Лишняя невеста, или Переполох в Дракономордии - Марина Вольновская

Она осторожно завозилась, попытавшись выбраться из моего захвата, но не тут-то было… Двадцать первая вымученно отвернулась, и я мысленно простонал. Когда ее прелестная округлая пятая точка оказалась просто напротив моего мигом отреагировавшего мужского достоинства. Я сцепил зубы, когда ее халатик приподнялся и силой прикрыл глаза, чтобы прийти в чувство. Кажется, не сдержался и шумно сглотнул, поддавшись порыву.

- Может, познакомимся? – осторожно предложила она дрожащим голосом.

- Мы знакомы, - непонятно ответил ей, и трусики начали медленно съезжать вниз. И вот здесь я был совершенно ни при чем. Просто мои руки зажили отдельной жизнью.

До греха оставалось всего ничего, как ситуацию спас Анарис – он мигом ворвался в комнату, и рявкнул так, что меня мгновенно отрезвило:

- Коул!

И отобрал у меня двадцать первую. А я наконец-то очнулся.

- Что за… - удивленно произнес я, когда наваждение схлынуло, и до моего сознания дошло то, что я чуть не натворил. Растерянно рассматривал двадцать первую и себя, словно не верил, что мог опуститься столь низко. – Как я сюда попал?

- Тот же вопрос, - тихо произнесла девушка, уставившись на Анариса. Но я так на него посмотрел, что он нехотя отстранился.

– Как я здесь оказалась? И как вы? И… Зачем? – сумбурно шептала она, хмурясь и стараясь на меня не смотреть. Потому я накинул на себя рубаху и подошел к ним, стараясь показать, что я не причиню двадцать первой вреда, но она резко шагнула назад, отчего я только скрипнул зубами. Но потом осилил себя, приказав быть настолько спокойным, насколько могу.

- Не бойтесь меня. Я не причиню вам вреда.

- Смешно, - произнесла девушка, покосившись на кровать позади меня, - учитывая, что только что едва не посягнули на мою… - и тут она сильно покраснела, вспомнив подробности. А потом зажала рот рукой и попятилась к стене.

Продолжая краснеть, отходила все дальше, пока не уткнулась в стену. И меня снова накрыла горячая волна чувств. Краем глаза видел, как Анарис пытался меня остановить, но мой дракон наконец-то ожил и потребовал своего. Поэтому я ухмыльнулся, отчего девушка побледнела.

Нет, я бы не причинил ей вреда. Просто хотелось прижать к себе хрупкое тело, ощутить запах ее волос. Словно издали до меня донеслось:

- Что это с ним?

- Ах, это… - пробурчал Анарис, пока я медленно наступал на девушку. – Это все временное, - а потом к моему носу что-то прижали, что невероятно разозлило дракона, который оттолкнул руку Анариса. В тот же миг рубаха на мне принялась тлеть.

- Н-н-насколько временное? – запинаясь, спросила двадцать первая, обшаривая стену, что не укрылось от меня.

- Придется потерпеть, - недовольно ответил друг. Тем временем я приблизился вплотную к девушке, и одной рукой прикоснулся к халату, который ту же мгновенно вспыхнул. Внутри поднялось беспокойство, но видя, что он не причиняет вреда двадцать первой, я успокоился.

- Ма-а-ама! – запищала она, плотно закрыв глаза, и от ее страха ко мне на долю секунды вернулся контроль. Я замер, словно статуя, осознав, что едва не причинил ей боль. Теперь она будет бояться меня пуще прежнего. Дернулся, чтобы приблизиться к ней, но в игру вступил Анарис, и мое сознание меня покинуло.

Проснулся уже тогда, когда ночь вступила в свои права. Внизу слышался приглушенный разговор, а дракон, услышав голос двадцать первой, радостно воспрял, и дальнейшее я наблюдал словно со стороны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Каким-то образом сущность дракона, которая, как оказалось, вовсе не утеряна, а просто связана до поры до времени внутри меня подлой Динарой, ничуть не стесняясь моего мнения, вытеснила меня на задворок сознания. Драконья сущность – дикие, чистые и незамутненные разумом эмоции. Потому я искренне надеялся, что противостояние, которое я затеял, вновь вернет все на круги своя. За пару шагов я понял, что будет не так уж легко. Страсть, охватившая тело, оказалась столь сильна, что не давала мне и шанса.

А когда я вошел в комнату, то и вовсе обомлел – девушка стояла у окна, а Анарис в мгновение ока уснул. Свечи погасли в ту же секунду. Но окно было открыто, а свет луны освещал все вокруг – стройную фигуру двадцать первой, стол и похрапывающего Анариса.

Медленно, словно вор, я подкрался к ней, и драконья сущность насмешливо хохотнула внутри. Смешно или нет, но желание у нас одно – нужна именно она. Иномирянка и не драконица, что не останавливало нас двоих.

- Нравится? – положил на талию руки, и она вздрогнула. Потом попыталась отстраниться, но я прижал ее к себе еще крепче. Не удержался, и рука моя мимовольно скользнула под халат. Я удовлетворенно хмыкнул, когда по ее телу пробежала дрожь, а сама девушка то ли вздохнула, то ли всхлипнула. В довесок медленно очертил родовой знак на ее животе, словно мой дракон уже сейчас требовал полного контроля.

- Нет, - неуверенно призналась она и сглотнула. От нее повеяло эманациями страха, и настоящему мне, не опьяненному сущностью, стало стыдно и тоже страшно. За нее. Потому что я себя не контролирую, а наружу вырываются слова, которые я мечтал спрятать где-то очень глубоко.

- Врешь, - самодовольно хохотнул я, и халат медленно, но верно сполз с плеча. Благодаря моим усилиям, да.

- Нет, -зарылся рукой в ее волосы и подарил легкий, почти невесомый поцелуй.

«Зачем же ты обманываешь?» - мелькнула мысль и угасла, что отнюдь не мешало мне развернуть девушку к себе и еще крепче ее обнять.

– Ма-а-амочки, - выдохнула девушка, снова зажмурившись. А я едва сдержался от горячего поцелуя – она прижалась ко мне так тесно, что не только моя сущность отреагировала на выходку двадцать первой. Пришлось удариться в юмор, потому что я и сам не знал, где сейчас я, а где – дракон.

- Па-а-апочки, - я одним движением усадил ее на стол, подойдя совсем вплотную. Задумчиво покрутил прядь выбившихся из общего колтуна волос, а потом резко прильнул к губам, подавив крик, полный возмущения.

- Анарис! Анарис, он снова безумный!

«Что значит, безумный?» - мысленно поперхнулся я,

Колдун только сильнее всхрапнул. А я только потешился, ведь никто не будет мне мешать.

- Да, безумный, - с легкой улыбкой признал я. – И меня никто не остановит!