Разрушитель - Алексей Волков

На сей раз пальцы слегка подрагивали. Отвык я от мордобоя, ох, отвык! Стрелять всяко легче.

Сигарета обожгла пальцы. Я прикурил от нее следующую, а окурок старательно загасил.

Я сидел прямо на ступеньках крыльца, курил, безучастно смотрел на раскинувшийся передо мной сад. Вот уж веселая жизнь!

Скрипнула доска. Маша на мгновение застыла надо мной, затем села рядом.

– Дайте закурить.

– Пожалуйста.

Только сейчас я заметил, что новая знакомая надела очки. Наверняка раньше была в линзах.

Но курила довольно неумело, исключительно в попытке успокоиться после бурного дня.

– Знаете, я, откровенно говоря, вначале даже поверила вам. Ну, что вы тоже из бандитов. Такая смелость, наличие ствола. И лишь потом догадалась, вы просто зубы ему заговариваете. И только тогда решилась…

– Вы – молодец. Я уже и не знал, как к нему подступиться, – откровенно признался я.

Кажется, мне не поверили. Посматривали, словно на некоего супермена. Лестно, не спорю, но, откровенно говоря, незаслуженно.

– Он уже в доме был. Я только влетела, а на меня наставили автомат. Я так растерялась от неожиданности… Был бы хоть пистолет… И вроде помощь рядом, и не позовешь никак. Надеялась, хоть вы окажетесь умнее. В окно заглянете, что ли… А вы взяли и зашли…

У меня пистолет был. Да ведь не выхватишь в подобном положении!

– Думал – к очаровательной женщине иду, а пришел к небритому абреку. Ладно, хоть сразу стрелять не начал, – мне стало легче. В бой еще не готов, но хоть воспринималось происшедшее с привычной иронией.

– Никогда бы не поверила! Тетушка сейчас на таблетках, как только сердце у нее выдержало! Два раза за день… Если бы не вы… Не знаю, как вас отблагодарить.

Есть, вообще-то, способы. Но – гусары, молчать! Да и получать благодарность за сущую ерунду как-то стыдно.

Может ли подобное вообще быть благодарностью?

– Ерунда. Главное, чтобы в привычку не переросло.

Мы посмотрели друг на друга и расхохотались. Немного истерично, нервно, зато искренне, как смеются люди, счастливо избежавшие опасности. Такой смех поневоле сближает, и если раньше докторша мне просто понравилась, сейчас она казалась давней знакомой, с которой мы приятельствуем много лет. Но – только приятельствуем, увы, не больше.

– Думаю, на сегодня набор приключений исчерпан. Кстати, как раз пистолет вы и забыли.

Но передавать его на улице глупо, и я поднялся, намекая. Не в гости напрашиваюсь, всего лишь возвращаю нужную вещь.

– Держите. Но запасной обоймы нет. – Я выщелкнул магазин, извлек из него патроны, пересчитал, вернул на место. – Все восемь. Надеюсь, не понадобятся.

Маша улыбнулась. Улыбка делала ее лицо прелестным. Женщина вновь раскраснелась. Красиво – в обрамлении коротко стриженных крашеных рыжеватых волос.

– Не знаю, не знаю… Если вы все время будете где-нибудь поблизости… Жаль, мобильники не действуют. А то бы звонила. Александр, приезжайте, тут опять банда нарисовалась.

– Н-да… Перспективочка. В ответ на вопрос: «Кем работаете?» – скоро буду отвечать: «Принцесс спасаю, аки странствующий рыцарь».

– Вам не нравится ваша работа?

– Что вы! Наоборот! Хоть одно доброе дело сделал в жизни.

– Два добрых дела, – поправила Маша.

– Тем более! Гордюсь собой и расту на глазах! Еще бы воды… Во рту пересохло. Если можно, конечно.

Маша вновь улыбнулась и вскоре принесла мне большую чашку слегка подкрашенной жидкости. Сироп, а какой, толком и не разобрал. Просто выхлебал все в несколько больших глотков.

– Стакан воды из ваших рук, графиня… – вспомнилась взятая невесть откуда фраза.

– Она графиня, он – графин…

Положительно, мы думали в унисон даже в замшелых шутках.

– Тоже верно. Спасибо за воду. Вы спасли меня от жажды. Без вас просто умер бы от обезвоживания.

– Долг платежом красен.

– Помилуйте, я делал все исключительно для собственного удовольствия. И от осознания вины за ваше загубленное транспортное средство. Доберусь до места, обязательно постараюсь найти вам другое. А затем привезу сюда.

– Боюсь, что ездить на велике сейчас не слишком разумно, – вздохнула Маша. – Не каждый же раз вы будете попадаться навстречу.

– Опасно. Хороших людей, может, и больше, однако плохие почему-то попадаются чаще. Но, надеюсь, скоро правительство сумеет навести порядок. Все-таки столица рядом. Оно же само заинтересовано в покое.

Говорить о беспорядках в Москве я не стал. Наверняка у нее там куча знакомых. Еще начнет переживать за их судьбу.

– Я работаю в Москве, – подтвердила мою догадку Мария. – Просто меня направили в командировку неподалеку отсюда, а я отпросилась на пару дней к тете на дачу. Надо же помочь пожилой женщине!

– Надо. Теперь извините, но мне, наверное, пора. Пока доберусь… – Откровенно говоря, уезжать не очень хотелось. Помогать по хозяйству – тем паче. Устал, а кто знает, что ждет дальше на дороге? Но не оставаться же здесь!

– Подождите. Я вас хоть обедом накормлю. Тетя прилегла, но что-нибудь придумаю.

Стало неловко. С продуктами повсюду напряженка, не зря же народ так ломанул в сельскую местность, и объедать двух женщин было не слишком этично. У меня в машине кое-что имелось: соленое сало, консервы. С голоду в ближайшие несколько дней не помру. А потом вернусь к Виктору, как-нибудь проживем.

Но женщина уже захлопотала в извечной привычке прекрасного пола накормить защитника. Еще обидится отказу.

– Умойтесь пока. Рукомойник вон там.

Рукомойник я видел. Нехитрое приспособление, оказавшееся намного надежнее водопровода. Лишь воду не ленись носить. Но и колодец на участке имелся.

Рядышком расположился обмылок. Я с чувством придал ладоням признаки чистоты. Не люблю грязные руки. Просто в дороге вечные проблемы.

– Извините, специально сегодня никто не готовил. Только собрались, а тут и началось… Хлеб пекут в пекарне, прямо в поселке, остальное, так сказать, дары земли, – Маша торопливо расположила на столе вареную молодую картошку, свежие помидоры, огурцы, еще какую-то зелень. – Подождите. Я сейчас яичницу пожарю. Куры у тетушки тоже свои. Я быстро.

Скоро объявилась сковородка с болтуньей, яиц шесть, не меньше, да еще на сале – королевская еда для уставшего мужчины. Маша поделила принесенное, себе переложила меньшую часть, мне на тарелку – все остальное.

Признаться, обычно я так не утруждался, ел прямо со сковородки. Зачем мыть лишнюю посуду? Но то – дома. В гостях поневоле приходится следовать подобию этикета.