Моя капризная леди - Яна Мелевич

— Без понятия, — рассеянно ответила я, осторожно приглаживая мягкие волосы. — Она была на Кейле?

— На руке, — уточнил Эрик и зевнул.

Его высочество потянулся в кресле, затем взял со столика графин с водой. Для монаршей особы он вел себя крайне беспечно, разгуливая по замку, буквально осматривая каждый закоулок. Месье Жобер регулярно жаловался на любопытного принца. А солдаты раздражались от постоянных расспросов и умоляли избавить их внимания Эрика. Даже Дугал вынужденно отчитывался за любой вздох, совершенный не по указке королевского отпрыска.

— Может, где-то испачкалась, — пробормотала я.

Палец осторожно очертил место укуса. Пятна все еще ярко выделялись на коже МакГиннеса. Вроде ничего необычного, но меня настораживала длительность лихорадки. Те же Олли и Вили уже шли на поправку. По всем прогнозам, мальчики прошли кризисный период. А меры предосторожности, которые мы приняли в замке, поспособствовали такому исходу. Впрочем, оставалась угроза распространения тифа за пределы наших земель. После приема сэр Родерик признался мне, что они оповестили представителей других кланов. В том числе членов конклава.

— Сэр Грант все еще злится? — неожиданно сменил вектор Эрик.

Я непроизвольно хмыкнула и откинулась на подушки рядом со спящим Терлаком. Злиться не то слово, которое бы точно охарактеризовало состояние Дункана. Узнав о внезапной помолвке сестры, он орал так, что стены Бренденбора дрожали. Если верить Меган, конечно. Трижды Грант рвался на дуэль с Бэзилом. Благо леди Кимберли не допустила подобного конфликта.

«Ничего бы он не сделал. Выбора-то нет. Точнее, мы не оставили», — ехидно ответила подруга на мой резонный вопрос.

Двойной скандал на приеме у Грантов стал основной темой разговоров во всех богатых домах Шангрии. Появление любовницы герцога, Анны Блау, наряду с новостью о грядущей помолвке Меган с лэрдом Бэзилом Юингом произвели настоящий фурор. Первые сплетницы города, в том числе небезызвестная Мэри Болтон, смаковали подробности скоропостижной свадьбы.

Их застали на крыше башни! Вдвоем! В обнимку!

Бедняжка Лидия Каннингем осталась не у дел, поскольку лэрд Монтгомери взял на себя роль доносчика. Жаль я пропустила сцену, где Джереми с прискорбным видом сообщал Грантам о вопиющем поведении дочери. Меган говорила, зрелище весьма презабавное.

— Теперь имя Юинга полоскают в каждой гостиной, — я пожала плечами. — Но мне главное, что Меган довольна. Пусть не любовь, но дружба тоже неплохая основа для брака. К тому же Бэзил позволит супруге пройти курс лекций по ботанике в Штетвурдском университете Маухауза. Всего год потерпеть для виду, и она уедет учиться.

В моем голосе прозвучала неподдельная тоска. Подруга еще не уехала, а я уже скучала. Впрочем, счастье самой мисс Грант гораздо важнее моих личных переживаний. В консервативном обществе Меган страдала от давления. Теперь же, будучи под крылом мужа, она займется любимым делом, и никто слова поперек не скажет.

— Голос Бэзила у вас есть, — задумчиво постучал пальцем по подлокотнику Эрик. — МакДональд, Дандас, Монгомери и Грант.

— Робертсон держит нейтралитет, — пожала я плечами. — Но Дункан уверял, что сэр Дилан не слишком дружен с Каннингемом. У них в прошлом случались конфликты из-за земель.

— Он отомстит, — предупредил Эрик.

— Кто? Каннингем? — похлопала я ресницами и услышала стон подле себя.

Терлак заворочался. Коснувшись ладонью горячего лба, я нахмурилась и потянулась к миске. Мокрый кусок льна лег поверх кожи, несколько капель скатилось по щекам МакГиннеса на подушки.

— Да, — хмуро отозвался принц. — Такие люди долго таят обиды.

— Он ничего не сделает, — фыркнула я. — Времени нет. Послезавтра собрание, лэрд МакГиннес отправился туда в качестве замены Терлаку. Даже уговаривать не пришлось.

— Ты же понимаешь, что придется все рассказать, — кивнул на моего мужа Эрик.

Я прикусила губу и посмотрела на бледное лицо МакГиннеса. Пришлось поделиться страшной тайной Гилберта с принцем, иначе он бы свел нас с ума своими догадками. Все равно скрывать такую правду становилось сложнее после исчезновения Юны.

Пол мрачнел на глазах, не оставляя попыток найти «мать». После гибели Кейлы он несколько раз ездил к обрыву. Будто ждал, что темнеющие глубины озера вернут леди МакГиннес. Вместе с ним часто ездили девочки: одна Эйла или все втроем. Близняшки страшно скучали по бабушке, о которой часто рассказывали яйцу. Я видела, как девочки обещали познакомить будущего дракона с Юной.

— Не представляю, как он это воспримет. Иногда кажется, что все к чему я прикасаюсь — неизбежно разрушается.

Эрик помолчал, а я непроизвольно нащупала помятые письма в кармане домашнего платья. Далия в типичной манере описывала шалости сына, приглашала в гости и очень просила не убивать ее мужа. Эрик нужен семье. От него пользы больше, чем вреда — так она написала. На этих строчках я смеялась сквозь слезы. В них чувствовалось столько любви по отношению к семье, и ко мне в частности. Кто бы подумал, что однажды мы с кузиной станем по-настоящему близки.

Отец отписался сдержаннее, но меня это не смутило. Графу Сент-Клеру не положено проявлять эмоции ни на бумаге, ни в жизни. Да и отношения у нас были далеки от идеальных. Себастьян гордился мной. Он несколько раз подчеркнул сей факт в коротком послании.

Где-то между словами затерялась невысказанная правда. Эрик сообщил мне, что здоровье отца в последние месяцы сильно пошатнулось. Он мало ел и таял на глазах, а лучшие лекари королевства разводили руками. Далию очень беспокоило состояние графа, но боялась меня расстраивать и пугать неутешительными прогнозами.

— Тебе бы отдохнуть, — услышала я между мыслями. — Выглядишь и ходишь, как приведение.

Сомнительный комплимент, ваше высочество.

Принц улыбнулся и поднялся с кресла, подойдя почти вплотную. Тяжелая ладонь легла на плечо, а я непроизвольно накрыла ее своей рукой.

— Амалия, — Эрик понизил интонацию, но в голосе прозвучала королевская твердость, — иди спать. Я побуду с Терлаком. Обещаю охранять его вместе с драконом, как собственную семью.

Мы одновременно посмотрели на инкубатор, где по-прежнему находилось яйцо. По информации из энциклопедии дракон давно должен вылупиться. Но по какой-то причине ящер не вылезал из скорлупы на свет: то ли не чувствовал себя в безопасности, то ли не пришло время. Я надеялась, что с его появлением у нас появится шанс победить болезнь. С такой магической поддержкой тиф был бы не страшен.

Впрочем, главным кошмаром оставался таинственный убийца. Тот, кто прятался в закоулках замка.

Скрип двери привлек внимание. В образовавшуюся щель протиснулись три невысокие фигурки, две из которых держали по знакомой кукле. Первой в комнату вошла Эйла, а следом — близняшки.

— Вы почему не спите? — удивилась я, точно помня, как укладывала троицу два часа назад после урока этикета.