить целые миры душ, и большинство беглецов полагало, что онс охотой добавляет каждый мир к своему списку. Они верили, что именно он вответе за Апокалипсис, но Майя сомневалась.

— Тот факт, что Сын Мрака еще не показывался, можетозначать, шутник, что у нас больше времени, чем ты думаешь. Макфи говорил обэтом очень определенно, и, думаю, он прав.

Руки Хаммана Таррики исчезли у него за спиной, а когда сновапоявились, то стакана в них уже не было. В левой руке он держал визитнуюкарточку.

— Мне надо кое-что обдумать. Когда мне станет ясно, чтоделать, мы встретимся. Подозреваю вам нужно место, чтобы где-то остановиться. Ятут на обилие написал адрес.

Гилбрин протянул ладонь, и они с Майей стали читать адрес.

— Мы могли бы остаться здесь, господин Таррика. У васстолько места, зачем оно вам? — Светловолосый гость разглядывал лицевую сторонукарточки. — Гляди-ка, предприниматель: экспорт, импорт и еще что-то.

Снова игнорируя потуги своего так называемого гостя налегкость в обращении, негр спокойно ответил:

— Для размышлений мне требуется уединение. К тому же сегодняу меня назначена встреча.

— У тебя свидание? — Бродяга ухмыльнулся.

— Гил! — Тон Майи был спокойным, но она поняла, что спутникзаметил раздражение в ее глазах. Таррике она сказала:

— Мы вам очень признательны, Хамман, Но вы уверены, чтосейчас мы не можем больше ничего сделать?

Он все еще стоял у окна, было видно, что решение егонеизменно.

— Хотелось бы мне, чтобы Макфи рассказал больше. Теперь же ямогу лишь сказать, надо следить за знамениями.

Ищите корабль, летящий в ночном небе. Следите, не появитсяли его проклятый капитан или что-нибудь, указывающее на его прибытие.

Хамман Таррика улыбнулся, но в улыбке этой была горькаянасмешка и над своим собственным шикарным стилем жизни и над стилем жизни всехдругих беглецов.

— И пожалуйста, не забывайте об охотниках и призрачныхпринцах.

Майя поняла, хоть он этого и не сказал, что им предлагаетсяуйти. Она поднялась и потянула из кресла недовольного Гилбрина. Таррикапроводил их до дверей.

— Послушайте меня, вы оба, — сказал Таррика. — Я оченьсерьезно отношусь к тому, что было сегодня сказано. Так следует относиться ивам. — Он произнес последние слова с нажимом, в упор глядя на Гилбрина. —Будьте осторожны, оба. Я не заметил охотников, но они могут быть где угодно.Адрес, который я вам дал, это адрес отеля неподалеку. Они всегда оставляют одинномер для моих нужд. Просто назовите мое имя.

— Замечательно, что они делают это для вас, — заметилБродяга, не оробев от прежнего взгляда Таррики.

— В бизнесе иногда нужны такие вещи, ну и кое-какое влияниепомогает, — ответил тот. Очевидно, под «влиянием» он подразумевал своиспособности.

Дверь за спиной Гилбрина и Майи открылась. Бродяга сразуступил за порог, а Майю Таррика удержал за плечо.