Лунное сердце - Чарльз де Линт

— На кого работаешь? — требовательно спросил Киеран, не давая водителю опомниться. — На Конную полицию?

— На особое подразделение, — кивнул водитель.

— Что за подразделение?

— ППИ — подразделение паранормальных исследований.

Ну и ну! Что нужно от него Конной полиции? И зачем им сдалось специальное подразделение для изучения паранормальных явлений? Прямо какой-то ужастик! В реальную жизнь это никак не укладывается, и Киеран не мог себе представить, какие у такого подразделения перспективы? Никаких реальных перспектив. Но если все так и есть, чего ради они прицепились к нему? Подразделение входит в состав Канадской Королевской конной полиции. Это — федеральная полиция. Самая красивая служба в Канаде, свой оркестр, и все в красных форменных мундирах. Конные полицейские всегда поймают того, кого преследуют… Однако…

— Что тебе нужно от меня? — спросил Киеран.

— Ничего. Приказано за вами наблюдать.

— Зачем?

Полицейский молчал. Киеран почувствовал искушение схватить его за горло и вытрясти из него ответ, но взял себя в руки.

— Когда сменяешься? — спросил он.

— В шесть утра.

Киеран быстро прикинул. Это давало ему примерно два с половиной часа. Да нет, даже больше. Никто не узнает, что он ушел, пока Жан-Поль не проснется и не доложит о нем кому следует. Никто не узнает, кроме этого человека в машине.

— Знаешь Томаса Хенгуэра? — спросил он.

Ответа опять не последовало. В глазах Киерана снова появился угрожающий дьявольский блеск. Но то ли водитель действительно не знал о Хенгуэре, то ли, чтобы выудить у полицейского нужные сведения, требовалось нажать на него посерьезнее. Но на более серьезные усилия у Киерана не было времени.

Ну что ж! Замечательно! Он и так многое узнал. Старик бесследно исчез, а у него на хвосте теперь сидит Конная полиция.

Дьявольский огонь в глазах Киерана вспыхнул ярче.

— Ты не видел, как я ушел, — сказал он.

Полицейский кивнул.

Киеран вздохнул и отвел взгляд от своей жертвы.

После столь резкого выброса энергии у него слегка закололо в висках. Он отступил от машины, полицейский поднял стекло и снова уперся взглядом в дом Жан-Поля, словно Киерана уже не было рядом.

А Киеран направился по Пауэлл на восток, к Банковской улице. Он осторожно огляделся — вдруг у полицейского имеются какие-нибудь помощники, но ничего из ряда вон выходящего не заметил. В отличие от большинства крупных городов в Оттаве жизнь после одиннадцати вечера почти полностью прекращается. А после двенадцати на улицах можно увидеть только полицейских и такси. Однако у канадской столицы была своя скрытая жизнь — Киеран знал это слишком хорошо, только здесь, чтобы обнаружить ее, требовалось гораздо больше усилий и настойчивости, чем в других больших городах. Но, как и везде, если вам до смерти нужно что-то найти, вы непременно найдете.

«Например, где остановиться», — мысленно сказал себе Киеран.

Надо решать, что делать дальше. Жан-Поля, хочешь не хочешь, придется вычеркнуть. Кому стоит позвонить? Позвонить?! В три часа ночи? И кто скажет, кому теперь можно доверять? А ведь за Жан-Поля Киеран еще вчера поручился бы головой…

Дойдя до Банковской улицы, Киеран остановился. На противоположной стороне виднелась в темноте безмятежная полоса Центрального парка, за ним возвышалась темная громада Дома Тэмсонов. Взгляд Киерана задержался на причудливом здании, им овладело странное беспокойство.

Об этом доме и об его обитателях он знал больше, чем другие, но все равно немного. Там жил пожилой человек, своего рода патриарх, и его племянница. Они владели Домом, были баснословно богаты, но почти все время играли в то, что они «из народа». Патриарх Джеймс Тэмсон был специалистом в области антропологических аспектов паранормального, но, когда как-то раз Киеран заговорил о нем при Томе, тот его высмеял.

— Намерения у него хорошие, у этого Джеми, — сказал Том. — И более милого человека вряд ли встретишь, но он так же далек от того, чтобы идти по Пути, как был далек ты до встречи со мной. Хотя это не совсем справедливо. Я не говорю, что он шарлатан. Просто он не знает, а без этого знания так и останется всего лишь собирателем всяких странных явлений. Когда-нибудь ты с ним встретишься, Кир. Возможно, тебе понравится его племянница.

Киеран тогда рассмеялся, и на этом разговор закончился. А сейчас он вспомнил слухи, связанные с Домом Тэмсонов, — говорят, что там происходят какие-то странные вещи, что там возникло некое подобие коммуны, и самые разные люди, попадающие в Оттаву, в конце концов непременно оказываются в этом Доме.

Киеран задумался. Сам он никогда у Тэмсонов не был, но если все, что он слышал, — правда, возможно, здесь и есть та самая тихая пристань, которую он ищет. Если не считать… если не считать того, что у Киерана при первом же взгляде на Дом возникло странное ощущение. Ему почудилось, будто с Домом что-то неладно, словно сегодня ночью вырвалось на волю Зло и, прежде чем двигаться дальше, расположилось на карнизах этой странной остроконечной крыши.

Киеран подумал, что он слишком осторожничает, но может быть, и не зря.

Ведь его тревожила не только слежка, установленная Конной полицией за домом Жан-Поля, и вытекающие из этого последствия. Его беспокоило другое — он был уверен, что в исчезновении старика замешаны также и нездешние силы. Конечно, не столь внушительные, как Королевская конная полиция, но не менее реальные и грозные. А зная это, нечего и думать искать приют в таком неспокойном месте.

Киеран еще некоторое время вглядывался в Дом Тэмсонов. Тревога исчезла, но идти туда все равно не хотелось. О таком тягостном ощущении Том обычно говорил: «Кто-то прошелся по моей могиле». Это сулило неудачу. Так рыбаки предчувствуют недоброе, увидев перед отплытием над морем ворона. «Рыбацкие предрассудки», — подумал Киеран, но теперь и он заразился духом Восточного побережья, несмотря на то что вырос в Онтарио.

Самое лучшее, решил он, отбросить дальнейшие раздумья о Доме Тэмсонов, пройти еще несколько кварталов до автостанции на улице Катерины и оставить там в камере хранения рюкзак с гитарой, чтобы до утра чувствовать себя свободным. Сейчас ему не стоит высовываться. На пустынных улицах он слишком бросается в глаза. Позже, когда люди пойдут на работу или еще куда-нибудь, он смешается с толпой, собьет со следа сыщиков и найдет где поселиться.

«Ну что ж, — подумал Киеран, направляясь по Банковской улице на север, — привет, Оттава! Приятно сюда вернуться».

5.15 утра, среда.

Киеран сидел в итальянском ресторане под названием «Завтра» на углу Банковской улицы и улицы Франка, работавшем двадцать четыре часа в сутки, и наслаждался третьей чашкой кофе. В кармане лежал тяжелый ключ от ячейки в камере хранения, и Киеран был немного взвинчен под воздействием кофеина. Он свернул сигарету, закурил и положил ее на край пепельницы, уже полной окурков. Если не считать усталой официантки и повара в буфете, Киеран был в зале один.